Страница 16 из 100
— Валера, дорогой… Так уж исторически сложилось, что Русь-Матушка — мало, кому мила. Это не хорошо, и не плохо. Это — данность, с которой мы вынуждены жить. Но не стоит забывать, что Империя даёт им огромное количество ресурсов. Пускай хоть закопают нас под санкциями — мы самодостаточные. А они — нет. Мы можем прекратить торговать с частными корпорациями, которые обеспечивают всю Европу и Америку. И что они скажут нам тогда?
— То есть… вы хотите, чтобы этот обезумевший от своей силы подросток продолжал свои злодеяния?
— Валер… Ну, какие злодеяния? Владимиру служат три мощных духа. Тем более, одна из них — Защитница Рима. Думаешь, богини согласились бы дать свои силы отморозку? А я считаю, что нет.
— Вы слишком обеляете его! Ваше Императорское Величество, я всё же буду оставаться при своём мнении. Владимир очень опасен. И на него просто необходимо нацепить ошейник! Отслеживать каждое его действие… Чтобы даже не смел своевольничать.
— А он своевольничает? — вопросительно посмотрев на Князя, поинтересовался Император: — Всё, что на данный момент сделал Владимир — пошло на руку Империи! Он — мой выигрышный билет. Моя удача… Таких, как он — днём с огнём не сыщешь.
— Владимир — убивает людей! Пачками!
— Дело не в количестве, а в качестве. Понимаешь?
— Да, это криминальные ячейки общества, но это не значит, что их можно разрывать на куски. А ещё… Владимир — охотится на Саранчу! Это… по меньшей мере странно! Ваш племянник был убит при крайне загадочных обстоятельствах!
— Мы уже выяснили, при каких именно. И Владимир к делу никак не относится! Правда, дорогая? — Михаил Алексеевич повернулся к Софье.
— Совершенно верно. — мило улыбнувшись, ответила Великая Княжна: — Владимир едва не лишился родни и друзей, когда выступил против жучинных полчищ Ройтбергов в «Вавилоне». Это, между прочим — могло бы стать трагедией глобального масштаба! И к тому же, всё что вы сказали про бандитов и Саранчу — разве не в плюс? Преступники очень часто работают на дворянские Дома. Почему? Потому что эти самые дворянские Дома порой хотят скрыть от нас свои делишки. Никто не хочет платить налоги… Потому что не хотят вникать в суть. Поэтому, снижение количества криминальных ячеек нам только на руку. А то, что Владимир встретился с Саранчой в подземельях — позволило нам плотнее углубится в изучение этих загадочных существ. А про Польшу… Так Борис сам его пригласил. Игнорирование подобных мероприятий негативно сказывается на имидже дворянина.
— Ладно… — обречённо вздохнул Горчаков: — Моё дело — предупредить! Если вы считаете, что мальчишка может спокойно ездить в чужие страны и чинить там беспредел — ваше право.
— А, кто сказал, что Владимир чинит беспредел? — нахмурился Император: — Возможно, Борис пригласил его для примирения?
— Примирения… — Князь лишь недовольно фыркнул: — Хорошо! Я принимаю условия вашей игры, Михаил Алексеевич. Мы с вами дружим с начальной школы… И я понимаю, в какую сторону направлены ваши мысли. Но рано или поздно — ваши с Владимиром интересы могут разойтись. И, что тогда? Просто убьёте мальчишку? Избавитесь, как от ненужной пешки?
— Ты, как и всегда — слишком импульсивен. — строго ответил Император: — Знаешь, Валер… я верю, что у каждого в этом мире есть своё предназначение. А ещё — у каждого есть свой талант, который стоит использовать во благо себе и всему миру. К примеру, Володя имеет уникальное свойство собирать и уничтожать всякую падаль… Он похож на абсорбент. И это — его талант. А ты — отлично ведёшь переговоры с иностранцами. Чувствуешь любое колебание в голосе… Чувствуешь настроение. Да и, по сути — вообще всё, что касается твоего оппонента. Таков твой талант.
— К чему вы клоните?
— К тому, что — не лезь в чужой огород. — Император попытался сказать это максимально мягким и дружеским тоном: — Владимир — хороший парень. И он ещё не однократно нам пригодится.
— Хорошо. Повторюсь — моё дело предупредить!
— А моё — уведомить тебя, что всё под контролем.
— Под контролем. — вздохнул Горчаков: — Я вас услышал. Более — не смею отвлекать!
Поклонившись, Князь немедленно покинул кабинет Императора.
Михаил Алексеевич никогда не ошибался в людях. Всегда был крайне осторожен и пробивал всю информацию, вплоть до родственников по пятому колену. Но сейчас… Валерий Ильич чувствовал, что с Владимиром явно что-то не так. Как будто, сам Демидов всем своим видом говорил: «Подозревайте меня! У меня есть секреты!»
Правда, когда именно эти секреты раскроются, и что самое главное — какими будут последствия для Империи, Глава ВПРВ не знал.
Но если уж сам Михаил Алексеевич доверяет этому мальчишке, то значит… всё хорошо, так? Слово Императора было превыше всего! Даже превыше закона. И Горчаков это прекрасно понимал.
Все эти концерты в кабинете Его Императорского Величества редко заканчивались победой Князя… Скорее, он в 70% случаев уходил, оставшись при своём мнении. А посему что? Правильно — пускай играют со своим Демидовым, как хотят.
Полный тяжелых дум, Валерий Ильич быстро прихрамывая направился на обед в дорогой ресторан.
+++
Мирт, охранявшая наши пожитки в отеле, очень шустро всё собрала, и мы поехали в аэропорт. Через сорок пять минут из Варшавы в Москву отправлялся дирижабль «Столп Осени». Толик очень обрадовался, когда услышал эту новость.
Правда, цены на билеты оказались ещё выше. Где-то в районе двадцати пяти тысяч рублей на человека. При том, Санёк сказал, что нам они достались с огромной скидкой… По цене некоего «горящего тура». Сколько они стоили на самом деле, и почему тур внезапно загорелся — я решил не разбираться. У них тут свои Земные законы.
Ехали, кстати, очень быстро. Вряд ли Борис захочет взять реванш… Но лучше лишний раз не задерживаться во вражеской стране.
А ещё, чтобы не тратить время, мы сгрузили всё в арендованный лимузин. Теперь это был пассажирско-грузовой транспорт, ибо практически весь салон завалили чемоданами Алисы. Даже богиням пришлось принять свой звериный облик, дабы все поместились.
— Митрич! Позвони хозяевам брички и скажи, чтобы они сами её забрали около аэропорта. Мы доплатим пятьдесят процентов от суммы. — попросил я, сидя под завалами из чемоданов.
— Сейчас сделаю, Ваше Благородие! — скрючившись в три погибели, ответил сотник.