Берлинская кровь 2

— Да, конечно, можете, — врач удаляется, оставив Хильду стоять в растерянности. Как так? Куда она поедет? Зачем?

Тилике пребывает в достаточно скверном расположении духа. Скоро должен прийти оберфюрер Готтер и сказать, что теперь с ним будет. Наверняка теперь отправят со службы. Ну и пусть, ему терять нечего. Глаза нет, но это ещё полбеды, как он будет учиться жить с одной рукой? Это для него пока большая загадка. Радовало одно — Хильда зайдет сегодня. Он представил её, и в душе распустились пионы, он ассоциировал девушку именно с этими цветами. Он научился различать её по шагам. И она вот-вот уже должна была прийти.

***

День пролетает незаметно, словно птица по небу, и оба чувствуют, что это не последняя их встреча. Хильда много шутит, Тилике рассказывает про технику и звания.

К вечеру, когда больница закрывается, двое сидят на кровати и наблюдают за луной, которая медленно ползет вверх и освещает их лица.

— Тилике, знаешь, я завтра уезжаю, — девушка легко устраивает голову на его плече.

— Куда? — мужчина склоняется, чтобы лучше рассмотреть её лицо.

— В Эссен, нас переводят. Не знаю, почему, только сегодня узнала.

— Ну, ничего страшного, я встану на ноги и приеду к тебе.

— Не хочу уезжать, когда я только приехала сюда, я думала, что это место ничем меня не удивит, однако оно преподнесло мне тебя. Спасибо тебе за всё.

— О, Хильда, мы ещё увидимся с тобой не раз. Пообещай мне, что будешь его хранить, — он снял с себя маленькую веревочку с подвеской-стрекозой.

— Хорошо, я обещаю, — они просидели в обнимку около часа, пока Хильда не уснула на плече Тилике.

========== Часть 18 ==========

Хильда ехала в поезде, окруженная зелеными холмами и небольшими городами, что встречались им по пути. Пассажиров немного, утреннее солнце бодрит, освещая их дорогу.

Она держит в руках кулон, который ей преподнёс Тилике. Вспоминая каждую встречу с ним, она хочет вернуться и не расставаться с ним. Он обещал, что, когда встанет на ноги, первым делом приедет к ней, но так ли это? Не соврал ли он ей? И когда это будет?

Она так глубоко погрузилась в мысли, что не заметила, как в её сознании начали всплывать картинки из прошлого — мутные и плохо различимые, но она погружается в них с каждой минутой всё больше, чётче узнавая в воспоминаниях Тилике. Вокзал, их первая встреча, прогулка до дома от кафе, где она работала, их последняя встреча на вокзале и поцелуй.

Хильда вспоминала с каждой минутой всё яснее и яснее. Чем больше воспоминаний к ней возвращалось, тем больше она узнавала. Луиза. Да, она вспомнила — это действительно её подруга, её взгляд полон злобы и зависти. Как она раньше не замечала этого?

Понимание пришло позднее. Лестница… Врач говорил, что она упала с лестницы и ударилась головой. Хильда старается вспомнить, как именно она упала. Разговор с Луизой о Якобе — так, это она вспомнила. Да, он был симпатичен Луизе, однако обращал внимание на Хильду. Она сжала пальцами виски и закрыла глаза. Перед её глазами появилась картинка: они идут с Луизой по лестнице, что состоит из двадцати, а то и больше, ступенек, мгновение — и Хильда летит вниз. Так вот, кто её столкнул, она упала не сама! Это сделала Луиза — её подруга.

Девушка открыла глаза. Она тяжело дышит, всё увиденное ей кажется сном, не имеющим ничего общего с реальностью. Как Якоб мог всё время ей врать? Или, может, он делал это из жалости? Луиза, эта стерва, так хорошо устроилась в жизни! Она доберётся до нее и убьет! Мысль приходит мгновенно и так же мгновенно закрепляется. Тилике. Как она могла забыть про человека, ради которого пошла в медицину и ввязалась в войну? Как она могла забыть его? Так, получается, этот кулон он хотел подарить ей? Нужно срочно доехать до места и отправить письмо. Не важно, когда он прочтет его, важно, что он тоже должен её вспомнить. Она перевела взгляд на Якоба, который вёл беседу с каким-то мужчиной средних лет. Хильда решила, что не будет устраивать ссору сейчас, она скажет ему, что всё знает и посмотрит на его реакцию. Конфликта не избежать.

