Страница 187 из 240
Император Хун Чжэн услышав это вспомнил, какой шум подняла графиня Юнчан перед вдовствующей императрицей. Он внезапно почувствовал себя несчастным. Он повернулся и посмотрел прямо на своего сына, который стоял так прямо, что вот-вот должен был стать единым целым со свернувшимся столбом дракона* позади него, и спросил:
- Цзин Шао, что ты думаешь?
Сердце Му Ханьчжана пропустило удар, а руки, спрятанные в рукавах пурпурной придворной мантий с узором из облаков тихо сжались в кулаки. Такой вопрос императора означал, что он был раздражен этим неприятным вопросом, и он желает послать Цзин Шао, чтобы тот разрешил его как можно скорее.
- Этот принц считает, что нет необходимости беспокоиться о небольшой группе бандитов, которыми являются южные варвары. Это дело больше всего подходит для тех, кто никогда раньше не руководил солдатами, чтобы практиковать свои навыки - Цзин Шао намекал на то, что кампания южных варваров была всего небольшой стычкой. Даже если они проиграют, они мало что потеряют, и император сможет послать кого угодно для проверки. Он также указывал, что не хочет идти. Послать его было все равно, что убить цыпленка мясным ножом для скота.
При этом замечании выражения всех людей в группе четвертого принца внезапно изменились. Единственным принцем, которому еще предстояло вести солдат в кампании был Цзин Юй. Лицо графа Юнчана налилось кровью. Чтобы защитить четвертого принца, он, скорее всего, будет тем кого заставят уйти.
Цзин Шао привык быть несдержанным в суде. Император Хун Чжэн только нахмурился на его прямолинейные слова, но не стал его ругать.
- Граф Юнчан еще не вел солдат. - Маркиз Диннань, казалось, подумал об этом внезапно и медленно заговорил. Маркиз Диннань был тестем Цзин Чэна. Во избежание подозрений он редко выступал в суде. Однако, поскольку сегодня выступил Северный Маркиз, ему не повредило был вымолвить несколько фраз.
Вскоре после этого большинство при дворе поддержало отправку графа Юнчана в поход; даже несколько чиновников из фракции четвертого принца поддержали это мнение.
Император Хун Чжэн немедленно принял решение. Через три дня граф Юнчан отправится в регион Юньнань-Тибет, и старшему принцу будет приказано вернуться в столицу.
- Ваше Величество, Вы должны предотвратить это. Мой муж старый, он не может вынести опасности региона Юньнань-Тибет , - плакала графиня Юнчан во дворце Фэнъи.
- Император уже издал императорский указ. Что может сделать эта Императрица ? - Императрица была в таком гневе, что продолжала стучать по столу. Ее младший брат действительно не мог сделать ничего путного. Каждый раз, когда просили его что-то сделать, он не завершал дело удовлетворительно. Теперь он даже ввязался в этот беспорядок.
- Ваше Величество, он Ваш родной брат. Вы не можете просто игнорировать его! - Графиня Юнчан держала платок и рыдала.
В конце концов, это был брат императрицы, и Цзин Юй все еще приходилось в некоторой степени полагаться на влияние семьи своего дяди. Императрица рассердилась, она медленно заговорила:
- Скажи ему, чтобы он расслабился и отправился на время в Юньнань-Тибет. Разве генерал Чжэндун все еще не там? Пусть он обо всем позаботится. Через некоторое время эта Императрица найдет ему замену.
Таким образом четвертый принц сказал графу Юнчан, что сейчас самое важное - вернуть Старшего Принца. Хотя у него и его старшего брата действительно не было общей цели, в любом случае, он тоже был помощником. Через некоторое время он будет вести войну против Хуайнаня, и старший принц сможет помочь ему следить за Цзин Чэном и Цзин Шао в столице; это было дело, с которым его дядя не мог помочь.
После окончания суда Цзин Шао поспешил к своему Ванфею и поведал:
- Я только что видел, как лицо Цзин Юй стало зеленым.
- Мгм, - ответил Му Ханьчжан, продолжая идти.
Цзин Шао недовольно прыгнул перед ним и посмотрел на лицо Му Ханьчжану, пока он отступал.
- Мой сегодняшний ответ был достаточно резким, не так ли?
