Страница 41 из 263
Глава 3. Часть 2.
Когда Лао Тао узнал, что Тао Мо вернулся от Гу Шэ, он тут же пришёл к нему с расспросами.
Тао Мо подробно рассказал ему обо всех произошедших за день событиях.
— Такой исход не так уж и плох, — выслушав его, со вздохом облегчения сказал Лао Тао.
— Две человеческие жизни — не так уж и плохо? — спросил Тао Мо, широко распахнув глаза, — Господин и госпожа Тун похоронили собственную дочь. Нет ничего трагичнее этого.
— Молодой господин прав, — натянуто улыбнувшись, ответил Лао Тао.
— Но у Гу Шэ было такое же мнение, как и у тебя, — немного подумав, сказал Тао Мо.
— Молодой господин хвалит меня? — спросил Лао Тао.
— Разве? — в недоумении спросил Тао Мо.
— Гу Шэ — выдающийся ученик великого наставника Ичуя, знаменитый на весь уезд Таньян. Разве я, имея такую же точку зрения, как и он, не получаю частичку его славы?
— В моем сердце Лао Тао тоже совершенно особенный, — искренне сказал Тао Мо. Лао Тао незаметно выполнял множество разных дел. Даже если Тао Мо никогда ничего не говорил, это вовсе не означало, что он об этом не знал. Более того, он прекрасно понимал, сколько душевных сил было вложено в этот труд.
На лице Лао Тао появилось удовлетворённое выражение.
— Эти два дела нельзя назвать ни слишком простыми, ни слишком сложными, но даже если выяснилась вся правда, молодому господину всё равно нужно быть осторожным при вынесении решения. Следует принять во внимание репутацию семьи Тун.
— Репутацию? — опешил Тао Мо, но тут же всё понял и ответил: — Не беспокойся. Безусловно, я не допущу распространения слухов о Цай Фэнъюане и молодой госпоже Тун, — это не имеет никакого отношения к другим людям, так с какой стати позволять посторонним судачить о них? Он всего лишь один раз побывал в доме наставника Ичуя, и сплетни тотчас послышались со всех сторон. Если эти факты действительно распространятся, разве это не потревожит покой молодой госпожи Тун под землёй?
Он надолго погрузился в глубокие раздумья. Не лучше ли будет разделить эти два дела? Ведь никто за пределами семьи не знает о связи между Цай Фэнъюанем и молодой госпожой Тун, и, разумеется, семья будет тщательно это скрывать, ни в коем случае не допуская огласки.
Он посмотрел на Лао Тао и уже собрался высказать свои соображения, но чуть подумав, вспомнил о своей завтрашней встрече с Гу Шэ и сразу же проглотил свои слова, уклончиво сказав:
— Я всё ещё должен хорошенько обдумать этот вопрос.
— Разумеется. Пусть молодой господин подумает не спеша, — с улыбкой ответил Лао Тао, — А я пока пойду проверю как дела на кухне.
— Хорошо, — после того как он ушёл, Тао Мо украдкой вздохнул с облегчением. У него с Гу Шэ было не так много тем для разговоров. Может быть, это позволит им поговорить чуточку подольше.
Всю ночь и половину следующего дня он провёл в ожидании.
После полудня Хао Гоцзы ходил туда-обратно между главным входом и кабинетом.
Ближе к вечеру Тао Мо больше не мог это выносить и лично пошёл во двор, чтобы встать там и самому наблюдать за воротами.
Хао Гоцзы заметил, как он стоит, и опасаясь, что он устанет, сказал:
— Неизвестно, когда приедет этот молодой господин Гу. Не лучше ли молодому господину сесть во дворе и спокойно подождать его за чашечкой чая?
— Спокойно подождать? Да я умираю от нетерпения! Как я могу спокойно подождать? — почесав в затылке, откликнулся Тао Мо.
Видя его состояние, Хао Гоцзы откровенно покачал головой.
— Молодой господин, ты не можешь вести себя так. После того, как ты поставишь себя в зависимое положение от него, назад уже не переиграешь.
— Но он действительно умнее меня, — пробормотал Тао Мо.
— Даже если так, ты всё равно не должен выражать это настолько очевидно, — увидев, что он остался глух к его словам, Хао Гоцзы изменил формулировку, чтобы попробовать убедить его ещё раз, — Если ты во всех вопросах будешь полагаться на молодого господина Гу, то он сочтёт, что молодой господин неинтересный.
