Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 152 из 263

Согласно первоначальным планам Тао Мо, теперь он должен был поехать в поместье Гу. Но, судя по тому, как Тао Мо выглядел, разве он захочет сейчас спокойно ужинать, играть в ци с Гу Шэ и наслаждаться прекрасным вечером? [271] Хао Гоцзы даже не стал спрашивать, а просто направил повозку обратно в уездную управу.

Когда они вернулись, Тао Мо вышел из повозки и, ничего не сказав, сразу зашёл в дом, словно облако, гонимое ветром.

Хао Гоцзы отогнал повозку и уже собирался пойти его утешать, когда его перехватил устроивший «засаду» у дверей дома Лао Тао.

— Что случилось? — сразу перешёл к делу Лао Тао, у которого не осталось уже ни капли терпения.

Хао Гоцзы вздохнул и произнёс:

— И Юй умер. Говорят, что от болезни.

Лао Тао был застигнут врасплох. В последние несколько дней его мысли были заняты Лин Ян ваном и Хуан Гуандэ, и он даже не подумал отправить кого-нибудь присматривать за И Юем и не ожидал, что случится что-то подобное.

— Он действительно умер от болезни?

— Ну я же не видел этого своими глазами, — отозвался Хао Гоцзы, — Скорее всего так? Или... Возможно ли, что... — его глаза блеснули, и ему пришла в голову более логичная догадка: — Это Пэн Сян его убил, позарившись на его добро?

— С чего ты так решил? — покосился на него Лао Тао.

Хао Гоцзы его догадка казалась очень даже обоснованной, поэтому он продолжил:

— Владелец дома рассказал, что он похоронил И Юя в страшной спешке и после этого сразу пропал. Не иначе как «нечистая совесть покоя не даёт»? [272]

Лао Тао смотрел на него, не проронив ни слова.

— Я в чём-то ошибся? — на полшага отступил Хао Гоцзы.

— Нет, всё верно, — Лао Тао неожиданно улыбнулся, что показалось Хао Гоцзы очень странным, — Очень даже верно.

Хао Гоцзы почувствовал, как у него по спине пробежал холодок.

...

Тао Мо весь вечер был в подавленном состоянии, но на утро его настроение немного переменилось. Это принесло облегчение Лао Тао и Хао Гоцзы, которые беспокоились, что он заболеет от переживаний.

Лао Тао воспользовался случаем и заговорил о том, над чем размышлял всю ночь.

— Молодому господину не кажется, что смерть И Юя крайне подозрительна?

— Что ты имеешь в виду? — не понял Тао Мо.

— Я видел И Юя в тот день, когда он приходил навестить молодого господина. Он вёл себя вполне естественно и выглядел тоже довольно хорошо. Тогда с чего вдруг так внезапно умер?

Тао Мо вспомнил тот день, когда к нему приходил И Юй. Да, его щёки были розовыми, но только за счёт румян, а лицо было скрыто за толстым слоем белил, и неизвестно, насколько хорошо или плохо он выглядел на самом деле. Но его слова в тот день были значительными и пронизанными глубоким смыслом, а если хорошенько вникнуть, то ещё и прощальными. А иначе они не засели бы так накрепко в его душе, и он не стал бы так сильно после них переживать.

Но это всё лишь его домыслы, а что именно на самом деле произошло, никто кроме двух участников событий, знать не может.

— Ну мы всё-таки долго были знакомы с И Юем, а молодой господин – глава этого уезда. Разве можно допустить, чтобы возможная несправедливость осталась безнаказанной? — продолжил убеждать Лао Тао.

Тао Мо был тронут его словами и ему даже не пришло в голову подумать, с чего бы это Лао Тао, который обычно недолюбливал И Юя так же сильно, как Хао Гоцзы, вдруг неожиданно начал искать для него справедливости, а подумал только, что во всём этом и правда следует разобраться.

А кроме того, И Юй взял у Хуан Гуандэ ту вещь, а Хуан Гуандэ, скорее всего, убил Вань Фэна. В таком случае действительно крайне вероятно, что И Юй тоже был убит.

— Хорошо! Завтра я направлю людей на гору, чтобы они нашли останки, а затем попрошу служащего осмотреть тело! — уверенно откликнулся Тао Мо.

