Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 154 из 263

Глава 9. Часть 1. Выступить первым, чтобы победить *

Вань Фэн – причина смерти не установлена.

Лесоруб – терпя лишения, сидит в тюрьме.

И Юй – недавно умер, кости не успели истлеть.

Пэн Сян – исчез в неизвестном направлении.

Одно за другим – все дела наперекосяк.

Но беда не приходит одна – «если крыша прохудилась, дождь будет лить всю ночь» [275]. Когда Тао Мо вернулся в уездную управу, его одежда всё ещё была пропитана холодом и сыростью горы Юньлинь. И только он вознамерился зайти погреться в тёплую комнату, как советник Цзинь со взволнованным видом потянул его в рабочий кабинет.

Лао Тао заметил его тяжёлую походку и обеспокоенное выражение лица и встревоженно последовал за ними.

Увидев, что он тоже заходит, советник Цзинь не стал возражать, а лишь попятился, пропуская его внутрь, и закрыл дверь, а потом вынул из-за пазухи конверт и передал его Тао Мо.

У Тао Мо голова разболелась от одного взгляда на вереницу написанных на нём слов.

Лао Тао тактично забрал у него конверт, извлёк письмо и начал читать.

Тао Мо наблюдал, как хмурый взгляд Лао Тао становится всё более и более напряжённым, и почувствовал смутное беспокойство:

— Что случилось?

— Это письмо правителя округа Таньчэн, — Лао Тао ещё раз внимательно просмотрел письмо: — Он приглашает тебя в окружную управу быть его гостем завтра во второй половине дня.

— Меня? — перепугано переспросил Тао Мо.

Правитель округа Таньчэн – его непосредственный начальник. Перед тем как отправиться к месту назначения и вступить в свою нынешнюю должность, он уже был у него на приёме один раз в сопровождении Лао Тао и Хао Гоцзы. Но человек, встретивший его, оказался всего лишь его помощником, и после нескольких наспех сказанных фраз под предлогом того, что правитель занят делами и не может сейчас его принять, его очень быстро отослали прочь.

Тао Мо с самого начала побаивался встречи с правителем округа, так что, услышав слова его помощника, почувствовал облегчение и очень обрадовался, что может быть свободен. Кто же знал, что всего через несколько месяцев его начальник вдруг снова вспомнит о нём?

Лао Тао обернулся и посмотрел на советника Цзиня.

— Правитель округа Таньчэн известен своим тяжёлым характером, и с ним весьма трудно иметь дело. Боюсь, что этот визит не сулит ничего хорошего, — покачав головой, со вздохом сказал советник Цзинь.

Тао Мо сильно приуныл.

— Мы никогда не встречались с ним раньше, — произнёс Лао Тао, — А если и можно сказать, что был какой-то контакт, то только один раз, когда молодой господин нанёс ему визит перед вступлением в должность. Но он всего лишь отправил к нам своего помощника. И если уж говорить о неучтивости, то в первую очередь невежлив был он сам. Так с какой тогда стати он так внезапно решил побеспокоить молодого господина именно сейчас?

— А вы уже... — советник Цзинь бросил многозначительный взгляд в сторону Лао Тао, всем своим видом показывая, что всё и так понятно без слов. Подобные вещи определённо не волновали Тао Мо, а вот Лао Тао выглядел человеком, прекрасно знающим, как ведутся дела в чиновничьих кругах.

Лао Тао молча кивнул.

— Уже что? — ничего не понял Тао Мо.

Советник Цзинь сухо кашлянул и, проигнорировав его вопрос, обратился прямо к Лао Тао:

— В таком случае, он не должен использовать это как предлог.

— А это может быть как-то связано с Хуан Гуандэ? — неожиданно спросил Лао Тао.

— Такая вероятность тоже существует, — советник Цзинь, уже не в первый раз услышав из их уст имя Хуан Гуандэ, понял, что у них, вероятно, есть с ним какие-то старые счёты. Но так много лет проработав советником, он, разумеется, знал, о чём следует спрашивать, а о чём нет, поэтому не стал вникать в подоплёку этого вопроса, — Но я не слышал ни о каких контактах между этими двумя правителями округов. По идее, находясь в подчинении у одного губернатора провинции, они должны соперничать и стараться обойти друг друга, поэтому навряд ли ладят, если только вдруг не являются настоящими единомышленниками.

