Страница 3 из 82
— Шанс на возвращение на «Ночник» с Земли равен менее сорока двух процентов. Искин «Ночника» ежедневными расчетами выдавал самые различные прогнозы по тому, что может случиться с исследовательской группой и тобой на Земле. Скажи мне, не поменяла ли ты своё мнение и не угас ли твой энтузиазм к посещению этого ужасного места?
Она усмехнулась, когда речь зашла о некоем процентном шансе на возвращение на «Ночник».
— Нет, Сэр. Даже если я умру ещё в стратосфере, я всё равно буду рада увидеть Землю такой, какая она есть сейчас.
— Ну-с… В стратосфере вы точно не погибнете, а вот как только вы начнёте погружаться в океан… Да поможет вам наш бедный бог.
Капитан снова повернулся к Эмелис спиной, уставившись на космос. Девушка отвела взгляд от робота и тоже устремила взгляд в пучину космоса, о чём-то задумавшись.
— Бог нас покинул, если вообще существовал до этого момента. Человечество должно рассчитывать только на собственные силы.
— Сильное заявление. Ваше поколение даже слишком холодно относится к жизни. Понимаешь, я поклялся твоему отцу, что ты вернёшься в целости и сохранности на Седьмую станцию… Потому я и могу надеяться только на существование высших сил, — затянув трубку, сжав кулаки и выпустив дым в потолок, произнёс капитан. Устройство в вентиляции всосало его и выпустило в космос через шлюз.
— С нами всё будет в порядке. Просто нужно чуть побольше отдохнуть перед погружением на океанское дно и дальнейшим исследованием Эсхатона… Ради человечества, — последнюю фразу произнесла она очень воодушевленно и фанатично.
— Возвращайся к своим делам и отдохни. Завтра мы уже будем около орбиты погибшей Земли. Тетта подготавливает модуль, в котором вы погрузитесь в океан, и надеюсь, в котором вы вернётесь на «Ночник», — кашлянув, произнёс Картер. Эмелис пошла обратно в свою каюту, когда капитан сел за пульт управления, открывая канал связи с Третьей станцией. Она была готова на любые подвиги, пока верила в себя и важность своей миссии.
16 ЧАСОВ ДО ПОГРУЖЕНИЯ
С каждым часом «Ночник» приближался всё ближе и ближе к Земле. Девушка прекрасно могла разглядеть ужасное состояние бывшей родины всего людского рода. Земля уже не представляла из себя голубой шарик с пышной растительностью… Теперь это словно было подобие самого настоящего ада. Желчь Земли вырывалась на поверхность, приводя в движение тектонические плиты и вызывая глобальные землетрясения и наводнения. Все облака были тёмно-серого цвета, и из-за большого количества вредных веществ в атмосфере даже воздух стал ядовит. Ледники растаяли давным-давно, а вода затопила все континенты так, что слова о «голубом шарике» теперь играли новыми красками. Вот только вода погибшей Земли совсем не была голубой. Она была алой, как сама кровь. Да и нельзя было отныне называть эту субстанцию водой — в ней погибал каждый доныне известный живой организм. Всё выглядело даже слишком пугающе, но Эмелис боялась неизвестности лишь на половину, ведь благая цель миссии оправдывала любой риск. И стремление познать одну из самых величайших тайн вселенной тоже вдохновляла её думать только о хорошем. Алые, почти багровые океаны манили заглянуть в них, и девушка этому искушению поддавалась охотно.
10 ЧАСОВ ДО ПОГРУЖЕНИЯ
Еда в кафетерии была ужасно однообразна и невкусна, но только там можно было ненавязчиво с кем-нибудь пообщаться. Эмелис сидела за одним столиком со своей коллегой и давней подругой Дейнис, которая тоже была исследователем космических простор, правда с упором на техническую и инженерную часть миссии.
В дальнейшем, после долгого дня отдыха перед неизбежным и манящим, светловолосой девушке всё-таки удалось заснуть. Причина её бессонницы так и не была установлена, но по крайней мере она была довольно вынослива для того, чтобы совладать со своей усталостью. Сон был беспокойным — то и дело снились всякие кошмары без особого контекста. Всё-таки она немного волновалась, пусть и рассчитывала на свою команду.
