Дурное начало

— С матерью... ты общие темы для беседы найти бы могла. Не в части рисунков. Собственные изыскания Флемет в магии, привели ту к уникальным решениям. Даже теперь не в силах смысл в те заложенный постичь. К примеру, рун расположение, когда смысл не только из порядка проистекает, но и из построения тех в целом.

Нерия приоткрыла рот в попытке немедленно вообразить нечто похожее. А Бетани кинула на ту слегка насмешливый взгляд, вполне подозревая, что грядет следом. Прищурившись и направив взгляд в пространство, эльфийка осторожно спросила:

— Но ведь... Это не совсем вопрос красоты. Это скорее...

— И да. И нет. Симметрия. Соразмерность. Пропорциональность. Плавность. Именно из этих качеств магия проявляется. Но в твоих глазах замешательство вижу. Ответ на вопрос — нет. Помимо перечисленного иных принципов определения, что будет работать, что нет, не знаю. У матери были десятилетия проб и ошибок. Вполне возможно, что и методом тыка. Но результат... Алиму прямой вопрос задай. Что тот увидел, когда шкуру того на вершине Ишала спасла. В точности и в деталях. Однако...

Морриган прервалась, будто прислушавшись к звукам за пределами камеры. Нечто привлекло внимание чародейки, и та позволила себе слабую тень улыбки, прежде чем переключила внимание на Бетани.

— Ученица. Расскажи Нерии.

— Уверены?..

— Никогда с тобой не играла. И начинать не собираюсь. Этого жди скорее от Лелианы.

Бетани согласно кивнула и широко улыбнулась, поворачиваясь к заинтригованной подруге.

— Это увлекательно. Поверь. М-м-м... Возможно, тебе будет сложнее, так как ты, в отличие от прочих, не просто привыкла к определенным правилам построения заклинаний. Твой вариант воплощения искусства взаимодействует с поверхностью, никогда ту не покидая. Но попробуй представить, что плоский рисунок имеет объем. Не набросок цветка. Но фигурка цветка из стекла. Забудь о рунах на холсте. Представь головоломку, у которой в наличии ширина, высота и длина.

Нерия с легко читаемым недоверием осторожно переспросила:

— Это некий метод тренировки воображения? Такое ведь... Ведь не может... Может? Разве?

Бетани с готовностью кивнула.

— Да. Когда привык к одному восприятию формул с детства, освоить другой подход труднее. Будто прекрасно умеешь ходить. Делаешь это каждый день, нимало не устаешь, удовлетворена скоростью собственного шага. И вдруг предлагают побегать. Ты можешь. Но быстро теряешь дыхание, чувствуешь себя плохо и не понимаешь зачем? Ровно до тех пор, пока некто тренированный не пробегает мимо, поддерживая темп часами. Поверь, если правильно сформировать руны несколькими слоями, представив те связанными в объеме, проходящая сквозь формулу мана сделает ровно то, что и при ортодоксальном подходе. Но эффективнее.

— И Морриган учит тебя...

— Да.

— И вы...

В воздухе повис невысказанный вопрос, заставив, две пары глаз обратиться к старшей в камере чародейке. Та перевела взгляд на проход во внешнюю галерею и, обращаясь будто не совсем к Нерии и Бетани, произнесла:

— Кроме обвинений и приговора, ничто двоих обучить не помешает.

Снаружи, прямо рядом со входом послышался тихий шаркающий шаг, а затем из-за угла появилась фигура Первого чародея, прямо из галереи пронзившего хищно улыбающуюся чародейку холодным взглядом выцветших глаз. Стукнув наконечником посоха об пол, мужчина кивнул Храмовникам по обе стороны от камеры, и глазами приказал удалиться. После паузы, достаточной, чтобы магу не показалось, будто воины того слушаются беспрекословно, две бронированные фигуры не спеша стронулись с места.

Обе девушки развернулись на звуки одновременно, но продемонстрировали разную реакцию. Бетани с широко распахнутыми глазами немедленно дернула головой обратно. Та молниеносно осознала, кто услышал слова, так уверенно покидавшие рот девушки. Нерия же, удерживая на лице маску спокойствия, уважительно кивнула Первому чародею. Мужчина кивнул в ответ, но глаза того ни на мгновение не оторвались от заключенной.

