Страница 252 из 263
Экстра. Часть 1. Тяжба за приданое
И вот, одним вечером на закате, они наконец вернулись в уезд Таньян.
Экипаж высадил Тао Мо у ворот уездной управы, и после договорённости, что за ним заедут после семи вечера, сразу уехал в поместье Гу.
При виде уездной управы, которую он так надолго покидал, Тао Мо ощутил прилив тёплых чувств.
Однако, когда один из служащих управы заметил стоящего у ворот Тао Мо, он тотчас стремглав метнулся внутрь, оставив другого служащего взволнованно смотреть на вернувшегося главу уезда:
— Ваше превосходительство!
— Всё ли в порядке в уездной управе? — поинтересовался Тао Мо.
— Это... , — служащий хотел что-то сказать, но запнулся на полуслове.
У Тао Мо появилось нехорошее предчувствие:
— Что случилось?
— Господин! — советник Цзинь, ведомый тем недавно убежавшим служащим, торопливо вышел к воротам и, поприветствовав Тао Мо сложенными перед собой руками, произнёс: — Господин проделал долгий путь и, наверное, устал с дороги!
— Всё нормально, я вовсе не устал, — поспешил ответить на его приветствие Тао Мо, — А вот советник точно тяжело потрудился, усердно работая на благо уездной управы. Благодарю советника за труды!
— Я не выполнил поручение господина, — с горькой улыбкой ответил советник Цзинь.
Плохое предчувствие Тао Мо сбылось:
— Что случилось?
Советник Цзинь огляделся по сторонам, после чего произнёс:
— Об этом лучше поговорить внутри.
Тао Мо, сгорая от любопытства, проследовал за ним до рабочего кабинета, а зайдя увидел, что Цуй Цзюн тоже находится внутри.
Увидев вошедшего Тао Мо, Цуй Цзюн поспешно встал и отвесил церемонный поклон.
— Да что, в конце концов, стряслось, а? — потеряв всякое терпение, снова спросил Тао Мо.
— Это долгая история, — начал рассказывать советник Цзинь, — Полмесяца назад, то есть двенадцатого числа четвёртого месяца, госпожа Ян Лю вместе с дочерью Цзоу Цюн и зятем Лю Бао подала в суд на своего мужа Ян Тяньюаня за то, что он присвоил приданое её дочери Цзоу Цюн и отказывается его возвращать.
Тао Мо был озадачен, выслушав его:
— Если фамилия мужа госпожи Ян Лю – Ян, то почему фамилия её дочери – Цзоу?
— Цзоу – фамилия первого мужа госпожи Ян Лю, — объяснил Цуй Цзюн, — А когда он умер, ей стало трудно растить дочь в одиночку, и она вышла замуж за Ян Тяньюаня, забрав с собой имущество, которое досталось ей в наследство от покойного мужа. Выйдя замуж, она договорилась с Ян Тяньюанем, что эти деньги являются приданым Цзоу Цюн и будут временно храниться у Ян Тяньюаня, и что он должен будет их вернуть, когда Цзоу Цюн выйдет замуж.
— А! Так вот оно что, — отозвался Тао Мо, — Это простое дело. Назначу суд на завтра и вынесу решение, что Ян Тяньюань должен вернуть приданое.
Советник Цзинь и Цуй Цзюн переглянулись.
— В этом деле есть ещё один момент, — сухо кашлянув произнёс советник Цзинь.
— Прошу, советник, говори, — сказал Тао Мо.
— Согласно закону ныне правящей династии, во время сезона полевых работ, то есть в период с первого числа четвёртого месяца по тридцатое число седьмого месяца, уездная управа не должна принимать к рассмотрению мелкие дела, касаемые бытовых вопросов, таких как семейные, брачные, земельные споры и прочие пустяки, а может заниматься только крупными делами, — объяснил советник Цзинь.
Тао Мо нахмурился.
— Кроме того, господина не было в то время на месте, поэтому я взял на себя ответственность и использовал эту статью, чтобы отклонить их иск, — добавил советник Цзинь.
— И что случилось потом? — видя, что он выглядит слегка обеспокоенным, спросил Тао Мо.
— Узнав, что её иск отклонили как незначительный, Ян Лю набралась решимости и бросилась в колодец! — сказал Цуй Цзюн.
Тао Мо потрясённо вскрикнул.
