Страница 21 из 263
Глава 2. Часть 1. Блистательные ученики знаменитых наставников
Заметив, что Тао Мо безвылазно сидит дома, Лао Тао уговорил его пойти прогуляться, чтобы познакомиться с обычаями и нравами уезда Таньян.
Год уже почти закончился, ветра были пронизывающе холодными. На улицах туда-сюда сновали прохожие, скупая товары к Новому году.
Имея под рукой Лао Тао, у Тао Мо не было необходимости заниматься подобными делами, так что он просто взял с собой Хао Гоцзы и пошёл пройтись по мелким лавкам с лакомствами и другими закусками.
Хао Гоцзы, прекрасно помня, что прежде он любил есть ароматные пирожные с османтусом, специально купил ему немного, чтобы он перекусил во время прогулки.
И только Тао Мо открыл рот, как его со свистом наполнил порыв ледяного ветра, так что все зубы заломило от холода. Поэтому съев всего пару кусочков, он остановился, собираясь отдать Хао Гоцзы остатки, но развернувшись столкнулся с каким-то человеком, и все лакомства, которые были у него в руках, рассыпались по земле.
— Ты что, ходить не умеешь? — отпрыгнув в сторону, воскликнул Хао Гоцзы.
Тот человек, собираясь объясниться, как следует пригляделся к Тао Мо, и на его лице тотчас появилось радостное выражение:
— Господин Тао?
— Ты кто? — с подозрением спросил Хао Гоцзы.
— Ван Пэнчэн? — изумлённо спросил Тао Мо.
Хао Гоцзы смерил его взглядом. Неужели это тот самый человек, которого побили палками за непочтительность к родителям? Он непроизвольно заслонил собой Тао Мо, бдительно наблюдая за ним:
— Что ты собираешься делать?
Ван Пэнчэн сложил руки в знак приветствия и обратился к Тао Мо:
— Как хорошо, что мы вот так случайно встретились. Могу ли я удостоиться чести угостить господина Тао, пригласив Ваше превосходительство пойти посидеть в ресторан Сяньвэй?
Хао Гоцзы, потянув Тао Мо за рукав, прошептал ему на ухо:
— Я опасаюсь, что у него недобрые намерения.
Несмотря на то, что он говорил очень тихо, Ван Пэнчэн всё равно совершенно чётко услышал его слова. Он сразу же взмахнул руками и смеясь возразил:
— Этот юный господин переживает слишком сильно. Ваш покорный слуга всего лишь хочет выразить свою благодарность господину Тао и всё.
— Благодарность? — неужели тот, кого побили палками, захочет ещё за это поблагодарить? Сомнения Хао Гоцзы только усилились.
Но Ван Пэнчэн, недолго думая, ухватил Тао Мо под руку и направился к ресторану Сяньвэй.
Хао Гоцзы последовал за ними, намереваясь расцепить их, но услышал, как Тао Мо говорит на ходу:
— Очень кстати! Я устал, и будет здорово немного отдохнуть.
— Верно, верно. А поев в ресторане Сяньвэй, потом ещё по дороге можно будет зайти посидеть в чайной Минцуй, — поддакнул Ван Пэнчэн.
Хао Гоцзы топнул ногой, оставшись стоять на месте, но в итоге всё равно с неохотой поспешил следом.
Поговаривали, что Сяньвэй являлся самым известным рестораном уезда Таньян, в котором принимали торговцев, богачей и людей из культурной элиты. Даже мало-мальски сносная трапеза была такой же дорогой, как стоимость пропитания простой семьи за месяц.
Когда прибыли Ван Пэнчэн и Тао Мо, был полдень, и в ресторане Сяньвэй уже почти не осталось свободных мест.
Ван Пэнчэну понадобилось много времени на переговоры с хозяином, только чтобы найти свободное место в углу. К тому же он поручил приказчику передвинуть ширму, чтобы отгородить часть центрального зала и устроить что-то наподобие маленького отдельного кабинета. Только закончив наконец все хлопоты, потребовавшие таких больших усилий, он уселся на место и смущённо сказал:
— Прошу прощения, господин Тао. Я действительно не ожидал, что что мы можем вот так случайно встретиться на улице. Простите, что принимаю Ваше превосходительство недостаточно хорошо. Я причинил Вашему превосходительству столько неудобств.