Морриган чуть наклонила голову и обратилась к двум собеседницам:

— Наше время, к моей печали, толком не начавшись, истекло. Нерия. У меня просьба. Прощения прошу, если та неуместной покажется. Но нет никого, кому такое могла бы доверить. Валинси ко мне сегодня заглянуть попроси. На тебя рассчитывать могу?

Ирвинг при упоминании чародея моргнул, позволив себе мимолетную тень неуверенности. Нерия же медленно сморщилась, словно разжевывая кислый фрукт, но, преодолев это, кивнула. Взяв подругу за руку, эльфийка потянула ту за собой. Без единого лишнего слова девушки скрылись в галерее.

Первый чародей медленно покачал головой, демонстрируя легкое недоверие происходящему.

— Значит, в рукавах спрятались тузы.

— Может быть.

— Разумеется. Что же, наживка хороша. Если поверить, что в вашей голове оказались знания о... Профундитас эДискриптионис. Но вот поверить, что техника магистров Тевинтера, позволяющая тем свысока смотреть на прочих магов Тэдаса, в руках ведьмы из диких земель Коркари... непросто.

Сделав шаг в помещение и нависнув над сидящей на полу чародейкой, Ирвинг прищурился и задал вопрос, не касавшийся предшествующей темы:

— Вы намекали, что спустя столь короткий срок у вас на руках появится решение «проблемы одержимости». Что же. Слушаю.

— Решение есть. Грубое. Но надеяться на изящное было бы самонадеянно и глупо. Конечно, при условии, что вы со мной всеми имеющимися знаниями поделились...

— Чем располагаю, то уже в вашем распоряжении. Одержимость — это не то... Что вызывает любопытство и безопасно для изучения. Переходите к фактам.

Прежде чем вернуться к обмену фразами, Морриган помолчала, раздумывая о столь прямолинейной демонстрации интереса мага.

— С десяток кружек обработанного лириума. Две помощницы. Не так и сложно, сколь опасно.

— Суть?

— Выжигание маны.

— Так просто?

— Повторяю. Грубое решение. И вряд ли кому-то, кроме меня, поможет. Оно требует... Множества условий. Это не рабочий метод, гарантии предполагающий. Это попытка спастись. И только.

Ирвинг направил взгляд себе в ноги, не замечая, как в глубокой задумчивости трет пальцами слегка шелушащиеся губы. Первый чародей взвешивал и сопоставлял услышанное с уже известным. Или так только казалось, а в мыслях у Ирвинга было иное.

— Появляется ли разница, если заклинание направит другой?

— Не знаю... Такое в голову не приходило. Из того исхожу, что собственную ману нужно на саму себя замкнуть. Ведь нужно...

— ...«обескровить захватчика». Да, думал об этом. Но столь... суицидальный вариант в старую голову не приходил. Выходит, удалось модифицировать заклинание должным образом за столь короткий срок? Верится с трудом... Даже зная метод магистров, потребуется добавить в формулу с десяток дополнительных рун. Это гарантирует несбалансированное течение маны. И фатальную осечку. Требуется время на уточнение, эксперименты. Немало времени.

— Понимаю. Но... Знаю как подобного избежать.

— Козыри в рукаве... Хм.

Ирвинг поморщился, словно необходимость исходить из столь туманных объяснений доставляла тому зубную боль.

— Перенесите формулу и сопутствующие детали ритуала на пергамент. Сейчас.

Брови чародейки взметнулись вверх. С хорошо заметным удивлением та переспросила:

— Похоже, результативности подтверждение вас мало интересует...

Маг никак не отреагировал на замечания, молча ожидая продолжения и заставляя лицо Морриган леденеть.

— Ах да. Забыла. Мои проблемы ведь сильно нашей сделке не мешают... Одержима или нет, это забота Искателя. Лишь бы не сдохла.

— Какой смысл это обсуждать? Кроме бережного отношения к вашим чувствам? Повторю. Чтобы Кругу выжить, требуется любой повод для подозрений устранить. Да, появились проблемы с поведением некоторых магов. Это едва ли заметно со стороны, но для меня отклонения очевидны. Увидел я, обратит внимание Искатель. И на основе одного прецедента сметет остатки Круга в студеные воды Каленхада. Бросьте наигранное удивление. Из вашей ситуации выжму максимум. А вам следует помнить, мы не в равных условиях. С моей стороны обещанное вовсе уже исполнено.