Страница 37 из 263
Глава 2. Часть 9.
Гу Шэ приподнял брови, как будто был удивлён откровенностью Тао Мо, затем расслабился и с большим интересом посмотрел на переменчивое выражение лица господина Туна.
Господин Тун похоже почувствовал его пристальный взгляд и после долгой паузы сказал, подчёркивая каждое слово:
— Ваше превосходительство пошутил. Моя дочь никогда не выходила замуж.
— Этот человек сказал, что его зовут Цай Фэнъюань, — ответил Тао Мо.
— Что Цай Фэнъюань, что Жоу Фэнъюань, я никогда о нём не слышал, — нахмурил брови господин Тун, — Нельзя так легко верить уличным сплетням. Как можно Вашему превосходительству, почтенному местному главе, повторять за другими, не разбираясь что к чему?
— Но этот Цай Фэнъюань говорил очень страстно, — ответил Тао Мо.
— Страстно?! — внезапно сверкнул резким взглядом господин Тун, его ладони рефлекторно взметнулись вверх, но потом медленно сжались в кулаки и осторожно опустились на колени, — Цай Фэнъюань, — произнёс он тяжёлым голосом, — Этот человек уничтожил репутацию моей дочери, скрывал свои дурные намерения, да ещё попросил высочайшего суда Вашего превосходительства.
— Но... — попытался сказать Тао Мо.
— Ваше превосходительство! — во весь голос воскликнул господин Тун, останавливая его.
Тао Мо вздрогнул и уставился на него широко открытыми глазами.
— Раз уж этот Цай Фэнъюань так клялся и божился, то пусть он придёт в мой домой, чтобы встретиться лицом к лицу! — сказал господин Тун.
Внезапно вбежал один из слуг и сообщил:
— Господин, снаружи некто по имени Цай Фэнъюань просит о встрече.
Господин Тун остолбенел, а затем сказал, с трудом сдерживая гнев:
— Пусть войдёт!
Тао Мо взглянул на выражение его лица и ощутил смутное беспокойство. Он обернулся посмотреть на Гу Шэ, как оказалось, он остался абсолютно невозмутимым.
Как будто почувствовав его взгляд, Гу Шэ тоже вскользь взглянул на него. Беспокойство в сердце Тао Мо тотчас растаяло без следа, превратившись в беспокойство под ягодицами.
Вскоре с улицы наконец послышался звук шагов.
Тао Мо посмотрел, вытянув шею, это действительно был Цай Фэнъюань.
Сейчас он был одет в белое одеяние, которое свисало до самой земли, его походка была слегка скованной, он чуть не споткнулся, когда переступал через порог.
Господин Тун холодно фыркнул.
— Я [88], Цай Фэнъюань, пришёл с визитом к господину Туну, — он сложил руки перед собой и сделал глубокий поклон.
Господин Тун неподвижно застыл на своём месте, сидя на возвышении.
— Молодой господин Цай слишком любезен. Я [89] с тобой вообще никогда не встречался. Как я могу принять такую великую честь?
[88] 晚生 [wǎnshēng] — вежливое «я» при обращении к старшим.
[89] 老夫 [lǎofū] — «я» при обращении к младшим.
Цай Фэнъюань задрожал и произнёс после длинной паузы:
— Я пришёл просить прощения за свою провинность.
— Какую провинность? — жёстким тоном спросил господин Тун.
Цай Фэнъюань рухнул перед ним на колени:
— Даже без прохождения церемонии «трёх писем и шести обрядов» я... я дал обещание жениться на молодой госпоже Тун без согласия родителей... — сказав это, он покраснел до корней волос и не смог больше произнести ни слова.
Тао Мо не мог спокойно на это смотреть, поэтому поддержал его, сказав:
— Он и молодая госпожа Тун очень сильно любили друг друга.
Господин Тун бросил на него колкий изучающий взгляд.
Тао Мо окатило холодом, и он не осмелился сказать что-либо ещё.
Цай Фэнъюань внезапно припал к земле, горько рыдая:
— Это я тот, кто погубил Инхун! Это я погубил Инхун!
