Дурное начало

Глава 13 - "Хорошее и плохое"

Организованный подъем на третий этаж без спешки занял от силы десяток минут. Валинси пытался по ходу дела вновь поднять вопрос, что подразумевалось под идеей пожара. Но чародейка дважды парировала любопытство мужчины тривиальным аргументом, что объяснение произойдет заблаговременно, до самого действа, а пока, следует сосредоточиться на находящемся под носом. Было очевидно, что та вполне довольна реакцией мага и забросила наживку целенаправленно. Остальные в группе придерживали вопросы и мысли при себе, внешне почти не демонстрируя никакой реакции, кроме первоначального удивления. Впрочем, Морриган все-таки подметила как Томара, в отличие от прочих бросала на ту долгие задумчивые взгляды.

Наконец, лестница кончилась, а отряд так и не споткнулся ни об одну из угроз, что рисовало воображение. Зал со статуями показался пустым и безопасным даже с учетом окружавшей темноты, скрадывающей как контуры скульптур, так и находящиеся на неопределенном расстоянии дальние стены с потолком. Будто семерка чародеев распугала мелочь, ответственную за тягостные эмоции и вездесущее чувство угрозы.

Морриган с некоторым волнением вошла в коридор, где состоялось сражение с демоном гнева. Это нашло отражение в прищуренных глазах и напряженно сжатой челюсти чародейки. Однако, следы пламени на стенах, полу и многочисленных картинах никуда не делись, вызвав у той тихий вздох облегчения. Валинси коснулся плеча девушки с немым вопросом в глазах. Отвечая, Морриган скривилась.

— Засады, как по пути вниз, ожидала.

Трудно сказать, поверил ли маг в предложенный ответ. По крайней мере, мужчина кивнул, предлагая жестом двигаться дальше. Вглядываясь через арку прохода в центральную залу, Морриган негромко подметила.

— Никаких изменений.

Так и было, каждая деталь оставалась на собственном месте, будто и не минуло десятка с лишком часов. Уверенно кивнув, чародейка коротко пояснила, что за пределами кольца центральных колонн та перемещалась спокойно. Но, с учетом размера группы теперь лучше держать дистанцию.

Приготовившись, каждый без лишнего промедления начал действовать по согласованному плану. Двое мужчин и Лида начали подготовку заклинаний, рассчитывая таким образом, дабы результат воплощения формул различающейся сложности наступил в единый миг. Спустя пару выдохов Томара и Дарин присоединились, также действуя в унисон.

Будто бы ощутив нечто, происходящее неподалеку, мечущиеся в центре тени стали смещаться к краю, со стороны которого расположились маги. Морриган стиснула кулаки, опасаясь, что те вырвутся наружу, набросившись на отряд. В таком случае план оказался бы сорван и каждому грозила болезненная кончина. Но при этом та не сделала ни шагу назад, твердо стоя на месте и смотря вперед. В это мгновение чародейка сделала ставку на преобладающее влияние находящегося в центре кукловода, явно обуреваемого пороком праздности или лени.

Магия обрушилась внутрь кольца в идеальной последовательности, вновь демонстрируя согласованность и опыт присутствующих. Одновременно с тем, как движения взбаламученных полупрозрачных фигур стали медленнее и беспорядочнее, если такое и было возможно, раздался оглушительный хлопок. То стремительно, рывком расширился воздух от перегретого центра двух огненных сфер, за один удар сердца разросшихся до размеров центрального кольца колон и заполнивших внутренний объем меж теми смертельным жаром. Как по щелчку каждый материал, способный гореть, воспламенился. В группе не осталось никого, кто бы не закрыл лицо в попытке защититься от волн жара, вызывающего даже в столь солидном объеме головокружение. Со стороны коридора ощущался ток прохладного воздуха, спешащего занять место перегретого, устремляющегося к потолку. Пламя жадно пожирало само себя, заполняя пространство между колоннами едким дымом и ядом.

