Страница 214 из 240
***
Четвертый принц взял всю военную власть в свои руки, как только прибыл в Цзяннань, и не позволил главному полководцу Цзяннани следовать за ним в бой, опасаясь, что солдаты не будут знать, кого слушать. Лу Чжаньпэн тоже был рад свободе, он держал руки в стороны и наблюдал за весельем. Поскольку он даже не участвовал в сражении, ему, естественно, не нужно было писать отчеты о боях императору.
Император Хун Чжэн посмотрел на отчет, присланный Цзин Юем, и не мог не нахмуриться: все, что там говорилось, это то, что король Хуайнань засел в городской башне и не осмеливается выйти на бой, и пока нет никакого прогресса.
Король Хуайнаня находился на городской башне, а его генералы были под ней! Каждый день он посылает генерала, как бы дразня его убегает, а когда он идет за ним, его встречает либо канатная веревка, либо заклепочный шип, что раздражает его до крайности.
В это время в резиденции Северного маркиза отмечали праздник, посвященный рождению сына Северного маркиза.
Цзин Шао хотел увидеть своего шурина, которому только что исполнился месяц, потому что слышал, что он очень похож на Му Ханьчжана в детстве, но в прошлый раз он сбежал из-за смерти младшего ребенка в резиденции Принца Жуй, а в этот раз в резиденции Северного Маркиза было много влиятельных людей столицы, поэтому принц Чэн, находившийся под домашним арестом, не мог поехать в любом случае.
Северный Маркиз сиял, разговаривая со своими гостями, принимая комплименты, настоящие или фальшивые. Поприветствовав отца, Му Ханьчжан отправился во внутреннюю резиденцию, чтобы навестить мать и младшего брата.
– Будь хорошим мальчиком, сейчас ты увидишь своего брата, - Цю была одета в мягкий материал, сидела на кровати и дразнила своего маленького сына на руках, ее слегка пухлое лицо выглядело сияющим и розовым, а глаза, похожие на глаза Му Ханьчжана, были наполнены любовью.
Глядя на тихую и прекрасную сцену перед ним, Му Ханьчжан не мог не поджать губы и не подойти к кровати, чтобы увидеть своего брата.
Му Лонлинь уже потерял красный цвет, который был у него при рождении, и его морщинистое личико разгладилось, и он стал белым и нежным.
– Линь, это брат, зови его братом, -Цю улыбнулась и обняла ребенка на глазах у Му Ханьчжана.
– Мама, ему всего лишь месяц, как ты можешь учить его говорить? - Му Ханьчжана забавляло поведение его матери.
– Чем раньше вы его научите, тем раньше он сможет говорить, в те времена говорить можно было в семь месяцев,- сказала Цю, постепенно сдерживая улыбку. - Жуй Ванфэй забрала обратно сына и наложницу, которые жили в другом дворе?
– Почему мама всегда беспокоится о делах Жуй Ванфэй? - Му Ханьчжана это немного забавляло, даже резиденция Северного маркиза была полна слишком большими проблемами, но его мать всегда беспокоилась о чужих семьях, его уже давно не волновали эти внутренние дела.
– Жуй Ванфэй всегда полезно быть открытой, - вздохнула Цю, - даже если братья, Принц Чэн и Принц Жуй, близки, близость не может помешать накоплению мелких ошибок и обид, поэтому вы должны убедить принца открыто поговорить со старшим братом и не иметь никаких недоразумений.
Му Ханьчжан посмотрел на свою мать с некоторым удивлением, основываясь только на слухах, добавленных женщинами, она смогла сделать настолько точный вывод. Он не позволил Цзин Шао расследовать дело о храме Биюнь, потому что боялся, что существует какой-то заговор, и если он будет в него вовлечен, то попадет в грязь. Цзин Чэнь гораздо серьёзнее, чем Цзин Шао, а такие люди склонны слишком много думать, поэтому лучший способ - быть прямым и непринуждённым, чтобы между братьями было меньше конфликтов.
