Страница 71 из 263
Глава 4. Часть 8.
Свадьба Лян Вэньу и Цю Ваньэ наконец была назначена на третий день.
Господин Лян также специально отправил в уездную управу приглашение на свадьбу.
Вспомнив господина Туна, Тао Мо почувствовал себя немного неловко и сначала хотел найти предлог, чтобы отказаться, но Хао Гоцзы так сильно заинтересовался этим. Семья Лян жила в соседнем уезде, а он давно мечтал найти подходящую возможность прогуляться. Тао Мо было жаль портить ему настроение, и он согласился. Заботы по подготовке подарка, естественно, легли на Му Чуня, который временно замещал Лао Тао. А Хао Гоцзы вдобавок, прихватив с собой Му Чуня, купил им подходящую к случаю готовую одежду.
И когда наконец настал день свадьбы, он ни свет ни заря приготовил завтрак и отправился будить Тао Мо.
Поскольку от уезда Таньян до соседнего уезда было почти шесть часов пути, свадебный паланкин отправился в дорогу прошлой ночью и мог прибыть около семи-девяти часов утра.
Тао Мо не знал дороги, поэтому было бы как раз кстати последовать за ними.
Хао Гоцзы закончил прислуживать Тао Мо и уже собрался пойти позвать Му Чуня, когда увидел, что он уже вышел и был безупречно одет.
— Ты...
— Что-то не так? — озадаченно спросил Му Чунь, заметив, как он оглядывает его с головы до ног.
— Хорошо, что новобрачная укрыта красным свадебным покрывалом, поэтому ничего не увидит, — вздыхая воскликнул Хао Гоцзы, — А иначе, увидев тебя, могла бы сбежать с тобой, — как Му Чунь может в точно таком же синем наряде [148] выглядеть сошедшим с небес божественным красавцем, при том, что он сам, как бы ни одевался, всё равно выглядит как прислуга? [149]
[148] 袍 [páo] – вид одежды, китайский халат «пао», длинное платье на подкладке.
蓝袍 [lán páo] – «синий халат» = атрибут учёного.
[149] 书僮 [shū tóng] – служка в кабинете учёного, библиотеке или школе.
— Слишком много думаешь, — с улыбкой ответил Му Чунь.
Хао Гоцзы видел его тактичность и учтивость, плюс к этому его давняя дружба с Лао Тао... И он посчитал, что уже хорошо его знает. По сравнению с заносчивым и безразличным Гу Шэ, с ним, естественно, было намного легче сблизиться и начать ему доверять, и Хао Гоцзы в голову внезапно пришла одна идея. Вот если бы молодой господин был вместе с ним, тогда, пожалуй, все могли бы вздохнуть с облегчением.
— Господин ждёт, — Му Чунь прошёл мимо него.
Хао Гоцзы встрепенулся, догнал его и спросил на ходу:
— Му Чунь, а ты уже женат или ещё нет?
Му Чунь сразу понял, что у него на уме, и невозмутимо произнёс:
— Ещё нет.
— А возлюбленная есть?
— Тоже нет.
— Тогда... — радостно начал Хао Гоцзы.
— Тогда может лучше сначала сядем в повозку, а потом поговорим, — Му Чунь оглянулся с натянутой улыбкой на лице и мельком окинул его взглядом.
У Хао Гоцзы тотчас возникло ощущение, как будто его видно насквозь, а спрятаться некуда. Его пыл словно окатили холодной водой, и у него больше не осталось желания что-то выспрашивать.
Они сели в повозку и сначала подъехали к воротам дома семьи Цю, чтобы дождаться отъезда.
Свадебный паланкин уже стоял перед входом, кругом непрерывно раздавался бой барабанов и гонгов, было шумно и по-настоящему оживлённо и празднично.
Хотя Лян Вэньу испытывал трудности с передвижением, но всё же лично приехал, чтобы встретить невесту. Он был весь с головы до ног в огненно-красном, а на его немного холодном лице светилось редкое счастье.
Сидевший в повозке Тао Мо, внезапно почувствовал невыразимое одиночество. Вполне вероятно, что за всю его жизнь у этих праздничных гонгов и барабанов не будет подходящей возможности радостно прозвучать для него.