— Так вполне хорошо, — взмахнув руками, с улыбкой ответил Тао Мо.
Хао Гоцзы смущённо остался стоять в стороне, нетерпеливо глядя на Тао Мо, и только дождавшись, когда он кивнул, радостно уселся на место.
— Я заказал несколько известных фирменных блюд ресторана Сяньвэй, которые Ваше превосходительство вскоре сможет отведать. Если окажется недостаточно, только скажите, — Ван Пэнчэн похоже ничуть не удивился, что Хао Гоцзы сел вместе с ними. Он сам налил Тао Мо чай, и даже Хао Гоцзы заодно удостоился особой чести.
Тао Мо внезапно вспомнил тот эпизод с битьём палками и, испытывая угрызения совести, мягко спросил:
— Твой зад не причиняет неудобств?
Ван Пэнчэн, неловко усмехнувшись, ответил шёпотом:
— Не беспокойтесь, Ваше превосходительство, те служащие били не в полную силу. Вернувшись домой, я втёр лекарство, так что всё в порядке, — поначалу он думал, что Тао Мо вероятно спросит почему служащие управы не старались изо всех сил, и как раз задавался вопросом, следует ли ему рассказать правду о том, что они намеренно сделали поблажку, чтобы после вымогать деньги, но увидел, как Тао Мо просто кивнул, сказав: «Тогда хорошо», как будто подобные вещи его совсем не волновали. Из-за этого он невольно предположил, что Тао Мо уже давно прекрасно осведомлён обо всех делах уездной управы и вполне ожидал «лёгкого битья», и почувствовал ещё большее восхищение.
— По правде сказать, если бы не изобретательный план Вашего превосходительства, пожалуй, все обиды и противоречия между мной и моей матушкой не смогли бы развеяться так быстро.
Не говоря уже о том, что Хао Гоцзы был в полном недоумении, Тао Мо был также сильно озадачен.
— С тех пор, как моя жена покинула этот мир, у меня не возникало желания жениться снова. И только моя матушка постоянно беспокоилась о том, что у семьи Ван нет наследника. Снова и снова она понукала меня не переставая, и на этот раз устроила ещё большую шумиху в суде, вынуждая меня подчиниться. Если бы не решение Вашего превосходительства побить меня, показавшее любовь моей матушки ко мне, боюсь она бы до сих пор ещё не успокоилась, — вздохнув, сказал Ван Пэнчэн.
— Продолжение рода является важным делом, почему ты не соглашаешься жениться снова? — полюбопытствовал Хао Гоцзы.
Ван Пэнчэн бросил выразительный взгляд и надолго замолчал.
Сердце Тао Мо было тронуто, он спросил:
— Ты чувствовал к покойной госпоже Ван то, что имеют в виду, когда говорят: «Река Жо-шуй в три тысячи ли, но жажду утолит лишь один ковш воды»? — закончив говорить, он специально взглянул на выражение лица Хао Гоцзы, и только увидев его одобрительный кивок, испытал облегчение.
Ван Пэнчэн немного замялся, не решаясь ответить, в этот момент подали угощения, и разговор был прерван.
Кушанья в ресторане Сяньвэй и впрямь были изысканные.
Тао Мо и Хао Гоцзы довольно долго жили в стеснённых условиях, редко когда им удавалось отведать таких деликатесов, палочки в их руках мелькали без остановки.
Ван Пэнчэн лишь попробовал несколько кусочков и остановился, с трудом дождавшись пока они насладятся досыта, чтобы спросить:
— Я слышал, господин Тао прибыл в уезд Таньян в сопровождении только двух слуг?
— Так и есть, — отозвался Тао Мо.
— В таком случае, Ваша уважаемая жена... — продолжил выпытывать Ван Пэнчэн.
— Мой молодой господин никогда не был женат, — прямо ответил Хао Гоцзы.
— Вот как? — глаза Ван Пэнчэна заблестели, затем он спросил шёпотом:
— Не иначе, как у господина Тао такие высокие стандарты, что ему ещё никто не приглянулся?
— Да куда там! Просто до сих пор не нашлось свободного времени, вот и всё, — через силу выдавив улыбку, отозвался Тао Мо.
Слова «не нашлось свободного времени» пронзили Ван Пэнчэну сердце, тотчас заставив его улыбку засиять во сто крат сильнее: