Страница 49 из 64
Время шло. Столбик под задом уже не казался удобным и широким, а превращался в острый кол, куда я мог в любой момент насадиться. Вставать не было сил, после падения очень сильно саднил локоть и правый бок, болели и ребра, и мышцы и почки. Наконец, метрах в пятистах, из-за поворота, показался попутный мне «КАМАЗ», за которым болтался по дороге пустой полуприцеп.Это была моя машина, я не имел права ее упустить. Я встал, растянул рот в самой миролюбивой улыбке, на которую был способен и вытянул руку поперек дороги. Через пару секунд улыбка сползла с моего лица. Бешенная машина с красной кабиной не собиралась скидывать скорость или как-то еще брать меня на борт. Я отошел подальше от грохочущей машины. Из поравнявшейся со мной кабины выглядывало бледное лицо водителя. И вдруг «КАМАЗ» начал резко тормозить, со скрипом, оставляя на серой поверхности дороги черные следы сгорающих покрышек. Тягач остановился, я растерянно застыл на обочине, не понимая такой резкой перемены в настроении драйвера. Водительская дверца распахнулась, на асфальт выпрыгнул худощавый мужчина с редкими светлыми волосами и морщинистым лицом много чего повидавшего человека лет сорока от рождения. Водитель осторожно шел ко мне, помахивая зажатой в руке монтировкой.
— Мужик, у тебя все в порядке? — я потянул кобуру с пистолетом поближе к животу, для удобства извлечения товарища Макарова.
Водитель, я надеюсь, что мужик с монтировкой. все-таки водитель, остановился:
— Ты наш что ли?
— Наш-наш.
— А что с оружием?
— Я милиционер прикомандированный, из Н-ска. В тайге жуликов преследовал, вот обратно ехал, но мотоцикл сломался.
— А что случилось?
— Лось из леса выскочил. Я отскочить успел, а мотоцикл нет. Вот его копытом и сломали.
Мужчина смелее подошел поближе, склонился над пострадавшим, удивленно присвистнув.
— Бля! Повезло тебе и не повезло, однако.
Я подумал — ну да, примерно, так и получилось, везунчик-невезунчик.
— И чем тебе помочь?
— Да мне бы до Улуса с мотоциклом доехать.
— Ладно, кати его в конец прицепа, я сейчас подойду. Я со стоном снял мотоцикл с подножки и покатил его в хвост прицепа.
— Хозяин, это у тебя что такое?
Мужик подошел, проследил за моим пальцем и от удивления сам приоткрыл рот: в подкузовном ящике, оббитым какой-то жестью, торчала рукоятка ножа.
— Блин. Да поселок километрах в тридцати отсюда. Еду никого не трогаю, как на дорогу местный выскочил. Какой-то дикий, что-то орет. Ну я мимо проехал, ху… что мне там останавливаться, потом стук какой-то услышал. А он, видишь, что, ножик кинул.
Водитель вытянул глубоко ушедшее в ящик лезвие. Нож был неплохой. Самодельный, из рессоры, наверное, выкован или вырезан. Деревянная рукоятка была аккуратно перетянута шнуром. Мужик вопросительно смотрел на меня.
— Ну видно хорошо, что ты там не остановился — я покатил мотоцикл дальше, а водитель с довольным лицом сунул ножик в карман. Наверное, ожидал, что я попытаюсь нож отобрать?
Мужик откинул металлический борт, ловко вскарабкался в прицеп, скинул мне доску. Вдвоем мы закатили мотоцикл, положили его на какие-то доски, которые, наверное, водитель вез для личных надобностей, мотоцикл привязали к металлическим крючкам на бортах, потом загрузились в кабину.
— Ну что, поехали?
Я кивнул, дизель затарахтел, скрежетнула коробка скоростей, и мы поехали, чтобы остановиться примерно в десятке километров от места погрузки. Поперек дороги, под углом, стояла «ВАЗовская» тройка, цвета «какао», над поднятым капотом которой склонилась четверо черноволосых парне. Мой водитель стал тормозить метров за триста, чтобы еще через сотню метров окончательно остановится.
— Ты чего встал?
= Ты что милиционер, не видишь? Они местные.
— И что?
— Что?! — мужик повернул ко мне одновременно яростное и напуганное лицо: — Вам сводки или что там у вас… совсем не читают. У нас, за месяц, на этой трассе две машины пропало. Ни груза не мужиков. И следов не нашли.