Страница 90 из 114
— Нет… — полыхая румянцем, еле слышно просипела она. Потом втянула голову в плечи от гневного рыка Голиковой и сказала всю правду: — Но только потому, что не хотели привлечь внимание какого-нибудь особо бдительного охранника к резкому изменению моей походки и провалить основное дело. При этом позволяли себе… многое, стараясь как следует запугать, чтобы я побоялась вкладывать их охране. А перед тем, как вытолкать в коридор, заявили, что я в их вкусе, а значит, нам предстоит много новых и интересных встреч на их территории.
— Никаких встреч на их территории не будет! — дав ей договорить, процедил я. — Зато будет на нашей. Уже совсем скоро. И настолько впечатлит эту парочку, что они проклянут день, когда решили приехать в Зёльден!
— Я. Должна. В этом. Участвовать! — выделяя интонацией каждое слово, прохрипела Рыжова, чем разозлила даже Бахметеву:
— Ты одурела⁈ Да на тебе живого места нет!!!
Остальные девчонки твердили то же самое. Но девушка уперлась:
— Ради такого дела потерплю.
Отрывать взгляд от истерзанного тела, с которого Джинг предельно осторожно удаляла какую-то мазь, оказалось физически тяжело, но я все-таки развернулся к Лере спиной, подошел к окну и, невидящим взглядом уставившись наружу, спросил, как во время этой экзекуции вел себя Котов.
— Как восковая кукла — сидел там, куда его посадили, пялился в стену и, кажется, даже ни разу не пошевелился… — не задумавшись ни на мгновение, ответила Рыжова.
Ответ заставил задуматься, вспомнить рассказы отца и набрать Горина. Ибо тут требовалось его опосредованное участие и кое-какие санкции.
Обмен мнениями с Алексеем Алексеевичем не затянулся — выслушав мой монолог, он грязно выругался и в непечатных выражениях озвучил свои пожелания. Потом заявил, что с отцом Ильи свяжется сам, и оборвал связь.
Как и следовало ожидать, через несколько минут со мной захотел пообщаться и Котов-старший, судя по голосу и формулировкам фраз, пребывавший в невменяемом состоянии. Выражения особо не подбирал и первую половину разговора, в основном, матерился. А потом все-таки нашел в себе силы включить голову, поблагодарил за… хм… внимательность и непредвзятость в отношении сына, затем сообщил, что специалисты по НЛП вылетят в Австрию уже в ближайшие часы, и пообещал индульгенцию за любые действия в адрес наемников…
…Следующий час с лишним я зверел от бездействия, изредка прерываемого короткими беседами по телефону. О том, что происходило за спиной, догадывался по напряженным репликам Линь и ее добровольных помощниц. Соответственно, постоянно добавлял к счету, который планировал выставить двум охамевшим тварям, все новые и новые пункты. А когда услышал окончательный диагноз и сроки, требующиеся для лечения, вжался лбом в оконное стекло, чтобы хоть немного остыть:
— Сочетание травм почек с ожогами дает кумулятивный эффект. И это, мягко выражаясь, совсем не радует. Поэтому, для того чтобы убрать основные последствия ударов по селезенке и левой почке, а затем подстегнуть их естественную регенерацию, потребуется еще семь-восемь сеансов с кое-какими дополнениями. Правда, придется съездить в любой крупный город, в котором есть китайские аптеки, и приобрести несколько травяных сборов, которых у меня с собой нет. С большей частью ожогов справлюсь за десять-двенадцать сеансов. А с правой почкой провожусь как минимум три недели. Но есть нюанс — я гарантирую результат только в том случае, если первые дней десять ты, Лера, проведешь под моим присмотром, будешь пить отвары точно в назначенное время и перетерпишь ряд не очень приятных процедур. Ну, а если после этого будешь ты показываться мне два раза в сутки еще хотя бы пару недель…
— Ребят, вы забыли, что я, как бы, работаю и живу не в Москве?
— Отпуск по болезни организую прямо сейчас! И попрошу папу переоформить обратный билет Мальцевой на тебя… — перебила ее Голикова и, не дожидаясь ответа, рванула за телефоном, забытым в гостиной…
…В зал для единоборств мы поднялись без десяти пять, то есть, сразу после беседы с начальником охраны «Феникса», в которой согласовали последние шероховатости. Леру, которой Джинг на время «отключила» болевые ощущения, завели в тренерскую и посадили перед мертвым монитором, на который обычно выводилась телеметрия с многочисленных камер этой части этажа. Хотя система видеонаблюдения была вырублена заблаговременно. А все остальные участники будущего шоу быстренько переоделись и разбежались по «рабочим местам».
Алферова и Батырова с собой брать не стали, поэтому «население» зала стало выглядеть совсем безобидно. У дальней стены — если смотреть от входа — две девушки в обтягивающих тайтсах и топах отрабатывали простенькие удары на мешках. Еще две в таком же прикиде кружили по борцовскому ковру, примыкающему к стандартному рингу, и осваивали переднюю подсечку. А я шарахался между парами, контролируя учебный процесс и изредка исправляя ошибки.
Долгожданная троица, по-свойски завалившаяся в гости ближе к половине шестого, пришла к такому же мнению. Поэтому прикрыла за собой дверь и, даже не сняв уличной обуви, ломанулась в сторону Голиковой. Вероятнее всего, идентифицировав ее по фотографии.
На первый взгляд, процессию вел Илюша: топал к «невесте» во главе «кабаньей головы», глядел на нее исподлобья и гневно кусал губы, а его спутники шли следом, с интересом разглядывая остальных девчат и похотливо скалясь. Однако стеклянный взгляд и некоторая неестественность поведения первого в комплекте с веселым куражом и предвкушением, которым тянуло от вторых, заставляли задуматься. Впрочем, для того чтобы предсказать запланированный ими сценарий готовящегося представления, не требовалось большого ума: Котов должен был приревновать невесту ко мне и высказать свое «фи» в крайне оскорбительных выражениях, я — возмутиться, а «группа поддержки» — защитить «заведомо слабого», начать нас разнимать и походя меня поломать. Естественно, с гарантией, то есть, обнулить все шансы на участие в следующем бою.