— К счастью, кто-то заметил её и спас, — поспешил добавить советник Цзинь, — Она лишь поранила голову, но ничего серьёзного.
Тао Мо только после этого успокоился:
— Но зачем она это сделала? Можно же было просто дождаться тридцатого числа седьмого месяца и подать иск ещё раз, а!
— Причина в том, что Ян Тяньюаню приглянулась девушка из одной семьи и он пообещал, что использует приданое Цзоу Цюн в качестве сговорного дара за невесту, а дату свадьбы назначил аккурат на первую декаду седьмого месяца. При этом муж Цзоу Цюн, Лю Бао, то и дело подталкивал мать и дочь к действию, чтобы они потребовали вернуть им приданое, и даже пригрозил, что сам потребует вернуть ему обратно его сговорный дар за Цзоу Цюн, если Ян Тяньюань не отдаст приданое, — объяснил советник Цзинь.
Тао Мо покачал головой, услышав всё это:
— Ян Тяньюань и Лю Бао оба просто отвратительны. Но Ян Лю с дочерью очень жаль.
— Как намерен поступить господин? — поинтересовался советник Цзинь.
— Я думаю, что причина, по которой законом запрещено принимать к рассмотрению мелкие дела во время сезона полевых работ, заключается в том, что люди, занимаясь тяжбами, не смогут сосредоточиться на полевых работах, — начал рассуждать Тао Мо, — Но как Ян Лю и её дочь смогут сосредоточиться на других делах при таких обстоятельствах? То, что Ян Лю удалось спасти один раз, не значит, что её спасли на всю жизнь. Для того чтобы действительно её спасти, нужно всё-таки как можно скорее разобраться с этим делом. И раз уж я пообещал Императору, что хорошенько позабочусь об уезде Таньян, то я сделаю это!
— Императору? — в один голос воскликнули советник Цзинь и Цуй Цзюн.
— Это долгая история, давайте всё же сначала поговорим о Ян Лю, — уже озадачившись предстоящим делом, произнёс Тао Мо.
— Если господин решил взяться за это дело, то вот мой совет: лучше поспешить, чем промедлить, начать раньше, чем позже, и действовать тихо, чем устраивать шумиху, — высказал своё мнение советник Цзинь.
— Советник имеет в виду рассмотреть это дело тайно? — кратко подытожил Цуй Цзюн.
— Именно, — ответил советник Цзинь, — Хотя у господина благие намерения, но нельзя поручиться, что кто-нибудь не попытается использовать закон, чтобы раздуть проблему из пустяка, поэтому мы должны уладить дело до того, как это произойдёт.
Цуй Цзюн почувствовал, как советник Цзинь, закончив говорить, бросил на него незаметный взгляд, и сразу понял, что «кто-нибудь», о ком он говорил, – это в том числе и он сам.
— Советник Цзинь абсолютно прав, — тут же поспешил согласиться он, — Хотя погода в уезде Таньян благоприятствует богатому урожаю, а в уездной управе царит сплочённость и единодушие, нет никакой гарантии, что не случится ничего непредвиденного, поэтому Вашему превосходительству лучше действовать быстро.
Услышав, что оба советуют одно и то же, Тао Мо счёл вопрос решённым. Помня слова Гу Шэ о том, что за ним заедут после семи, он быстро задал несколько вопросов по работе, а потом распрощался и ушёл.
И действительно Сан Сяоту уже ждал его у ворот.
Тао Мо сел в экипаж и отправился в поместье Гу, а когда добрался до дома, обнаружил, что Гу Шэ ждёт его к ужину.
Тао Мо одновременно и расстроился, и почувствовал себя виноватым:
— Уже поздно, зачем ты ждёшь меня на голодный желудок?
— Кто сказал, что на голодный? — расслаблено отозвался Гу Шэ.
Тао Мо только после этого заметил, что на одной из стоящих перед ним тарелок с лёгкими закусками есть пустой участок.
— Вообще-то, если ты проголодался, то мог бы поесть, не дожидаясь меня.
Гу Шэ подцепил палочками кусочек тушёного мяса и положил ему на тарелку:
— Я женился не для того, чтобы есть в одиночестве.
Тао Мо унюхал аппетитный запах тушёного мяса, и его настроение заметно улучшилось, а все тревоги, вызванные сложным делом, с которым ему пришлось столкнуться сразу по возвращении в уездную управу, остались позади.