Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 68 из 263

[140] 吃闭门羹 [chī bìméngēng] – «съесть похлёбку у закрытых дверей» = уйти несолоно хлебавши.

[141] 桥归桥,路归路 [qiáo guī qiáo, lù guī lù] – «пошёл по мосту – возвращайся по мосту, пошёл по дороге – возвращайся по дороге» = не иметь ничего общего друг с другом; быть словно чужие.

Тао Мо шёл по дороге в полном смятении и отчаянии.

В торговых рядах стоял шум, но он был совершенно чужд ему. Громкие крики продавцов, шутки, весёлый смех подобно потоку воды, нисколько не задевая, протекали мимо него.

Вспомнив капля за каплей всё, что произошло с тех пор, как он познакомился с Гу Шэ, он почувствовал боль и растерянность.

Неужели Гу Шэ действительно собирался прекратить с ним всякие отношения и никогда больше не встречаться? Сердце знакомо защемило, и он некоторое время стоял на улице, сжимая грудь.

Окружающие расступались, заметив страдальческое выражение на его лице.

— Ой! — неожиданно вскрикнул кто-то рядом. Хоть и не слишком громкий, но прозвучавший прямо на ухо возглас, подействовал на Тао Мо отрезвляюще. Он обернулся и огляделся, но увидел только силуэт торопливо скрывшегося человека.

— Пэн Сян? — тихо пробормотал Тао Мо. Среагировав с опозданием, он попытался догнать его, но тот человек уже давно исчез в толпе.

Он искал почти целый час [142], напрасно вслепую мечась по улицам, и только затем, не находя себе места от беспокойства, вернулся в уездную управу.

[142] 时辰 [shíchen] – «большой час» – одна двенадцатая часть суток, равен двум современным часам (半个时辰 [bàn ge shíchen] – половина большого часа = один час).

Увидев, как он заходит, ждавший у входа Хао Гоцзы, торопливо оттащил его в сторону и взволнованно спросил:

— Молодой господин, где ты был?

Тао Мо с тревогой на душе и с путаницей в мыслях ответил, не слишком задумываясь:

— Так, прогулялся туда-сюда.

— Гу Шэ приехал уже больше часа назад, — понизив голос, сказал Хао Гоцзы.

Тао Мо ошеломлённо замер.

— Кто? — после долгого молчания спросил он.

— Гу Шэ, а! — с беспокойством посмотрел на него Хао Гоцзы. Несмотря на то, что Гу Шэ ему не нравился, но он встревожился, увидев, что его молодой господин в мгновение ока абсолютно забыл человека, о котором прежде так страстно мечтал.

— Он... Он... Как он сюда попал? — широко распахнув глаза удивлённо спросил Тао Мо.

— Приехал в своём экипаже. А что случилось-то? — отозвался Хао Гоцзы.

— А... Ничего, — произнёс Тао Мо и моментально рванулся в дом, но через несколько шагов снова обернулся к Хао Гоцзы и, поправив волосы и одежду, спросил: — Ну как?

Заметив, что на его щёки от волнения вспорхнули два красных облачка, Хао Гоцзы произнёс, волей-неволей заодно помогая ему привести в порядок одежду:

— По-моему этот Гу Шэ пришёл не с добрыми намерениями. Будь осторожен, молодой господин.

Тао Мо взял себя в руки, успокоился, кивнул с серьёзным видом и неторопливо зашёл внутрь.

Но Гу Шэ не было в главном зале. Поискав, Тао Мо обнаружил его в кабинете.

— Ты, — Тао Мо остановился в дверях, собираясь что-то сказать, когда Гу Шэ внимательно посмотрел на него бездонными, как ночное небо, глазами, и его голос тотчас ослаб, — Зачем ты пришёл?

Гу Шэ положил на стол книгу, которую держал в руках, и равнодушно произнёс:

— А разве это не ты приходил меня искать?

— Приходил, но ты ведь не встретился со мной? — запинаясь ответил Тао Мо.

Гу Шэ опустил взгляд.

У Тао Мо сердце оборвалось от страха, что он снова обидел его.

Но Гу Шэ не ушёл «взмахнув рукавами», как он опасался, а медленно произнёс:

— На улице холодно, зайди внутрь.

Тао Мо согласился, переступил порог, и только потом ему пришло в голову, что хозяин этого кабинета он сам. Глядя на Гу Шэ, без стеснения занявшего его письменный стол, у него в душе внезапно возникло какое-то сложное, трудно постижимое чувство.

— Зачем ты меня искал? — спросил Гу Шэ.

Пока Тао Мо возвращался домой, его импульсивный порыв иссяк, и полыхавший в душе гнев сгорел без остатка. Услышав упоминание об этом, он в нерешительности спросил:

— Ты уже давно знал, что вторая дочь семьи Цю горячо любит молодого господина Ляна?

— Не очень давно, — Гу Шэ совершенно не собирался это скрывать, — Только перед тем, как ты зашёл в зал суда.

— Ты и правда это знал, — глядя на его лицо без следов угрызения совести, слегка обескураженно произнёс Тао Мо.

— Ну и что с того? — отозвался Гу Шэ.

— Раз ты уже знал об их взаимной любви, зачем тогда всё равно отправил Гу Сяоцзя в суд подначивать господина Цю и господина Ляна отложить брачный договор до истечения срока? — не мигая пристально посмотрел на него Тао Мо.

— А иначе у Сунь Но не было бы даже мизерной надежды выиграть судебный процесс, — ответил Гу Шэ.

Тао Мо оцепенел на целую вечность, прежде чем смог произнести:

— Выиграть судебный процесс?

— Сунь Но – адвокат, — отозвался Гу Шэ.

— Я знаю. Но ты...

— Я учился вместе с ним.

— Но ведь очевидно же, что молодой господин Лян и вторая дочь семьи Цю любят друг друга. Тогда бы они...

Гу Шэ встал, пристально посмотрел на него и как никогда исключительно холодным тоном произнёс:

— Какое это имеет отношение ко мне?