Страница 64 из 263
— Простая девушка Цю Ваньэ с почтением предстаёт перед господином главой уезда, — звонкий женский голос донёсся с внешней стороны зала суда.
Все как один в изумлении посмотрели наружу.
При одном только взгляде на хрупкую девушку в простом белом одеянии, стоящую на коленях перед залом суда, сильно выделяющуюся на фоне выстроившихся по обе стороны служащих уездной управы, сразу возникало чувство жалости.
— Какой скандал! Зачем ты сюда пришла? — среагировал первым господин Цю.
— Ваше превосходительство, молоток, — лениво произнёс советник Цзинь.
Тао Мо машинально ударил.
Увесисто.
Все, кто был в зале суда, как один поражённо оглянулись назад.
Тао Мо и сам перепугался.
— Пожалуйста, подойди, — отрывисто кашлянув, сказал он.
Цю Ваньэ только теперь поднялась, грациозно ступая, лёгкими шажками переместилась вперёд и снова опустилась на колени. Из-за того, что на ней была одета вуаль, окружающие лишь смутно могли угадывать её облик по очертаниям, как и требовали приличия. Она поклонилась Тао Мо и тихо сказала:
— Эта простая девушка пришла сюда просить об одном одолжении. Пожалуйста, Ваше превосходительство, помогите мне.
— Это ведь по поводу твоей свадьбы? — спросил Тао Мо.
— Вовсе не по поводу свадьбы, — покачав головой, ответила Цю Ваньэ, — На самом деле эта простая девушка уже решила уйти в монахини, поэтому прошу Ваше превосходительство свидетельствовать за меня.
— Что? Ты... — воскликнул господин Цю.
Цю Ваньэ поклонилась и ровным, спокойным голосом повторила:
— Прошу Ваше превосходительство, пожалуйста, помогите мне.
Господин Цю почти взбесился. Если бы это был не зал суда, он бы уже бросился и потащил её домой.
— У тебя же всё хорошо, зачем так беспокоиться? — в недоумении спросил Тао Мо.
Советник Цзинь тихонько кашлянул и прошептал:
— Уйти в монастырь – это значит найти правильный путь, достичь совершенства и постичь Дао, что и является подлинным успокоением. Как можно было сказать: «Зачем так беспокоиться»?
— Но она такая юная, это... — произнёс Тао Мо.
Разумеется, советник Цзинь понимал, что она была юной, и все рассуждения об уходе в монастырь не более чем протест и побуждение действовать, но понимать – это одно, а высказать – это совсем другое.
— Ради чего ты это делаешь? — наконец заговорил Лян Вэньу, и его слова несли в себе отголоски безысходности и печали.
Цю Ваньэ оставила его без внимания, снова поклонилась и повторила:
— Всё ещё прошу Ваше превосходительство помочь мне.
Господин Цю с покрасневшими от гнева глазами произнёс, резко махнув рукой:
— Это ты прежде настояла на том, чтобы твоя матушка ещё до наступления дня свадьбы нашла в городе мужчину, который собирался жениться! И это ты выбрала господина Туна. Так почему теперь отступаешься от своих слов?!
Цю Ваньэ медленно подняла голову.
— Я выбрала господина Туна только потому, что знала, пусть даже Лян Вэньу не хочет жениться на мне, но, помня прежние чувства, он всё равно приедет, чтобы остановить меня. К сожалению, я угадала только то, что он попытается меня остановить, но не угадала, что он так и не захочет на мне жениться, — такой отчаянный поступок, такой рискованный шаг [134], вплоть до потери своей репутации, но «бамбуковая корзина как и прежде пуста» [135]. Она почувствовала горечь и разочарование, когда подумала об этом.
[134] 费尽心机 [fèijìn xīnjī] – сделать всё возможное, постараться изо всех сил; 孤注一掷 [gūzhù yīzhì] – рискнуть всем.
[135] 竹篮子打水一场空 [zhú lánzi dǎ shuǐ yī cháng kōng] – «носить воду в бамбуковой корзине» = остаться ни с чем; всё напрасно; ничего не достичь.
— Ты... Ты всё ещё не отказалась от этого калеки? — с досадой произнёс господин Цю.
— Отказалась. Поэтому я решила уйти в монастырь, — ответила Цю Ваньэ.
— Жалкая! Несчастная! Ты хочешь разозлить меня до смерти или что?! — исступлённо ударив себя в грудь, воскликнул господин Цю.
— Ты не должна так поступать, — тихо сказал Лян Вэньу, — У меня увечные ноги, я больше никогда не смогу ходить.
Цю Ваньэ повернула голову и, решительно глядя на него, холодно произнесла:
— Если ты мой муж, ты, естественно, можешь меня остановить. Но если ты не мой муж, то с какой стати ты меня останавливаешь?
— Бесстыжая! — громко выкрикнул господин Цю.
Цю Ваньэ оставалась глухой к его крикам.
— Значит тот, кто сообщил семье Лян, что семья Цю и господин Тун обсуждают брак, это тоже ты? — наконец среагировал Тао Мо.
— Да, эта простая девушка сообщила об этом, — кивнув ответила Цю Ваньэ.
Видя, что Лян Вэньу по-прежнему никак не реагирует, господин Лян немного забеспокоился и, сложив руки перед собой, обратился с просьбой к Тао Мо:
— Ваше превосходительство, у второй дочери семьи Цю такие глубокие чувства, и они с моим сыном так хорошо подходят друг другу, этот союз поистине предначертан свыше. Прошу Ваше превосходительство принять решение и назначить дату свадьбы для них.
— Ваньэ высоко ценит тёплые чувства господина Ляна. Только нам с молодым господином Ляном не суждено быть вместе. Настаивать бесполезно, — ответила Цю Ваньэ, — Всё также прошу Ваше превосходительство свидетельствовать за меня. Позвольте мне уйти от мира с лёгким сердцем и не ведая забот.