Страница 25 из 31
8. Зандерс

— Стиви, — начинаю я, — ты следишь за мной?
Ее глаза пробегают по моему телу, исследуя его, пока я делаю то же самое с ней.
Ее каштановые локоны уложены на макушке в диком беспорядке, а одежда топит ее фигуру. Темные ресницы обрамляют ее сине-зеленые глаза, а на ее лице нет ни малейшего следа макияжа, не считая… горчицы на ее подбородке?
Она в нескольких сантиметрах от меня, прямо там, где врезалась в мою грудь, и я крепко ее держу. Не думая, я подушечкой большого пальца мягко стираю желтое пятнышко с ее лица. Когда я это делаю, ее рот открывается, а глаза устремляются на меня, на мгновение задерживая взгляд.
Стиви прочищает горло и делает шаг назад, подальше от меня.
— Похоже, ты преследуешь меня, — отвечает она, не сводя глаз с меня, скрестив руки на груди.
— Как это я тебя преследую? — я повторяю ее упрямые действия, скрещивая руки таким же образом. — Здесь живут мои лучшие друзья.
Наконец, ее глаза находят на мои, и она в замешательстве качает головой.
— Илай Мэддисон, — объясняю я. — Его семья живет в этом здании. На этаже пентхауса. Но над их лифтом сейчас работают, — я показываю через вестибюль на частный лифт. Единственный, которым я пользуюсь, чтобы избежать подобных столкновений.
Осознание охватывает лицо Стиви.
— У его жены темно-рыжие волосы?
Фирменный цвет Логан.
— Логан. Да.
Стиви кивает, как будто все кусочки головоломки складываются для нее воедино.
— Итак, очевидно, ты следишь за мной.
Она насмехается.
— Я живу здесь. Если кто и преследует кого-то, то точно не я.
— Ещё бы, милая, — я отмахнулся от нее, не поверив ей. Не хочу показаться богатым засранцем, но квартира в этом здании, как и в моем через дорогу, стоит целое состояние. Стиви стюардесса. Я очень сомневаюсь, что она зарабатывает достаточно, чтобы жить здесь.
— Какого черта ты продолжаешь называть меня «милая»?
Злой смех сорвался с моих губ. Я думал, она умнее.
— Ты не понимаешь?
— Что не понимаю?
— Мое прозвище для тебя. Это ирония. Я не уверен, что в тебе есть хоть что-то милое13, милая.
Она на мгновение задерживает на мне взгляд, обдумывая свой ответ. Если бы это был кто-то другой, я бы ожидал, что меня будут ругать или, может быть, даже шлепать, но не Стиви. В этом смысле она своего рода дикая лошадка. Она может выслушивать дерьмовые высказывания так же хорошо, как и выдавать их.
Вместо негативной реакции с ее губ срывается неконтролируемое хихиканье, а ее грудь вздымается.
— О, это довольно точно, вообще-то.
Я не могу сдержать улыбку, которая появляется на моем лице при виде этой безумной девушки, одетой так, словно у нее нет места, которое она могла бы назвать своим домом, неспособной сдержать истерический смех посреди этого полностью белого вестибюля, мраморного пола и всего остального.
Она выглядит совершенно неуместно, и мне это чертовски нравится.
— Ты такой засранец, — смеется она.
— Я знаю, — я улыбаюсь ей в ответ.
Я дал ей перевести дух, прежде чем спросить снова.
— Ладно, правда. Что ты здесь делаешь?
Она глубоко вдыхает, улыбка все еще покрывает ее губы.
— Я уже говорила тебе. Я живу здесь. Ну, вообще-то мой брат живет здесь, и я остановилась у него.
— Твой брат? Кто твой брат?
Я должен знать его. Этот город большой, но не настолько. Любой, кто может позволить себе жить в этом комплексе, является кем-то вроде высокопоставленного игрока или спортсмена, продувающего миллионы долларов в год.
— Не думаю, что ты его знаешь, — Стиви отмахнулась от меня. — Мне пора идти. Хорошей ночи.
