Страница 29 из 52
В тот момент мне захотелось как никогда сильно подойти и обнять, чтобы он не чувствовал себя таким одиноким, каким казался сейчас. Сердце болезненно защемило, но я не вышла из своего укрытия и смотрела за тем, как он встал из воды. Капли змеились по телу; я не представляла, как ему сейчас, мягко говоря, свежо — но Вик совсем неторопливо прошёл к своим вещам и, вывернув толстовку, первым делом надел её. Повозившись, вытянул мокрую безрукавку и бросил её рядом на песок, затем достал из мешка спортивные штаны и заозирался, оттягивая с живота резинку легинсов и стаскивая их. Мои глаза поневоле расширились, когда увидела что вместе с ними он снял и сырое после купания бельё: просто вышагнул из него, оставив на песке, а я выпучилась на смуглые узкие бёдра, с секунду застывая. А потом, покрывшись румянцем, спряталась за топляком и прижала ладонь ко лбу. Боже, как неловко! Что за утро такое?! Когда выглянула через минуту, Крейн уже оделся и обулся: одёрнул на животе толстовку, устало придержался за левое плечо и, размяв его, положил мокрую форму в мешок.
Он легко пошёл по песку, что-то тихонько насвистывая себе под нос, и я притихла и вжалась в чёрный древесный ствол, наблюдая, как Вик проходит мимо. Внезапная мысль озарила меня, и в тот момент я думала, это действительно хорошая идея.
Нужно за ним проследить. Узнать, кто из них, чёрт возьми, и есть Крик, ну а если ни один — искать дальше.
Когда Виктор уже пошёл по лестнице под каштаны, я поднялась из своего укрытия и порысила следом за ним, двигаясь в отдалении. Всё равно на улице пусто: быстро поднявшись следом, я заозиралась и увидела, что он движется к городской окраине. Неужели он там живёт? Насколько я знаю, домов в той части города уже нет. Растерянная, я шла за ним, прячась за деревьями и машинами, наблюдая за высоким силуэтом вдали. Вик спокойно поднялся наверх, на холм, и прошёл вдоль дороги, сворачивая затем влево. Он нырнул в купу высокой старой ивы, кряжистой и нависшей куполом над землёй, и пропал из виду. Я нырнула в висячую зелёную крону следом за ним и побрела наугад вперёд. Тусклое солнце падало сквозь ветви, пробивалось тонкими лучами, играя в опадающей зелени, и я затаила дыхание, останавливаясь под этим сказочным деревом и с усилием заставляя себя двигаться вперёд. Когда я выглянула из свисающих ветвей, Вик уже исчезал в одном из… трейлеров?
Не дом? Я удивлённо моргнула, не ожидая этого. Так он живет в трейлере. Господи…
Несколько таких разбросаны в отдалении друг от друга, каждый — на равноудалённой территории. Трейлер был далеко не новым, а вокруг него не видно никакого забора: только несколько кустов пузыреплодника и дикой розы окружали его. Неподалёку стоял небольшой сарай, а рядом… деревянный туалет? Так вот как он живёт…
Я прокралась следом за мужчиной к трейлеру, встав на цыпочки, заглянула в высокое маленькое окно. Немного пройдясь взад и вперёд, я заметила в окно, как Вик раздевается. Он стоял ко мне спиной: видно было плохо… я чертыхнулась одними губами и вытянула шею.
Он, ничего не стесняясь в собственном доме, расплёл волосы, упавшие на левое плечо густой копной, и прошёл обнажённым к одной из дверей. Едва держась за обрамление окна пальцами и наступив на выступ, чтобы подтянуться, я с удивлением отметила, что… а он хорошо сложен, чёрт возьми. По счастью, Вик стоял ко мне полубоком, что отчасти прикрывало его наготу, и я видела лишь высокое бедро и мускулистую, крепкую спину. На ногах я заметила несколько ссадин, над лопаткой — внушительный синяк. Вик повернулся лицом к окну, и я невольно спрыгнула на землю, чтобы он не заметил меня.
Вик взял что-то из шкафчика, повесил себе на плечо полотенце и исчез в другой комнате. Тогда я и поняла, что нужно рискнуть.
Зайти или нет? Если он поймает меня, получится очень неловко. А если он убийца, поймать может с летальным исходом.
Я словно невзначай наступила на невысокую ступеньку и толкнула плечом дверь. Незаперто… очень непредусмотрительно, особенно когда по Вудсборо бродит убийца.
