Страница 22 из 263
— Если только пожелаете, Ваш покорный слуга может подыскать Вашему превосходительству кого-нибудь.
Когда Хао Гоцзы вдруг пришло на ум, что Тао Мо предпочитает только мужчин, его лицо моментально побледнело.
— Мой отец умер менее года назад, мне всё ещё следует соблюдать траур, — отклонил предложение Тао Мо.
— А, так вот оно что, — Ван Пэнчэн выглядел разочарованным.
— Ты довольно странный. Прежде, когда твоя матушка заставляла тебя жениться, ты отказывался всеми возможными способами, а теперь с чего вдруг заделался свахой для других? — посмотрев на него с удивлением, поинтересовался Хао Гоцзы.
Ван Пэнчэн выглядел сконфуженным:
— Я всего лишь признателен господину Тао за то, что благодаря его решению, у меня и моей матушки камень с души упал. Вот почему я хотел сделать всё возможное, чтобы помочь господину Тао хоть чем-нибудь. Как-никак господин Тао здесь впервые. Уверен, во внутреннем дворе должен быть кто-то, кто позаботится о хозяйстве, — упомянув внутренний двор, он, по-видимому, что-то вспомнил и сразу спросил: — Интересно, господин Тао уже посетил тех двух учителей после приезда в Таньян?
— У меня никогда не было учителей в уезде Таньян, — сказал Тао Мо в растерянности.
— Я имею в виду наставника Ичуя и наставника Линя, — понизив голос прошептал он.
Тао Мо вдруг вспомнил, что сам однажды говорил об этом деле с Лао Тао, а после из-за неопределённости в выборе подарков оно временно застопорилось, и этот вопрос был отложен до сих пор.
— Ещё нет.
— Всё-таки будет лучше сходить, — в нерешительности посоветовал Ван Пэнчэн.
— Только я не знаю какие подарки понравятся этим двум господам, — ответил Тао Мо.
— Вот почему я сказал, что, если бы у господина Тао была жена, чтобы заниматься домашними хлопотами, это дело было бы намного проще решить. У наставника Ичуя и наставника Линя, помимо того, что они оба известные адвокаты, есть ещё одна общая черта, они всегда следуют советам своих жён, — смеясь пояснил Ван Пэнчэн.
— В таком случае, может, мне следует подарить несколько золотых и серебряных украшений этим двум госпожам? — озадаченно спросил Тао Мо.
Ван Пэнчэн помрачнел, подумав про себя, почему этот господин, разбираясь в важных вопросах, оказался таким бестолковым в мелочах?
— Ни в коем случае! — поспешил возразить он, — Ваше превосходительство, как-никак мужчина! Это... пожалуй немного неуместно, преподносить подобные подарки жёнам учителей.
Уши Тао Мо слегка покраснели, и он сконфуженно произнёс:
— Я об этом не подумал, — он никогда в жизни не интересовался женщинами и крайне редко был внимателен к отношениям между мужчинами и женщинами.
— Ничего, — Ван Пэнчэн задумался ненадолго, — Ваше превосходительство, мне не так просто при первой же встрече вести себя так, словно мы старые друзья, но я скажу ещё одну вещь.
— Пожалуйста, говори, — Тао Мо сложил руки перед собой в знак просьбы, жестом поощрив его продолжить свою мысль.
— Ты же знаешь, что и у четы Ичуй, и у четы Линь есть свой любимый ученик?
— Я знаю, это Гу Шэ, — встрепенулся Тао Мо.
Ван Пэнчэн даже испугался, как сильно заблестели у него глаза.
— Молодой господин Гу – талантливый ученик наставника Ичуя, а талантливый ученик наставника Линя – это Лу Чжэньсюэ, молодой господин Лу.
— Его я тоже знаю, — кивнул Тао Мо.
Когда Ван Пэнчэн услышал, как Тао Мо произнёс «тоже», он кое-что для себя уяснил.
— Неудивительно, что Ваше превосходительство так спокоен, — с улыбкой произнёс он, — Оказывается, господин Тао уже упрочил свои отношения и с молодым господином Гу, и молодым господином Лу, а я зря слишком сильно переживал.
Тао Мо познакомился с Лу Чжэньсюэ и Гу Шэ случайно, вот только объяснить это сейчас было не так просто, поэтому он позволил произойти этому недопониманию.
Когда все трое вдоволь наелись и исчерпали все темы для бесед, они покинули ресторан.
Сопровождая Тао Мо обратно в уездную управу, Хао Гоцзы нахмурившись проворчал:
— Я по-прежнему считаю, что этот человек что-то замышляет.
— Что во мне есть такого хорошего, чтобы удостоиться чьих-то замыслов? — вздохнув спросил Тао Мо.
— Да нет же! Если молодой господин ещё помнит, перед тем как мы пришли в ресторан Сяньвэй, Ван Пэнчэн вполне ясно сказал, что потом собирается пригласить нас в чайную Минцуй, но как только мы поели, он оплатил счёт и сразу же сбежал, — пробормотал Хао Гоцзы.
— Если ты всё ещё продолжаешь думать о чайной Минцуй, я приглашу тебя туда как-нибудь в другой раз, — рассмеявшись ответил Тао Мо.
— Дело не в чайной Минцуй, это... Не важно... В общем, молодому господину следует остерегаться его.
Слушая, как Хао Гоцзы всё говорит и говорит без умолку, Тао Мо не осталось ничего другого, кроме как согласиться с ним.