Му Чунь сидел напротив него и, заметив его расстроенный вид, сказал с улыбкой:
— Перед отъездом Лао Тао поручил мне кое-что.
— И что же это? — удивлённо спросил Тао Мо.
— Вместо него присмотреть для тебя молодую госпожу, — Му Чунь искрился улыбкой, глядя на то, как меняется выражение лица Тао Мо.
— Он же прекрасно знает, что я... я... Я всего лишь хочу стать хорошим чиновником.
— Хорошему чиновнику тем более нужна достойная спутница жизни, — отозвался Му Чунь.
— Хао Гоцзы тоже сойдёт, — увиливая от ответа, произнёс Тао Мо.
— Да разве это то же самое? — рассмеялся Му Чунь, — Неужели в будущем ты предоставишь Хао Гоцзы общаться с жёнами сослуживцев?
Тао Мо поразмыслил и тоже признал, что это никуда не годится. В его мыслях вдруг всплыл образ Гу Шэ. Если бы Гу Шэ... Но это ещё более невозможно. Он быстро отверг это предположение.
— Вторая дочь семьи Цю умная и смелая. Это мог бы быть хороший брак, если бы она уже не была влюблена в другого.
Сердце Тао Мо тревожно сжалось от услышанного.
— Это... Сегодня её самый счастливый день...
— Да я просто так сказал, — с улыбкой свернул тему Му Чунь.
Но в душе Тао Мо уже бушевал хаос, как будто «море опрокинулось и реки пошли вспять». К тому же он не знал, завёл ли Му Чунь этот разговор с подачи Лао Тао или нет.
Два человека сидели молча, и немного погодя повозка медленно двинулась с места.
От мерного покачивания Тао Мо так клонило в сон, что он просто нашёл удобную позу и уснул.
Паланкин несли люди, что естественно не шло ни в какое сравнение с повозкой, а если ещё учесть остановку на отдых на полпути, двигались они чрезвычайно медленно.
У Хао Гоцзы не было другого выбора, кроме как проезжать часть дороги, а потом на время останавливаться, снова проезжать немного и снова стоять.
Тао Мо проснулся, чуток перекусил чем-то просто для того, чтобы наполнить желудок, а затем продолжил спать.
К тому времени, как они достигли соседнего уезда, солнце уже клонилось к западу.
Служанке новобрачной даже пришлось поторапливать процессию, чтобы они двигались быстрее и не опоздали к благоприятному для свадьбы часу.
Тао Мо разбудили звучащие всё громче и громче барабаны и гонги, он протёр глаза и сел. Заметив, что он проснулся, Хао Гоцзы просунул голову снаружи и радостно произнёс:
— Прибыли, молодой господин.
Тао Мо быстро потянулся и вышел из повозки.
Из-за этой тряски на протяжении всей дороги он чувствовал, что его кости вот-вот рассыплются на мелкие кусочки. Если вспомнить время, когда он ехал к новому месту службы, он просидел в повозке намного дольше, и казалось, что тогда он устал не так сильно, как сейчас. Разве что он позволил избаловать себя за время, проведённое в уезде Таньян?
Тао Мо был недоволен и корил себя за это.
Вслед за ним из повозки вышел Му Чунь. Его движения были плавными, естественными и по-настоящему красивыми, он мгновенно привлёк внимание окружающих.
Один человек из семьи Лян, как раз встречавший гостей у ворот, с радостно засверкавшими глазами поспешил к ним навстречу, чтобы выказать своё уважение:
— Господин Тао проделал такой путь и, наверное, устал с дороги.
Тао Мо узнал его, это был именно тот молодой человек, который у ворот дома семьи Тун попросил его взять на себя ответственность за решение дела семьи Лян, и он тотчас улыбнулся, отвечая на его приветствие.
Молодой человек из семьи Лян повёл его за собой в дом.
Судя по размерам дома, те слова, которые господин Лян сказал второй дочери семьи Цю о том, что в будущем ей ни о чём не придётся беспокоиться, не были пустым звуком. Тао Мо почувствовал умиротворение. Его провели к главному столу, а Му Чуня и Хао Гоцзы разместили за другими.
Незнакомые люди за столом начали приветствовать его. Тао Мо немного смутился, но всё-таки тоже ответил каждому.