— Неинтересный? Правда? — по-настоящему всполошился Тао Мо.
Увидев, что наконец убедил его, Хао Гоцзы энергично закивал головой, отвечая:
— Про молодого господина Гу сложно что-то сказать наверняка.
— Но когда я в прошлый раз возразил ему, он не выглядел довольным.
— Молодой господин возразил ему? — вытаращил глаза Хао Гоцзы.
— Я не специально, — Тао Мо был сильно расстроен.
— Ха-ха... Отлично сработано, молодой господин, — потирая руки, сказал Хао Гоцзы, — Можешь не беспокоиться, молодой господин Гу никогда не показывает своих эмоций. Даже если он доволен, это также сложно разглядеть.
— Это он так был доволен? — с сомнением спросил Тао Мо.
— Доволен, доволен, — ответил Хао Гоцзы — Так что молодому господину не следует слишком любезничать с ним.
Хотя Тао Мо и чувствовал, что здесь что-то не так, но он никак не мог сформулировать, что именно.
— Я пойду посмотрю, приехал он уже или нет, — Хао Гоцзы повернулся и снова поскакал к воротам.
Тао Мо ещё немного поразмышлял над этим, и вдруг сказал самому себе:
— Он не видел какое тогда было выражение лица у Гу Шэ. Откуда он знает, что он был доволен?
Немного погодя Хао Гоцзы неторопливо вернулся назад.
— Всё ещё не приехал? — разочарованно спросил Тао Мо.
— Нет, уже приехал, — Хао Гоцзы по-прежнему демонстрировал чрезвычайное спокойствие.
Тао Мо опешил и тотчас бросился бежать, но был остановлен Хао Гоцзы.
— Что ты делаешь? — ошарашенно спросил он.
— В прошлый раз, когда я ходил на встречу с ним от имени молодого господина, он долго корчил из себя важную персону, — ответил Хао Гоцзы, — В этот раз, когда он прибыл прямо к дверям, молодой господин тоже не должен выказывать чрезмерную поспешность.
— Но я действительно очень спешу, — Тао Мо разжал его пальцы и улетучился, словно струйка дыма.
Хао Гоцзы вздохнул, развернулся и медленно пошёл вслед за ним. Дойдя до ворот, он увидел лишь тень экипажа Гу Шэ, стремительно удалявшегося на быстро вращающихся колёсах.
— Молодой господин! — громко крикнул он.
Неожиданно из-за корпуса экипажа показалась голова. Гу Сяоцзя показал ему «свиной нос».
Хао Гоцзы затопал ногами от злости.
Тао Мо сидел в экипаже и рассеянно размышлял о недавних словах Хао Гоцзы. С тех пор, как он познакомился с Гу Шэ, он очень редко слышал, чтобы тот разговаривал. Неужели это действительно из-за того, что Гу Шэ считает его слишком скучным?
— О чём ты думаешь? — безразлично спросил Гу Шэ.
— О тебе, — честно ответил Тао Мо.
— Что конкретно? — приподняв брови, спросил Гу Шэ.
— Думаю... думаю о том, что мне следует сказать, чтобы не показаться скучным, — ответил Тао Мо.
— Когда я говорил, что ты скучный? — слегка поджал губы Гу Шэ.
У Тао Мо засверкали глаза.
— Но я также никогда не говорил, что ты интересный, — снова равнодушно продолжил Гу Шэ.
— Так всё-таки интересный или скучный? — в недоумении спросил Тао Мо.
— Возможно... — едва заметно улыбнулся Гу Шэ, — ...где-то посередине.
Тао Мо похоже запутался ещё больше.
— Как ты планируешь закрыть дело Цай Фэнъюаня? — сменил тему Гу Шэ.
— Независимо от того, совершил ли он самоубийство из-за любви или нет, но он сам утопился в пруду, нельзя обвинять в этом других, — ответил Тао Мо.
— В итоге он умер достойной смертью, — сказал Гу Шэ.
Тао Мо сразу начал колебаться, задаваясь вопросом, следует ли ему «интересно возразить» или «скучно промолчать». Он поднял занавеску, посмотрел на вид за окном и заметив, что улица становится всё более и более знакомой, не удержался от вопроса: