Страница 51 из 263
Глава 3. Часть 7.
Вскоре дверь, на которую так пристально смотрели Тао Мо и Хао Гоцзы, наконец распахнулась.
Вышел только Му Чунь.
— А Лао Тао? — спросил Тао Мо.
— Прошлой ночью мы уснули в одной постели [116], и Лао Тао случайно упал с кровати... — со вздохом сказал Му Чунь.
[116] 抵足而眠 [dǐ zú ér mián] — «делить одну постель и спать вместе» = придерживаться одинаковых взглядов, разделять точку зрения, иметь общие интересы.
Припустив со всех ног, Тао Мо и Хао Гоцзы забежали внутрь и увидели «хворого» Лао Тао, лежащего на кровати с мрачным видом, да ещё с двумя хорошо заметными синяками на лице.
— Как ты мог грохнуться так сильно? — прямо спросил Хао Гоцзы.
Лао Тао еле заметно улыбнулся.
— Очень больно? Отдохни как следует, я немедленно позову врача, — сказал Тао Мо.
— Не нужно, — сказал Лао Тао, прикрывая лицо ладонью, — Просто лёгкий ушиб, пустяки.
— Разве можно быть небрежным, если травмировано лицо? — нахмурившись сказал Тао Мо, — В любом случае найти врача совсем не трудно.
— По правде говоря, есть кое-что, что я должен тебе сказать, — сменил тему Лао Тао.
— Что случилось? — спросил Тао Мо.
— Я думаю, ты уже наверняка догадался, что на самом деле Му Чунь прибыл с поручением от моего прежнего хозяина, — сказал Лао Тао, — Он пришёл сообщить мне, что я должен вернуться.
Тао Мо вспомнил обо всех прошлых обидах между Лао Тао и его бывшим господином и с тревогой спросил:
— Тебе обязательно возвращаться?
— Не беспокойся. Моего старого господина уже давно не заботят прежние раздоры. Мы так долго не виделись. Я думаю, он нашёл меня, просто чтобы поговорить о прошлом, только и всего, — Лао Тао кашлянул и сказал, повернувшись к Хао Гоцзы: — После того, как я уеду, ты должен хорошенько позаботиться о молодом господине. Если столкнётесь с какой-нибудь проблемой... просто послушайте мнение Му Чуня.
— Му Чуня? Почему мы должны слушать Му Чуня? — озадаченно спросил Хао Гоцзы.
— Му Чунь уже согласился остаться. Хотя он молод, но он очень опытен в общении с людьми. Если у вас что-нибудь случится, по возможности сразу спросите его, — сказал Лао Тао.
— Мы друг другу совершенно чужие, — отозвался Тао Мо, с печалью на сердце глядя на Лао Тао, — Едва ли это уместно.
Лао Тао хорошо знал замкнутый характер Тао Мо. Если чётко не прояснить ситуацию, он опасался, что, действуя по своему усмотрению, Му Чунь не станет ни во что вмешиваться и предоставит Тао Мо самому себе, поэтому сказал:
— Мы с ним близкие друзья. Ты можешь смело обращаться к нему по любому вопросу.
— Близкие друзья? Но вы больше похожи на отца и сына, — сказал Хао Гоцзы.
— По-настоящему близкие друзья – большая редкость. Такого друга можно повстречать лишь случайно, а захочешь найти и не найдёшь, — сказал Лао Тао, — А раз уж повстречал, откуда такой повышенный интерес? — но то, что он на самом деле хотел сказать, было: «откуда у тебя столько вопросов?».
Услышав его слова, Тао Мо понял, что дело уже решённое и ничего нельзя изменить, а всё, что ему осталось, это лишь кивнуть и согласиться.
— Есть ещё кое-что, с чем стоит поостеречься, — добавил Лао Тао, — Хотя советник Цзинь и является помощником, которого пригласил молодой господин, но он уже много лет служит в уездной управе Таньяна, и у него свои особые отношения с каждым отделом. В повседневных делах на него скорее всего вполне можно положиться, но что касается уездной управы, лучше не слишком сильно ему доверять, — хотя он видел, что отношение советника Цзиня к Тао Мо изменилось, но у него по-прежнему оставались сомнения. Если бы он мог ещё немного задержаться здесь, то не побоялся бы «ни горы свернуть, ни моря опрокинуть». Но он уезжает и не знает, сделает ли Му Чунь всё возможное, будет ли он стараться изо всех сил?
С этой мыслью он с тревогой в глазах посмотрел на Тао Мо.
Разве Тао Мо мог этого не понимать? Но поскольку он уже знал, что обстоятельства вынуждают Лао Тао уехать, разумеется, он не стал добавлять ему беспокойства.
— Ты можешь быть уверен, я буду осторожен, — с улыбкой сказал он, — К тому же, раз Му Чунь будет здесь, случись что, я обязательно спрошу у него.
Лао Тао кивнул и сказал, обращаясь к Хао Гоцзы:
— Сходи, позови Му Чуня, мне нужно кое-что ему объяснить.
Хао Гоцзы вышел, а Лао Тао внезапно произнёс, понизив голос:
— Даже если Му Чунь будет здесь, всё равно будь немного осторожней.
Тао Мо оторопел, лицо Лао Тао моментально приняло обычное выражение, а через мгновение Му Чунь и Хао Гоцзы зашли в дверь.
Лао Тао вытащил из-за пазухи ключи и бросил Му Чуню.
Му Чунь изумлённо поймал их.
— Я вручаю тебе всё имущество молодого господина и семьи Тао, — многозначительно сказал Лао Тао.
Хао Гоцзы был потрясён. Это что теперь... опека на всю жизнь?
Тао Мо очевидно тоже немного неправильно его понял и в недоумении посмотрел сперва на Лао Тао, а затем на Му Чуня.
— Разумеется, когда я вернусь, тебе всё же придётся вернуть их мне назад, — добавил Лао Тао.
— Ну разумеется, — с улыбкой отозвался Му Чунь, затем повернулся к Тао Мо и произнёс, слегка поклонившись и сложив руки перед собой в знак почтения: — Господин.
У него был приятный голос, незаурядная внешность и к тому же учтивые манеры. Тао Мо так засмотрелся на него, что не видел и не слышал ничего вокруг, его сердце бешено забилось, он почувствовал такую эйфорию как будто воспарил на небеса и надолго потерял дар речи.
Заметив, что Му Чунь озадаченно смотрит на него, Лао Тао поспешил сказать:
— У нас с Му Чунем всё ещё есть дела, которые я должен ему передать. Хао Гоцзы, ты уже можешь увести молодого господина.
— О! — Хао Гоцзы потянул Тао Мо за собой.
Тао Мо очнулся, тотчас покраснел и быстро вышел следом за Хао Гоцзы.
Дождавшись, пока они уйдут подальше, Му Чунь задумчиво сказал:
— Я полагал, что ему нравится молодой господин И Юй.
— Вкус у молодого господина всегда был не очень, — проворно поднявшись с кровати, отозвался Лао Тао.
— А мне кажется, что его новое увлечение, Гу Шэ, довольно неплох, — приподняв брови, сказал Му Чунь.
— Ты знаешь Гу Шэ? — удивился Лао Тао.
— Я не только знаю Гу Шэ, но я ещё знаю кто он на самом деле, — радостно улыбнулся Му Чунь, как будто повеяло весенним ветерком, однако в глазах Лао Тао его довольное выражение приобрело оттенок зазнайства и самомнения. Но ради Тао Мо Лао Тао с хмурым видом заставил себя спросить:
— Ну и кто он?
— Гу Шэ – это только его первое имя. Его второе имя... Сяньчжи [117].
[117] 字 [zì] – второе (взрослое, официальное) имя традиционно давалось молодым людям в возрасте 20 лет и символизировало наступление совершеннолетия.
— Гу Сяньчжи... Гу Сяньчжи? — как только Лао Тао понял о ком речь, его лицо изменилось, — Как он мог оказаться в Таньяне?
— Ты же смог оказаться в Таньяне, а почему он не может? — по-прежнему сохраняя спокойствие, отозвался Му Чунь.
— Если он и правда Гу Сяньчжи, тогда ни в коем случае больше нельзя позволять молодому господину общаться с ним! — нахмурившись сказал Лао Тао.
— Почему? — приподнял брови Му Чунь, — Разве статус Гу Шэ не станет как раз хорошей поддержкой для Тао Мо? С его покровительством, не говоря уже о врагах его отца, Тао Мо не составит труда быстро преуспеть в карьере чиновника.
— Раз ты уже знаешь, какого рода интерес молодой господин испытывает к Гу Шэ, почему всё равно говоришь такое? — спросил Лао Тао, явно подразумевая, что он сильно сомневается в том, сможет ли Му Чунь как следует позаботиться о Тао Мо.