Она проносится мимо меня и стремительно выбегает из дверей вестибюля. Я смотрю ей вслед, а затем в задумчивости оглядываюсь на лифт. Сегодня вечером я встречаюсь с Мэддисон и Логан и планирую выпить поздним вечером на их терассе в честь победы, раз уж дождь прекратился.
Но вместо этого я поворачиваюсь на пятках и выбегаю из дверей вестибюля, чтобы последовать за стюардессой, которая, кажется, чертовски хочет от меня убежать.
— Подожди! — кричу я, вырываясь через входные двери.
Она останавливается на своем пути и поворачивается в мою сторону, выглядя чертовски растрепанной, и я понятия не имею, почему я гонюсь за этой девушкой прямо сейчас.
— Куда… куда ты идешь? Уже за полночь.
Почему мне не плевать — более правильный вопрос.
Стиви смотрит вниз по улице в том направлении, куда она направляется.
— Просто выполняю поручение.
— Какое? — опять же, какого черта меня это волнует? — Чикаго — не самый безопасный город, чтобы бродить по нему в одиночку ночью.
— Всего через квартал. Со мной все будет хорошо.
Стиви разворачивается, поспешно продолжая свой путь.
Бросив на нее отчаянный взгляд, я бегу трусцой, чтобы догнать ее, и осторожно беру за локоть, разворачивая к себе лицом.
— Стиви, подожди.
Когда она поворачивается, я двигаю пальцами вниз, скользя по ее светло-коричневой коже, и нежно обхватываю ими ее предплечье.
Она смотрит вниз на мою руку, а затем поднимает взгляд на меня.
— Что такое?
Да, Эван, что? Что, блядь, ты собираешься сказать? Почему ты продолжаешь преследовать эту девушку, которая явно хочет уйти от тебя?
Я убираю свою руку с ее, пытаясь сформировать предложение. С тех пор, как я впервые увидел эту девушку, мне доставляет удовольствие действовать ей на нервы и доводить до бешенства. Однако сегодня я потерял свое очарование и не могу произнести нормально предложения.
К счастью, она заговорила раньше, чем я.
— От тебя пахнет сексом.
Я немного выпрямляюсь, довольная улыбка растягивает мои губы.
— Спасибо.
— Это был не комплимент.
— Звучало как комплимент.
Она закатывает глаза.
— Не могу тебя винить. Ты ведь сказал, что собираешься отпраздновать сегодня с парой особенных людей.
Мои брови взлетают вверх на это заявление.
— Ты смотрела мою игру?
— Я смотрела последние две минуты твоей игры.
— Я выглядел сексуально в своей майке, да?
— Ты влюблен в себя.
— Кто-то должен, — всегда отвечаю я на это заявление.
Пара проходит мимо нас по улице, все время глядя на меня и перешептываясь. Сезон только начался, и я не совершил ничего слишком скандального, чтобы папарацци следили за каждым моим шагом. Тем не менее, в городе трудно найти много мест, где меня бы не узнали. Не то чтобы я возражал против внимания. По большей части мне нравится шумиха.
— Но нет, никого нет, — объясняю я, хотя Стиви вовсе не просила объяснений. — Особые люди, с которыми я хотел отпраздновать сегодняшний вечер, — это семья Мэддисона. Его жена — одна из моих лучших подруг, и если я правильно рассчитаю время, то смогу застать их новорожденного сына, который проснется, чтобы его покормили, — я показываю на здание, указывая на их пентхаус.
— О, — неловко смеется она. — На камере эта фраза имела сексуальных подтекст.
— Средства массовой информации все равно раскрутят это именно так, — я пожимаю плечами. — С тем же успехом можно это обыграть.
— Да, похоже, у СМИ есть определенный взгляд на тебя. По крайней мере, так кажется в Интернете, — ее глаза тут же расширились, как будто она сказала что-то, чего не должна была говорить.
— Стиви, милая. Ты искала меня в Гугле? — спрашиваю я с излишним весельем в тоне.
Она расслабляет плечи, ее непринужденная и уверенная манера поведения быстро возвращается.