Страница 3 из 20
Глава 2 Скандал
На голову Маи накинули фату. Она же с бесконечно печальным видом смотрела на своё отражение в зеркале сквозь прозрачную ткань. Она с грустью вспоминала размашистую свадьбу старшей сестры и её шикарно платье: с длинным подолом, блестящая ткань и дорогие украшения с жемчугом и бриллиантами. Жених был не менее великолепен: костюм-тройка и милая изюминка в виде небольшого букетика с белыми розочками. А торт просто огромным.
Швея вилась вокруг Амалии и пришивала на простое белое платье тканевые цветы — васильки, которые будто заворачивались спиралью по подолу. Платье было коротким и фата тоже. Настроение было никакое.
— Амалия, милая, почему такое грустное личико? — спросила тётушка Тереза, которая ненадолго приехала повидаться с племянницей перед важным событием. — Улыбнись, ведь скоро твой самый счастливый день.
— Я же совсем не знаю Хенрика. Мы с ним давно не виделись…
— Понимаю, но такие у нас обычаи. Я тоже была помолвлена, как ты. Но потом мы с моим женихом стали жить вместе и смогли полюбить друг друга. Ты тоже сможешь, я уверена.
Мая уныло посмотрела на неё, но попыталась натянуто улыбнуться. Со свадебным платьем было закончено, оставалось только ожидать важного вечера.
Настал тот волнительный момент, когда вся семья должна была отправиться во Дворец орхидей. Для Амалии это была самая первая поездка туда.
За несколько часов до отправки к Мая в комнату вошли горничные: одна несла коробку с туфлями, вторая держала стопку нижнего белья, а третья вкатила манекен с платьем. Амалия их уже ожидала. Первым делом на неё надели кружевное бельё, затем чулки. Белая их мягкая ткань сразу охватила кожу девушки. Их Амалия закрепила на подтяжки, что шли от ажурного пояса.
Затем её обули в белоснежные лакированные туфли на каблуке. За ними последовал кринолин и подъюбники.
Настала очередь платья. Как только оно было одето, подол платья лёг пышным куполом на кринолине. Горничные затянули корсет потуже. Амалии стало сложно дышать, платье сдавило ей рёбра и грудную клетку точно так же, как обязательства перед семьёй. Обе её груди поднялись, будто два мягких холма в декольте. По вырезу платья шли ажурные рюши светло-жёлтого цвета. Корсет имел треугольную форму и остриём упирался в юбку.
Амалии уложили волосы в локоны. Теперь ей казалось, что она выглядит как сестра. На макушку ей водрузили диадему с сапфирами, что складывались в васильки с золотыми листьями.
Когда всё было закончено, дворецкий известил Амалию, что все ждут её выхода. Придерживая подол платья, Амалия аккуратно спустилась по лестнице. Мать поправила её прядь, упавшую на лоб. Все направились по автомобилям.
Амалия поехала вместе с бабушкой.
— Вот увидишь, Дворец орхидей — одно из самых красивых мест, — говорила Фредерика. — Ты же взяла с собой блокнот? Даже если не захочешь танцевать, сможешь зарисовать парочку цветов в саду. У тебя очень хорошо получаются цветы.
Девушка улыбнулась и кивнула.
За окном автомобиля проносились улицы города. По ним ходили обычные люди, в повседневной одежде и думали о своих будничных заботах. Однако Амалия не могла их видеть. Стёкла пассажирского места были затонированы, чтобы простолюдины не пялились на представителей августейшей семьи.
Через какое-то время машина перестала петлять по улицам и выехала в пригород.
— Я могу открыть окно? — спросила Мая.
— Только немного, иначе будет дуть, — предупредила бабушка.
Амалия спустила стекло. На горизонте мелькали крыши коттеджного посёлка. Луг пестрел яркими красками цветов. Россыпью до горизонта растянулись жёлтые одуванчики и голубые васильки. Вместе с ними на ветру дрожали колокольчики, полевые маки и ромашки. Но солнце медленно уходило за горизонт и цветы, поймав последние лучи, стали закрывать бутоны. Чем гуще становились сумерки, тем зеленее становился луг.