После долгого дня общения с родственниками из резиденции Северного маркиза Му Ханьчжан чувствовал себя очень уставшим, ведь он долгое время отсутствовал во внутреннем доме, и теперь было немного отвлекающе участвовать в этом снова. Простой и чистый дворец Принца Чэн - единственный дом, который действительно дает ему душевный покой. Когда он сел в карету и увидел своего принца, который приехал за ним, он не мог не поцеловать его.
***
Вопрос о морском порте был окончательно решен, были составлены уставы различных министерств, и придворные не возражали против временного открытия порта. После утреннего суда император Хун Чжэн вызвал Му Ханьчжана в императорский кабинет.
– Я готов пойти, - Му Ханьчжан сказал с уверенностью.
— Тогда где, по-твоему, должен быть открыт этот порт? - спросил император Хун Чжэн, глядя на карту гор и рек Цяньшаня.
– Я думаю, что лучше открыть в Цзяннани, - сказал Му Хуанчжан, не дожидаясь вопроса императора Хун Чжэна, - во-первых, юго-восточный район только что был выведен из состава вассала и не стабилен, а во-вторых, Цзяннань богата товарами, эти люди могут покупать и продавать в этом районе, чтобы не задерживаться в Дачэне слишком долго и не создавать проблем.
Император Хун Чжэн повернулся и долго молча смотрел на него, затем достал из рукава указ и передал его Му Ханьчжану:
– Я уже попросил кое-кого сделать приготовления, так что через несколько дней ты должен отправиться в Лу Чжоу.
Му Ханьчжан взял ярко-желтый запечатанный указ и опустился на колени, чтобы получить приказ.
– Лу Чжоу? - Цзин Шао посмотрел на указ своего отца. Остров Цапли - это не государство, а название местности, недалеко от города Пинцзян, потому что это было устье большой реки в море, где на песчаной отмели часто встречались цапли, поэтому его назвали островом Цапли.
– Отец-Император попросил меня уехать в ближайшие несколько дней, что мне делать? - Му Ханьчжан посмотрел на Цзин Шао, он думал, что это займет некоторое время, но он знал, что император Хун Чжэн был еще более встревожен, чем он.
***
На следующее утро император Хун Чжэн был при дворе.
Император Хунчжэн объявил о назначении маркиза Вэнь Юаня специальным посланником в Лу Чжоу, чтобы договориться о торговле. Он уже отвечал за дани из чужих стран, и именно он предложил морскую торговлю, поэтому нет ничего плохого в том, чтобы отправить его туда.
Му Ханьчжан был втайне встревожен, и когда он увидел мерцание света в глазах Старшего принца, в его сердце появилось плохое предчувствие.
Цзин Чэнь также втайне нахмурился, на этот раз Старший принц и остальные даже не потрудились воспрепятствовать им, поэтому он чувствовал, что что-то случится, если его зять пойдет один.
– Докладываю, - в этот момент, громкое и четкое объявление пришло извне зала, - 1300 километров, срочно!
Император Хун Чжэн немедленно приказал кому-то передать его, это было срочное письмо от Главной армии Цзяннань, язык на нем был простым и понятным, в нем говорилось только об одном, а именно: король Хуайнань взял на себя инициативу послать войска и разбил армию Четвертого принца, теперь он разбил два города подряд и собирается вторгнуться в город Пинцзян!
– Ублюдок! - Император Хунчжэн был так зол, что у него тряслись руки.
Придворные смотрели друг на друга, Четвертый принц атаковал Хуайнань больше месяца, и это не было большой проблемой, что он не захватил ни одного города, но в свою очередь, он потерял два города подряд, это действительно .......
– Ваше Величество, Цзяннань находится всего в 1300 километрах от столицы, как только Пинцзян будет разбит, столица окажется в опасности! - Военный министр воскликнул голосом, который обычно был намного громче.
После пересечения реки Пин и подъема по каналу плоская река идет прямо во внутренние районы столицы, поэтому императоры династии Чэнь из поколения в поколение боялись короля Хуайнаня, словно нож, в любой момент подвешенный к горлу, так что люди не хотят убирать его в любое время.