Страница 52 из 263
— В этом мире нет ничего абсолютного, — с улыбкой отозвался Му Чунь, — Ты раньше разве мог себе представить, что Сюэи хоу влюбится в Мин цзуня, а?
Это действительно было то, что ему даже в голову бы не пришло. Лао Тао признавал, что, узнав об этом, он целых два дня был в ступоре, прежде чем прийти в себя. Сперва он считал, что даже если Мин цзунь «оторванный рукав», то его партнёром должен быть Ань цзунь. Как-никак у прежних Мин цзуня и Ань цзуня раньше такое тоже бывало. Но он никак не ожидал, что эти двое нынешние Мин цзунь и Ань цзунь действительно оба «оторвут рукава», только один из них выберет врага Мо цзяо, секту Хуэйхуан, а другой – ещё одного врага Мо цзяо, Сюэи хоу. Вот уж поистине, в мире нет ничего абсолютного.
Но Гу Сяньчжи и молодой господин?
Даже если бы Лао Тао был настроен оптимистично, но не до такой степени, чтобы быть оптимистом по этому поводу.
— Говорят, что Гу Сяньчжи честолюбив и высокомерен. Он даже указом императора и то посмел пренебречь. Как ему может понравиться молодой господин?
— А разве честолюбие и высокомерие – не слабость? — с улыбкой спросил Му Чунь.
Лао Тао озадаченно застыл.
Му Чунь вспомнил сцену на Празднике фонарей и с тайной уверенностью сказал:
— Не беспокойся. Даже если Тао Мо что-то сделает с Гу Шэ, я ручаюсь, что помогу ему выпутаться из неприятностей в целости и сохранности.
— Погоди-ка! — с подозрением посмотрел на него Лао Тао, — Что ты хочешь позволить молодому господину сделать с ним?
— Я лишь сказал «если», — ответил Му Чунь. Он видел, что Лао Тао всё ещё свирепо, как тигр на добычу, смотрит на него, так что был вынужден уступить: — Обещаю, я ни в коем случае не буду вмешиваться ни в какие дела между Гу Шэ и Тао Мо. Идёт?
— За исключением защиты молодого господина.
— Хорошо, за исключением защиты твоего молодого господина.
Лао Тао всё ещё испытывал беспокойство, но при таких обстоятельствах у него не было другого выбора, кроме как поверить ему.
— Когда ты собираешься отправиться в путь? — спросил Му Чунь.
— Сегодня сразу и отправлюсь.
— Так быстро? — опешил Му Чунь.
— Раз уж я решил ехать, то к чему канителиться? — ответил Лао Тао.
— Старейшина Лу, с тобой действительно приятно иметь дело, — с улыбкой сказал Му Чунь, — Я тотчас позову людей, чтобы они сопровождали старейшину Лу в пути.
— Ты боишься, что я сбегу? — покосился на него Лао Тао.
— Как я могу? — ещё более ослепительно заулыбался Му Чунь, — Как говорится, «монах убежит, а храм не сможет» [118], не так ли?
[118] 跑得了和尚跑不了庙 [pǎo déliǎo héshàng pǎo bùliǎo miào] – «монах убежит, а храм не сможет» = можно убежать, но нельзя избежать.
— Кстати, у меня ещё есть несколько дел, которые я должен тебе передать, — холодно хмыкнул Лао Тао.
Му Чунь заметил его серьёзный настрой и тоже убрал улыбку с лица.
— Пожалуйста, продолжай, — сказал он.
— Что касается старого господина Тао...
Узнав, что Лао Тао уезжает уже сегодня, Тао Мо и Хао Гоцзы были в полном шоке. Поняв, что уговоры бесполезны, Тао Мо ничего другого не осталось, кроме как тотчас заняться организацией подготовки к отъезду.
Лао Тао хотел сказать, чтобы этим занялся Му Чунь, но увидев с каким усердием Тао Мо взялся за дело, у него не хватило духу охладить его пыл, поэтому он просто уступил эту задачу ему.
Хотя Тао Мо впервые занимался подобным, но он подошёл к работе со всей ответственностью и при содействии Хао Гоцзы справился вполне достойно.
Взглянув на скромную деревянную тележку, Му Чунь прошептал Лао Тао:
— Повозка, которую я подготовил, ожидает тебя в десяти ли [119] от уезда Таньян.
Лао Тао быстро окинул его взглядом и едва заметно кивнул.
В любом случае, путешествие на повозке, запряжённой волами, и правда займёт бог знает сколько времени.
[119] 亭 [tíng] – павильон для ночлега; ям, станция на тракте; навес для отдыха проезжающих: 十里一亭 [shí lǐ yī tíng] – «один ям через каждые десять ли»; 里 [lǐ] ли – мера длины, равная 0,5 км.