Лицо господина Туна стало бледным как смерть, его руки начали слегка дрожать, лежащие на коленях кулаки расслабились и снова сжались, а потом ещё раз сжались и расслабились. Прошло довольно много времени, прежде чем он смог произнести хоть слово:
— Ты... Ты этот негодяй!
Тао Мо хотел заговорить, но видя его состояние, снова так и не решился ничего сказать, только и смог, что бросить взывающий о помощи взгляд на Гу Шэ.
— Возможно здесь какое-то недопонимание? — безучастно проронил Гу Шэ.
— Недопонимание? — господин Тун внезапно схватил оказавшуюся под рукой чайную чашку и швырнул её в голову Цай Фэнъюаню.
Чашка задела щеку Цай Фэнъюаня, горячий чай разбрызгался и залил всю левую половину его лица, заставив его вздрогнуть всем телом.
— Если это недопонимание, тогда как у Инхун наступила двухмесячная беременность?! — злость и обида господина Туна наконец прорвались сквозь толстый слой льда и ледяными осколками вонзились в не знавшего куда деться от стыда Цай Фэнъюаня.
— Беременность? — через целую вечность среагировал Тао Мо.
— Взгляни, что ты натворил! — не унимался господин Тун. В гневе он стукнул кулаком по столу, вскочил с места, ринулся к оторопевшему Цай Фэнъюаню и пнул его ногой.
— Ноги прочь от этого человека! — испытывая сильную тревогу, Тао Мо внезапно стремительно рванулся вперёд.
Цай Фэнъюань успел только почувствовать порыв холодного ветра на макушке, а когда снова поднял голову, Тао Мо уже удерживал господина Туна, и они оба повалились с левой стороны от него.
— Господин... Тун? — он беспомощно посмотрел на Тао Мо.
Тао Мо изо всех сил пытался подняться на ноги.
— Не двигайся! — господин Тун чуть не переломал все кости, когда падал, и теперь, когда он говорил, казалось, что его горло наполняла кровь.
Тао Мо мгновенно замер, не смея пошевелиться.
— Поднимайся, — тяжело дыша, сказал господин Тун.
Тао Мо снова начал барахтаться, пытаясь встать.
— Не двигайся! — вдруг снова закричал господин Тун.
Тао Мо весь вспотел.
— Вставай скорее, — снова сказал господин Тун.
Тао Мо очень осторожно двинулся вверх.
— Не... двигайся! — голос господина Туна начал ослабевать.
На этот раз Тао Мо был готов заранее и очень быстро снова замер на месте.
Господин Тун глубоко вздохнул и медленно сказал:
— Вставай, но не опирайся руками на мою поясницу.
— ...А! — Тао Мо прикинул взглядом их взаиморасположение, и наконец перекатился, одним движением переворачивая господина Туна наверх.
Теперь господин Тун вздохнул с облегчением и снова почувствовал себя живым. Он увидел протянутую рядом руку и не задумываясь ухватился за неё, чтобы встать, используя силу другого человека.
— Большое спасибо.
— Ваши слова так важны, — этот человек был явно польщён.
Господин Тун вдруг стряхнул руку, на которую опирался, размахнулся и ударил стоявшего перед ним человека по лицу.
Звук пощёчины был настолько звонким, что сотряс всю комнату.
Тао Мо очень медленно поднялся и тихо сказал:
— Успокойтесь, господин Тун.
Господин Тун с негодованием отвернулся.
Тао Мо постарался расправить плечи и сказал:
— Любой вопрос можно решить путём обсуждения, не нужно прибегать к насилию.
— Решить путём обсуждения? — господин Тун стиснул зубы и холодно усмехнулся, — Моя дочь умерла, каким образом это ещё можно обсудить? Если бы он с самого начала был готов прийти посвататься, мою семью никогда бы не постигла горькая судьба похоронить своего ребёнка. Сжальтесь над моей тридцатилетней дочерью, которую мы любили и лелеяли, как сокровище, но на закате жизни оказались стариками без единого наследника! И это всё из-за него!
Цай Фэнъюань, с наполовину распухшим лицом, промямлил, едва шевеля губами:
— Я лишь хотел когда-нибудь успешно сдать экзамен, получить учёную степень и устроить роскошную свадьбу с Инхун.