34 МИНУТЫ ДО ПОГРУЖЕНИЯ
Эмелис готова с минуты на минуту встретится с краем праотцов. Модуль для погружения под воду представлял из себя переработанный вид капсулы, служащей для экстренного спасения из «Ночника» по какой-либо критической опасности, от которого и пришлось отказаться из-за нового модуля. Он сконструирован специально так, чтобы выстоять любой тупой удар по своей внешней части — пока цел его корпус, модуль способен выдержать любое океанское давление, потому было очень важно перед его запуском осмотреть его на наличие любых повреждений. Бортпроводник Тетта и пара его помощников буквально сдували с него пылинки, ведь от этого модуля зависело безопасное погружение команды под воду, а также её безопасное возвращение на «Ночник» после выполнения основной цели операции.
11 МИНУТ ДО ПОГРУЖЕНИЯ
— «Левиафан». Так решили назвать эту разработку на Третьей станции… — толковал Тетта с умным видом, когда около модуля собралось пятеро человек, в числе которых была и Эмелис. Все они одеты в гидрокостюмы, похожие на костюмы аквалангистов, когда Земля ещё не погибла и все океаны были заполнены обычной водой. Такой гидрокостюм изолирует человека от пагубного воздействия алой воды и высокого давления на дне, как и сам модуль «Левиафан» во время выполнения операции по исследованию Эсхатона.
Гидрокостюм оснащён системой эхолокации, поддержкой комфортной температуры его носителя, энергетическим пистолетом для экстренных ситуаций и внешним интерфейсом. Окрашен он был в белый цвет с фиолетовыми полосами, идущими от изголовья скафандра к ступням. Вместо привычной маски аквалангиста для подводного времяпровождения гидрокостюм имеет скафандр, как у ранних прототипов космонавтов до гибели Земли. Самой интересной его особенностью является синтезирование кислорода даже из подводной среды с алой водой, так что человек может находиться в нём сколько угодно времени. Однако костюм не нравился Эмелис — мало того, он был слишком узок и был неудобен, так и его белый окрас в некоторых культурах означает смерть…
2 МИНУТЫ ДО ПОГРУЖЕНИЯ
Эмелис зашла в кабину модуля и села за первое попавшееся кресло, а затем пристегнулась. В ней уже сидел Зейд — лидер исследовательской операции, парень с опущенными веками и ярко-зелеными глазами. Он одобрительно кивнул головой на приветствие Эмелис, и пристегнулся тоже. За светловолосой девушкой в модуль прошел мужчина тридцати пяти лет с густыми бровями и квадратной формой лица. Он был самым старшим в этой группе.
— Не забудь пристегнуться, — сказал Зейд, даже не посмотрев на Тау. Мужчина кашлянул в кулак, выражая своё презрение к Зейду. Между ними определенно есть какая-то непонятная Эмелис вражда, которая появилась ещё во время прохождения специального курса подготовки к исследовательской операции на Земле.
В тот же момент в модуль заходят ещё двое коллег Эмелис: её подруга Дейнис и амбициозный паренёк Трефор. Они, как и все остальные коротко друг с другом приветствуются, и располагаются на оставшихся креслах, затем пристегнувшись.
Команда в сборе. ИИ-ассистент «Левиафана» терпеливо считал секунды до отсоединения модуля от космического корабля. Он дошел до нуля, и модуль активировал реактивные двигатели, очень быстро направившись в какую-то определенную точку Земли на месте бывшего атлантического океана.
19 СЕКУНД ДО ПОГРУЖЕНИЯ
Поверхность океана уже виднелась за иллюминатором. Огромные волны, не успокаивающиеся уже несколько столетий, казалось, поведали всю агонию этого мира. Свет погибающей звезды почти что слепил глаза — её яркое свечение лучше всего можно заметить именно с Земли, нежели чем просто из космоса. И даже тонированное стекло не помогало спастись от такого яркого светила. Из космоса Солнце светилось гораздо тусклее.