Му Ханьчжан внимательно посмотрел на него. Прошел уже целый год, но Цзин Шао все еще не знал, как выглядело его выражение «выпрашивание похвалы». Он просто смотрел на собеседника сверкающими глазами. Му Ханьчжан не мог не улыбнуться, вспоминая, как он предложил ему штаны на второй день после их свадьбы.
(П.п.:Тогда Шао смотрел и ждал когда Ханьчжан его поблагодарит:)))
Красивое лицо Му Ханьчжана стало еще красивее благодаря хорошему настроению и питательным лечебным тоникам, которые Цзин Шао заставил его пить. Он стал как минимум на 30% еще красивее. В ярком солнечном свете раннего лета эта улыбка была поистине очаровательной.
Цзин Шао был потрясен этой красотой. Он потянул руку, чтобы прикоснуться к нему, но он внезапно упал спиной в тележку с овощами с «Ой!»
«Ха-ха-ха-ха...» Му Ханьчжан увидел, что приближается тележка с овощами бок-чой, но прежде чем он успел напомнить Цзин Шао, последний уже упал в кучу овощей. Цзин Шао поднялся на ноги с несколькими овощными листьями, прилипшими к его голове. Это было довольно забавно, и Му Ханьчжан не мог удержаться от громкого смеха.
Старик, толкавший тележку, тут же сморщил лицо, но не осмелился ничего сказать, увидев, на виновнике придворную одежду, поэтому мог только с грустью смотреть на раздавленные овощи.
Цзин Шао сердито вскочил. Куча овощных листьев с хлопком упала с его тела, когда он сердито смотрел на своего Ванфея, который все еще радостно смеялся над ним.
Увидев, как Цзин Шао рассердился, Му Ханьчжан дал старику несколько серебряных монет и быстро отпустил его. Затем он с улыбкой подошел к нему и снял зеленые листья овощей с головы Цзин Шао, а затем помог ему поправить помятую одежду:
- Сегодня в суде ты вел себя очень устрашающе. Граф Юнчан был напуган до смерти.
- Действительно!
Услышав эту похвалу, Цзин Шао сразу же усмехнулся. Он не чувствовал, что потерял лицо от предыдущего взаимодействия с тележкой для овощей, и счастливо отправился домой.
Как только они добрались до ворот своего дворца, они столкнулись с Хао Дадао, которого давно не видели.
- Ванъе, Военный советник!
Хотя Хао Дадао был пожалован в генералы, в обычные дни ему не приходилось посещать двор. К тому же, он не любил посещать других людей и дарить подарки, соответственно давно не виделся с этими двумя.
- Генерал Хао - действительно редкий гость. Пожалуйста, быстро заходите внутрь.
Му Ханьчжан улыбнулся. Он был ближе к людям, которых знал на поле боя, чем к тем, кого знал в столице.
- Нет, благодарю. - Хао Дадао был немного смущен. - дела обстоят так: моя жена вчера приехала в столицу и приготовила обед дома. Мы хотим пригласить Ванье и военного советника на трапезу поболтать.
- Хорошо, что в столицу приехала старшая сестра Хао, какие хорошие новости! - Цзин Шао улыбнулся.
Видя, что Хао Дадао выглядел довольно смущенным и неловким, должно быть, это его жена настояла на том, чтобы пригласить их. Довольно неожиданно, но Хао Дадао был мужем-подкаблучником, поэтому он мог только подойти и дождаться у ворот, пока они не вернутся из двора.
- Вашей жене, должно быть, было нелегко приехать в столицу. Мы бы хотели принять участие в трапезе, - сказал Му Ханьчжан с легкой улыбкой. - Генерал, вернитесь первым и скажите своей жене, что мы приедем сразу после того, как переоденемся.
Услышав это, Хао Дадао простодушно улыбнулся, быстро кивнул и вернулся, чтобы доложить жене о завершении миссии.
У Му Ханьчжана сложилось хорошее впечатление о прямолинейной и крепкой жене Хао Дадао. Вспомнив ее доброту в помощи мыть тигра, он попросил До Фу быстро приготовить щедрый подарок, переоделся в обычную одежду вместе с Цзин Шао, а затем отправился в резиденцию генерала.