Лао Тао незаметно улыбнулся.

Однако найти тело И Юя оказалось не так уж и просто.

Гора Юньлинь была не слишком большой, но на ней обрели пристанище немало неприкаянных душ, и найти теперь среди них одну оказалось вовсе нелёгким делом. Тем более, что Цуй Цзюн не хотел особо напрягаться, и остальные служащие, занятые поисками, глядя на него, тоже не сильно старались.

Так что, без какой бы то ни было особой причины, тело искали уже целых три дня.

И Тао Мо, и Лао Тао прекрасно знали, что чем дольше труп остаётся захороненным, тем меньше на нём останется улик. Поэтому в итоге Лао Тао просто отправил на поиски людей из Мо цзяо, и уже через пару часов тело было брошено во двор уездной управы.

Зловоние поднималось до небес.

Тао Мо немедленно приказал служащему забрать труп для проведения осмотра.

И хотя тело унесли практически мгновенно, но невыносимый запах всё равно остался, и лучше не стало даже после применения различных методов и средств.

Гу Шэ, как раз в этот момент вошедший в ворота управы, почувствовал запах, слегка поморщился и, махнув рукой неловко стоящему в стороне Тао Мо, предложил:

— Поживи какое-то время у меня.

Лао Тао сперва не хотел переезжать, но потом подумал, что, если быть рядом, то ещё возможно что-то предпринять, а если быть где-нибудь в другом месте, то «небеса высоко, а император далеко» [273] – все творят, что хотят, и всё шито-крыто. Взвесив все за и против, он последовал за Хао Гоцзы.

В доме, который Гу Шэ уже раньше отдавал в распоряжение Тао Мо, всё осталось по-прежнему, все вещи на своих местах – вселяйся и живи.

Тао Мо даже смутно почудилось, будто он снова вернулся в прошлое.

Но кое-что всё-таки изменилось.

...

Лао Тао вернулся.

Му Чунь ушёл.

И Юй умер.

Понимая, как сильно глава уезда торопится узнать результат, служащий управы, занимавшийся осмотром трупов, не смыкал глаз всю ночь и, дважды тщательно сверху донизу осмотрев тело И Юя, наконец решительно и бесповоротно заключил:

— Он умер от болезни.

Тао Мо вздохнул, когда услышал об этом, не зная, огорчаться или радоваться такому исходу.

Человек умер, и всё былое теперь лишь уплывающие в даль облака [274].

Тао Мо попросил у Лао Тао немного денег, чтобы оплатить похороны. При жизни И Юю не довелось обрести покой, и Тао Мо надеялся, что после смерти он сможет найти свой собственный мирный уголок.

В этот раз Лао Тао на удивление охотно взял дело в свои руки – за один день выбрал гроб, заказал надгробие и выбрал благоприятный день для похорон.

В этот день моросил дождь.

Тао Мо присел на корточки перед могилой и поставил целых шесть больших подносов с финиками.

Хао Гоцзы стоял позади него и держал над ним зонт.

За всё это время Тао Мо ничего не сказал. Он не понимал слов на надгробии, зато хорошо понимал, что такое надгробие. Он смотрел на серый могильный камень, и тревога, так долго терзавшая его сердце, наконец начала отступать.

И Юй действительно умер.

Неизвестно сколько прошло времени. Зонт над ним слегка качнулся и снова замер, но теперь оказался поднят гораздо выше.

Ветер дует, дождь идёт. Ветер сносит струи дождя.

Лицо Тао Мо было усеяно каплями. Вблизи они казались бесчисленными крошечными капельками слёз.

Зонт внезапно опустился и придвинулся ближе.

— Люди постоянно умирают, — прозвучал за спиной Тао Мо приглушённый голос Гу Шэ.

— Но почему постоянно умирают те, кто рядом со мной? — отрешённо произнёс Тао Мо.

Гу Шэ не ответил сразу.

Ветер продолжал дуть, дождь продолжал идти. Ветер и дождь сливались вместе, и становилось всё холоднее. То небольшое тепло, которое появилось всего за несколько дней до этого, было полностью сметено этим ветром и дождём.