Если бы Амалия могла, то вышла бы на луг, вдохнула бы воздух, наполненный дурманом трав, что настоялась на солнце за весь день. Но луг остался далеко, теперь за окном проносился высокий золочённый забор, за которым росла живая изгородь.
Автомобиль доехал до больших ворот, которые будто рисовали собой листья папоротника, и заехал во двор. Объехав большой фонтан, машина остановилась и шофёр открыл перед дамами двери. Мая вместе с бабушкой отправилась к лестнице, где их уже ждали мать с дядей.
Поднимаясь по лестнице, Амалия с интересом рассматривала фасад дворца, что был выполнен в стиле рококо. Сплошь изысканные завитки, кривые и волнистые линии. От загруженности деталями кружилась голова. Вся семейная чета вошла внутрь. Коридоры так же были обильно украшены замысловатыми цветочными узорами и позолотой.
Людей было много и все они собирались в огромном зале с огромными люстрами. Словно в озере отражались очертания людей и колонн в поверхности блестящего паркета. Амалия выискивала глазами Хенрика и ужасно волновалась.
— Господа! Прошу на полонез! — раздался чей-то голос.
Все с весёлым смехом и гулом стали искать партнёров и вставать в длинную колонну у входа. Дома родные условились, что Мая обязана станцевать, но пары пока не находилось. Дело решил исправить дядюшка Вильгельм. Он подал двоюродной племяннице руку. Мая безропотно приняла это.
— Он будет там, не беспокойся, — заверил дядя, закручивая длинные усы. — Совсем скоро ты выйдешь замуж, так что не забывай — ты будущая мать наследников нашего рода.
Амалия робко посмотрела на дядю. Он так и блистал белым мундиром с чёрными эполетами, в свете люстр блестели пуговицы. По сравнению с Маей он был просто огромным. Дядя Вильгельм был старым суровым воякой, но Амалия ни в коем случае не могла себе позволить представить его как свой идеал мужчины. Без сомнений, его можно было считать красивым, но он был слишком груб и невнимателен.
А тем временем грянули первые аккорды полонеза. Процессия двинулась вглубь зала под торжественную мелодию. Музыка звучала тяжеловесно и важно. Танцоры двигались умерено и все движения были поставлены так, чтобы человек мог показать себя. Дамы становились в круг. Что интересное заметила Амалия, так это то, что все молодые девицы были одеты в платья нежный светлых цветов, замужние же дамы кружились в тёмных цветах.
Среди танцующи кавалеров Мая ни как не могла разглядеть Хенрика, потому решила сосредоточиться на танце. Музыканты заиграли репризу полонеза и закончили громкой радостной кодой.
Пауза продлилась недолго, гости бала уже встали для следующего танца. Мая не успела опомниться, а уже зазвучала спокойная мелодия менуэта, его танцевали в основном взрослые гости. Среди них была и Фредерика, которая вместе со своим кавалером вставала в изящные позы. Амалия присела, чтобы перевести дух. Мать с бабушкой и дядей тоже стояли поодаль ото всех и общались с другими гостями.
Рядом с Амалией на стулья уселась группа хохочущих девиц. Они задыхались от смеха и старались успокоиться.
— Вы слышали? Хенрик собирается жениться, — прошептала одна.
— Аха-хах! Что правда?
— Да-да-да. Я слышала, что его застукали с собственной сестрой Данией.
— Какой кошмар, с сестрой! Я бы сгорела со стыда, случись со мной такое.
— Я бы на его месте вообще выпрыгнула бы из окна.
Девицы снова рассмеялись и продолжили сплетничать. Мая от их слов стало не по себе. Она встала и пошла к родным, огибая зал. Её помолвка это лишь способ сохранит лицо перед всеми этими сплетниками. Другого смысла она не замечала. Все говорили о важности продолжения рода и наследниках, но какой в них смысл? Всё равно семейное состояние унаследует старший ребёнок Ренейт. Дети Маи будут лишь спасательным кругом, если с детьми её сестры что-то случиться.