При минусах, ощущаемых магами, противник страдал куда сильнее. Обрамление из огненных язычков четко выделяло призрачные фигуры, что рывками метались вокруг центрального постамента без понятной цели. А одержимый, практически игнорируя огонь, жадно жалящий плоть и пожирающий остатки одежд мага, отчаянно стремился побороть собственную природу и ограничивающую магию, чтобы скорее покинуть «насест» и добраться до источника раздражения. Когда глаза метались между отдельными фрагментами происходящего, картина не могла не впечатлять, тем более при едва ли не полном отсутствии звуков. В тишине раздавался только треск пламени и судорожное дыхание самих магов.

Когда неохотно горящий одержимый наконец неуклюже плюхнулся на пол, нервы Анны не выдержали. По твари повторно ударил «Взрыв разума», оставив ту беспорядочно подергиваться. Никто не отрывал взгляда от рукотворного пекла, игнорируя слезящиеся глаза. Скоро для огня внутри кольца колонн не осталось ничего способного тот подпитывать. За минуту или две пламя стихло, как небывало, оставив на камнях разводы сажи и новые трещины на поверхностях из-за разниц температур, а заодно размеренно погружая помещение в набившую оскомину темноту. Поддерживаемые ранее волей одержимого факелы теперь сгорели до углей. Последнее, что удалось рассмотреть — лежащие неподалеку от постамента обгоревшие останки одержимого и отсутствие следов полупрозрачных фигур. Некто облегченно вздохнул, одна из чародеек закашлялась, и каждый продолжал всматриваться в темноту, не давая концентрации спасть. Валинси поднял над головой руку, формируя из пальцев чашу, и, вслед за коротким заклятием «Светоча», в той возник огонек. Неподвижная искра испускала холодное ровное сияние, создающее круг из света на десяток шагов в каждую сторону. Сделав пару поспешных шагов, мужчина вновь выхватил из темноты поверженного противника, который, стоило тому появиться в освященном круге, пошевелился. Движение рук нельзя было спутать с игрой воображения, и то вызвало немедленную реакцию. Три сверкнувшие на мгновение «Волшебные стрелы» со странным хлюпаньем оставили в обгоревшем куске плоти глубокие рытвины, разбрызгав вокруг черный ихор. Скорость реакции даже для Морриган оказалась сюрпризом. Та успела только подобраться, в то время как некоторые из группы сразу начали подготовку формул наиболее подходящих для немедленного ответа на угрозу. И никаких испуганных возгласов. Разве что Анна шумно втянула воздух. Однако, быстрейшей оказалась Томара. Именно заклинание женщины с перебинтованной головой ударило тело одержимого первым. На лице той царила удивительная сосредоточенность вопреки травме головы. Морриган не могла для себя не отметить, как поражала столь глубокая решимость на контрасте с поведением при первой встрече.

После добивающего удара распластанное на полу искаженное тело не продемонстрировало никаких признаков дееспособности ни через минуту, ни через три. Тем не менее Морриган подошла к Валинси и указала на кинжал мужчины, спрашивая разрешения воспользоваться оружием. Получив клинок из рук мага, чародейка первой вступила в центральный круг, сделав только одну остановку, дабы убедиться в отсутствии угрозы, и затем сразу направилась к трупу. Поддев отвратительно выглядящий кусок мяса мыском обуви и опрокинув в сторону, девушка быстро, без тени сомнения или признаков брезгливости, перерезала тому сильно изменившееся и распухшее горло. Размеренным шагом вернувшись назад, чародейка протянула клинок рукоятью вперед владельцу и вытерла руку об одежду. Валинси одарил девушку удивленным взглядом с малой толикой уважения и удовлетворенно кивнул.

А позади раздался мрачный и скрипучий голос Дарина.

— Нельзя сказать, что препятствие оказалось неодолимым. Или смертельно опасным.

Лида хмыкнула, парировав.

— Стоило опасности миновать, можно и похвастать? Казалось, с годами приходит мудрость, а не неуверенность.