Страница 104 из 263
Во всей уездной управе царила мёртвая тишина, и единственный звук, который был слышен, это громкие рыдания припавшего к земле человека.
Советник Цзинь сочувственно вздохнул разок и обернулся к Тао Мо напомнить, чтобы он продолжал вести разбирательство, но увидел, что тот, склонившись над столом, потихоньку утирает слёзы.
— ... .
Весь зал поголовно, кто тайком, кто открыто, начал вовсю рыдать, а судебный процесс при этом полностью застопорился.
Хлоп, хлоп, хлоп.
Три хлопка в ладоши.
Тао Мо оторопело распахнул покрасневшие от слёз глаза и устремил взгляд за пределы зала.
И в этот момент увидел не спеша выходящего из толпы, облачённого в тёмно-красное одеяние Лу Чжэньсюэ.
Советник Цзинь незаметно нахмурился и сделал Тао Мо напоминание:
— Это зал суда, сюда не следует пускать посторонних.
Тао Мо кивнул, показывая, что понял, и, обернувшись к Лу Чжэньсюэ, спросил:
— Зачем ты пришёл в суд?
Советник Цзинь был так зол, что чуть не ударил кулаком по столу.
Лу Чжэньсюэ уже несколько раз имел дело с Тао Мо и прекрасно понимал его характер, поэтому такой исход вполне соответствовал его ожиданиям.
— Судиться, — с лёгкой улыбкой произнёс он.
— И кто же твой подзащитный? — удивился Тао Мо.
Лу Чжэньсюэ указал рукой на Сан Сяоту, который рыдая и всхлипывая припал к земле:
— Он.
— У адвоката Лу была с ним предварительная договорённость? — не вытерпел и вмешался советник Цзинь.
— Мы с ним никогда раньше не встречались, — ответил Лу Чжэньсюэ. Он услышал, что глава уезда снова ведёт разбирательство в суде и пришёл взглянуть из любопытства, даже не предполагая, что дело вдруг окажется связанным с Гу Шэ. Гу Шэ приехал в уезд Таньян всего-то чуть более двух лет назад и ни разу за это время так и не появился в суде, но очень быстро оказался в центре всеобщего внимания и стал настолько популярным, что совершенно затмил его самого, бывшего прежде первым из сильнейших – «обладателем головы морской черепахи» [198]. И он уже давно искал удобного случая помериться с ним силами. В прошлый раз, во время тяжбы между семьями Цю и Лян, он лишь отчасти показал на что способен, а сейчас вдруг появилась такая редкая возможность. Он просто поверить не мог, что Гу Шэ не покажется и на этот раз, после того как ему «наступили на голову»!
— Совершенно никак не связаны? — переспросил советник Цзинь.
— Ни сват, ни брат, — покачав головой, подтвердил Лу Чжэньсюэ.
— В таком случае, вынужден попросить адвоката Лу послушать разбирательство за пределами зала суда, — если бы семья Лу не считалась одной из самых богатых и знатных семей в уезде Таньян, он бы никогда не высказался так учтиво.
Лу Чжэньсюэ, совершенно проигнорировав его, обратился напрямую к Тао Мо:
— Ваше превосходительство, Сан Сяоту неграмотный человек и совсем ничего не смыслит в законах, поэтому я прошу у Вашего превосходительства милостивого разрешения стать его адвокатом, чтобы защищать его во время суда, — он знал, что хотя Тао Мо и казался глупым, но на самом деле был на редкость беспристрастным судьёй, поэтому он был на сто процентов уверен, что Тао Мо согласится на это.
— Ты ему «ни сват, ни брат», да к тому же не имеешь к этому делу ни малейшего отношения. Так с какой стати ты собрался его защищать? — внезапно, нахмурившись, спросил Тао Мо.
— Каждое дело заслуживает серьёзного подхода и справедливого суда, даже «ни сват, ни брат» достоин того, чтобы иметь возможность убедить в своей правоте с помощью разумных доводов, — ответил Лу Чжэньсюэ.
— А с чего ты взял, что я буду судить несправедливо и не стану внимать разумным доводам? — поинтересовался Тао Мо.
Лу Чжэньсюэ обескураженно застыл.
— Попрошу адвоката Лу пока что отойти в сторонку. И ежели этот чиновник действительно будет относиться к делу предвзято, адвокату никогда не поздно вернуться и оспорить все предъявленные обвинения, — сказал своё слово Тао Мо.
Увидев Лу Чжэньсюэ, пристыженно покидающим зал суда, Гу Сяоцзя нарочито громко рассмеялся. Зная Тао Мо уже порядком времени, он впервые признал, что его слова, оказывается, способны так сильно порадовать.
[197] 梁上君子 [liáng shàng jūnzǐ] – «достойный человек на балке [под крышей]» – изначально неплохой человек, вынужденный пойти на преступление в силу обстоятельств = вор, «благородный разбойник».
梁 [liáng] – стропила; балка; перекладина.
上 [shàng] – залезать наверх.
君子 [jūnzǐ] – достойный (благородный) человек.
Во времена династии Восточная Хань, в неурожайный год, когда простые люди голодали, в дом к Чэнь Ши 陈寔 [chén shí] (104-186 н.э.), правителю Тайцю, ночью залез вор и спрятался на балке под крышей. Заметив его, Чэнь Ши, «воззвав к потомкам», произнёс наставление: «Плохой человек не является злым по своей природе, следовательно он пришёл к этому [в силу обстоятельств]. Этот «достойный человек на балке [под крышей]» как раз таков и есть». Источник: 《后汉书·陈寔传》 «Хоу Ханьшу» («История династии Поздняя Хань»): «Жизнеописание Чэнь Ши».
[198] 独占鳌头 [dúzhàn áotóu] – «завладеть головой морской черепахи» = занять первое место. Победитель экзамена (на высшую учёную степень в системе государственных экзаменов) на приёме у императора стоял на ступеньке, на которой была вырезана голова гигантской черепахи.
鳌 [áo] – мифическая гигантская морская черепаха, несущая на спине Пэнлай, остров бессмертных.