— Быть сообщниками в преступном сговоре – это тоже своего рода единомыслие, — заметил Лао Тао.

Советник Цзинь не стал продолжать его мысль.

— Так что же нам теперь делать? — спросил Тао Мо.

— Поехать в любом случае придётся. Только перед поездкой всё-таки хорошо бы немного подготовиться, — ответил советник Цзинь.

Тао Мо ничего не понял, зато понял Лао Тао:

— Знает ли советник, к чему питает склонность правитель округа Таньчэн?

— Склонность-то у него имеется, но, боюсь, у тебя не получится воспользоваться ей. Однако есть нечто, что мало кто из чиновников не любит, так что приготовь это, и будет достаточно.

Лао Тао его понял.

После ухода советника, Тао Мо шёпотом спросил у Лао Тао:

— Советник Цзинь намекал на подарок?

— Молодому господину не нужно об этом беспокоиться. Я всё подготовлю.

— После того, как моя семья была разрушена, от семейного состояния почти ничего не осталось, — снова шёпотом заговорил Тао Мо, — Я лишился практически всех денег, а то, что оставалось, всё ушло на оплату этого чина. Разве есть хоть что-то ещё? Думаю... думаю, может быть, всё-таки лучше ничего не дарить, а?

Лао Тао был весьма доволен его словами. После приезда в Таньян в качестве главы уезда, Тао Мо стал более основательным в делах, его личность уже не была такой незрелой, как прежде, он стал сильнее, а его ненависть и жажда мести за смерть отца в конечном счёте пробудили в нём твёрдость и упорство. Единственное, на что мог посетовать Лао Тао, это его неизменившееся пристрастие к мужчинам. Но лучше уж пусть он сближается с кем-то вроде Гу Шэ, чем с таким, как И Юй. И принимая во внимание все перемены к лучшему, ему определённо не стоило слишком торопить события. Когда Лао Тао сегодня увидел, как Гу Шэ держит Тао Мо в своих объятиях и шепчет ему слова утешения, его решимость разделить этих двоих чуть-чуть пошатнулась. Но только чуть-чуть. А до поддержки или содействия по-прежнему осталось «сто восемь тысяч ли» [276].

Так что, учитывая и это, и кое-что ещё, Лао Тао в итоге решил сообщить Тао Мо некоторые подробности:

— Молодой господин, тебе не нужно беспокоиться о деньгах.

Тао Мо посмотрел на него в недоумении.

— По правде говоря, старый господин знал обо всём, что тайно проворачивал в то время Хуан Гуандэ. Он знал, но не мог ничего сказать, поэтому ему приходилось делать вид, что он ничего не замечает.

Тао Мо, казалось, что-то понял, но всё же не совсем.

Лао Тао начал объяснять более обстоятельно:

— На самом деле, задолго до тех событий господин припрятал кое-какую сумму как раз на случай непредвиденных обстоятельств. Перед смертью господин передал эти деньги мне на хранение, чтобы обеспечить будущее молодого господина. Господин сказал, что если молодой господин готов отпустить свою ненависть и «уехать в дальние края» [277], чтобы я в таком случае купил на эти средства поместье и несколько му земли [278], и тогда молодой господин смог бы жить в поместье, собирать ренту и прожить жизнь в спокойствии и благополучии. А если молодой господин не сможет избавиться от ненависти, чтобы я купил молодому господину должность чиновника и помог поступить на государственную службу. А к худу ли это, к добру ли – положиться на судьбу, и пусть свершиться то, что суждено.

— Отец надеялся, что я изберу второй путь, — прошептал Тао Мо.

— Не совсем так. Хотя все родители мечтают о том, чтобы их дети добились успеха, но все родители также хотят, чтобы у детей была спокойная и счастливая жизнь. И в конце концов, будь то мир и процветание или карьера, слава и почёт, господин хотел, чтобы молодой господин следовал желаниям своего сердца, — именно поэтому, зная, что его сын проводит время в доме Цюньсян, господин Тао просто делал вид, что ничего не знает.