Ей так хотелось спрыгнуть с поезда и побежать к Тилике. Бежать от всего, что давило на неё, всего, чем она обременена. Она хотела выбросить все свои вещи, остричь волосы и сбежать от самой себя, загнанной в рамки. Их придумали люди, которые даже не знают о ее существовании.

Мимо проносились деревья и небольшие города. Солнце клонилось к горизонту, на западе собирались тучи, предвещая дождь.

***

Хильда шла по светлым коридорам корпуса, в котором их расположили, но светлые они были лишь от белой краски: пасмурная погода сделала все тусклым. Позади плёлся Якоб, он был раздражен и зол. Причиной этому стало неподобающее поведение одного из пассажиров поезда, на котором они прибыли. Работа начнётся с завтрашнего дня. Хильда планировала прогуляться по городу, а после сесть и написать письмо, уж очень сильно ей хотелось излить все чувства на бумагу.

— Ты сегодня чересчур часто улыбаешься, могу я поинтересоваться, в чем причина? — они зашли в комнату.

— А какая тебе разница? Причиной этому являешься не ты, — Хильда перешла на холодный тон, она не хотела церемониться. Четко. Кратко. И без лишних слов. Ей самой не сильно приятен разговор, который она собирается начать, однако дальше тянуть она не хочет. И так слишком долго её обманывали.

— Я всё-таки не чужой человек, — Якоб подходит и смотрит ей глаза. Она, глядя ему в лицо, видит в нем только фальшь и пустоту, которую он тщательно скрывает из-за любви к ней.

— Уверен? Как думаешь, когда ко мне вернётся память, твоя «правда» окажется такой же, как и настоящее положение вещей? — он замирает и Хильда понимает, что начало положено. Он отходит и садится на стул, стоящий в метре от них.

— Ну, а ты разве что-то вспомнила? — голос дрогнул, значит он боится этого. Она ведёт бровью, аккуратно проходя мимо комода, стоящего на пути к столу.

— Может и вспомнила, однако, судя по твоему взгляду, тебе есть что скрывать от меня, — она садится. Спина прямая. Волосы, обрамляя спокойное лицо, спадают густыми локонами. Взгляд её сосредоточен и устремлен на Якоба, который буквально вжимается в стул.

— И что ты вспомнила? — Якоб старается не показывать, что его колотит от сознания, что придётся всё рассказать. Хотя он знал, что рано или поздно всё раскрылось бы. Он выдыхает и ставит локти на стол, глядя в глаза Хильды. Взгляд человека, который обо всём знает, но она решила поиграть с ним. Нужно потянуть немного время.

— Многое. Например, то, что мы не вместе и я ничего к тебе не испытываю. То, что с той лестницы меня столкнула Луиза. И то, что Тилике — моя любовь. Ты врал мне, — Хильда откидывается на спинку стула.

— Возможно, но это было ради твоего блага. Расскажи я тебе правду раньше, ты бы не поверила и бросилась на поиски Тилике, который точно так же, как и ты, лежит сейчас без памяти.

— Это не тебе решать, что мне делать, а что нет. Ты ввёл меня в заблуждение, к тому же, еще и оправдываешь себя, вместо того, чтобы признать, что был неправ и совершил ошибку.

— Послушай, Хильда, а что я должен был делать? Девушка, которая отвергла меня, теряет память и единственным, кто может ей помочь, становлюсь я. Думаешь, я мог себе позволить бросить тебя?! — Якоб подается вперед.

— Даже если и так, почему ты не рассказал мне о Тилике, почему не рассказал о Луизе? — девушка не отступала.

— Тилике. Я ничего не знал о нём, кроме того, что ты его любишь. К тому же, я думал, что, находясь тут, рядом с тобой, я смогу заменить его в твоём сердце. Очень тяжело держать образ человека и сохранять его, когда того нет рядом. И совсем другое — постоянно иметь возможность увидеть рядом того, кого любишь. Разве это не так?! — он повысил голос.

— Тебе-то откуда знать, что моему сердцу лучше? Иметь возможность всегда хранить любовь к тому, что далеко, или же любить кого-то рядом? — Якоб попытался взять её за руку, но попытка провалилась, девушка молниеносно отдернула руку.