Я посмотрела по сторонам и, удостоверившись, что за мной не наблюдают, скользнула в трейлер.
В нос ударил запах шампуня или геля для душа: я услышала громкий шум воды и сообразила, что Вик в душе. Отлично! У меня есть немного времени, чтобы осмотреться.
А здесь достаточно просторно и светло. Обстановка удивительно приятная. Да, трейлер больше похож на маленькую бедную квартиру-студию, но видно, что Вик сделал здесь какой-никакой ремонт. Стены он выкрасил в приятный темно-серый цвет, на пол возле неширокой кровати постелил светлый ковер, вышитый индейскими узорами. Здесь были небольшая, но чистая алюминиевая кухня, раковина и маленький холодильник. В небольшой коробке рядом с кроватью лежало немного одежды. Куртка и пыльник висели на крючке у двери, на высокой откидной столешнице у окна я увидела недорогой ноутбук и сотовый телефон. Тихонько взяв его в руки, цыкнула: запаролен, конечно, и у меня даже нет вариантов, чтобы его открыть. Но палец случайно нажал на сенсоре кнопку медиатеки — повисшая на экране музыкальная заставка Chris Isaak ожила, и трейлер вдруг наполнился громким, глубоким звуком песни. Чёрт!
Переливчатый голос и гитарные аккорды звучали отовсюду и из ниоткуда. Я сообразила, что у Вика здесь акустическая колонка, скорее всего, и резко оборвала песню. Он не мог не заметить такого!
Но вода как шумела, так и продолжала шуметь, и я решила осмотреться напоследок и уходить, пока не поздно… как вдруг на кухонном столе обнаружила внушительного вида нож с черной рукоятью.
Похожий или тот самый?! Я не знала. Сердце вдруг застучало от страха, в ушах стало пронзительно и звонко. Даже язык словно онемел.
Я попятилась назад, сталкиваясь со стулом, и рванула к выходу, понимая, что этот нож, кажется, и видела. В голове искрило. Но ведь Крик левша? А Вик? К черту, я не буду проверять это сейчас! Он может выйти с минуты на минуту, и кто знает, быть может, мои опасения оправданы и убийца — он…
Я вылетела из трейлера, скатилась по ступенькам и застыла, слыша сбоку от себя раскатистое низкое ворчание. С предчувствием полной задницы, я медленно повернулась, замерев.
Вот это я попала.
Это был пес, очень похожий на немецкую овчарку, но с шерстью абсолютно черной. Кожаный ошейник подхватывал мощную шею. В холке эта скотина была мне точно по колено, если не выше: скаля клыки, собака не мигая глядела на меня желтыми умными глазами и вдруг громко, рявкающе залаяла.
— Чёрт! — только и сумела выдавить я. Что делать?! Бежать не вариант, оставаться здесь — тоже. Мне даже защититься нечем!
Вдруг вода прекратила шуметь, и затылок мне опалило: сзади Вик, здесь — этот пёс. Пока я лихорадочно соображала, собака приблизилась, а я решила рискнуть… нужно добежать до ивы и взобраться на неё. Ветви там низкие, и вряд ли пёс меня схватит, если я пережду на дереве. До ивы совсем недалеко, и я решительно выдыхаю и внезапно подрываюсь с места.
Сердце колотится как бешеное, в ушах свистит, ноги несут так быстро, что я от себя не ожидаю подобной скорости — но пёс всё же оказывается быстрее. Чёрное косматое тело сбивает меня, собака набрасывается со спины и хватает за куртку, трепля её в зубах и опрокидывая меня на землю.
И тогда я отчаянно кричу. Зверь прикусил мне руку и крепко держал, стискивая до оглушающей боли предплечье под локтем: фиксировал меня, впиваясь клыками и ворча… от страха я начала плакать, как вдруг услышала, что кто-то рявкнул не хуже самого пса:
— Цейлон!!! Нет! Брось!
Нас с собакой враз растащили друг от друга: рыча, пёс всё же отпустил меня, подёргивая верхней губой. Капюшон упал мне на голову, так что я не вижу сперва, кто меня поднял прямо на руки, сгребая в охапку.
— Укусила?! С-сильно?!!! Где болит?!
Это Вик. Я осторожно приподняла капюшон с глаз: его тревожное, бледное лицо — прямо перед моим.
— Держись за плечо, можешь? — спросил он. Зрачки двумя узкими точками бегло осматривали меня, и я кивнула, здоровой рукой приобняв его за шею и плечо.