Страница 24 из 26
– Ромашка!
Мирослава склонился над нею, прядь светлых волос, выбившись из-под ремешка, касалась ее лица. Они находились в подземном убежище, и Ромашка вспомнила, что теперь об этом месте знает полиция.
– Нужно уходить отсюда! – зашептала она. – Уходить, скорее! Сейчас сюда придут... Мирослав, нам нужно уходить!
Он молчал. Неужели не слышит, не понимает?
– Я предала тебя, Мирослав! Я все рассказала! Я нечаянно, я не хотела!..
Мирослав смотрел на нее грустными светлыми глазами – не то с жалостью, не то с сочувствием.
– Уходи! Уходи скорей!
За спиной Мирослава грохнули выстрелы.
– Нет! – закричала Ромашка...
...и проснулась.
Она лежала возле стены дома в проулке. Было холодно, сгущались сумерки. Прямо перед нею, на куче пустых коробок, что-то белело. Надо было подойти и посмотреть, что там, но девушка не смогла подняться и поползла на четвереньках.
Сначала она увидела ноги, обутые в изящные босоножки на каблуке, затем – подол летнего платья. А, подняв голову, встретилась взглядом с синими глазами Дельфины.
– Ромашка! – Дельфина улыбнулась, и девушка хотела ответить ей, но тут только заметила, что платье подруги разорвано и все в крови. Ромашка с воплем отскочила в сторону...
...и снова проснулась. На этот раз окончательно.
Перед глазами плясали черные пятна. Глубоко вздохнув, девушка приподнялась на руках и, щурясь, смаргивая слезы, огляделась. Тесное помещение с железной дверью скудно освещалось потолочной лампой, забранной в решетку, у стены крепились в два яруса полки для сна. Девушка сидела на нижнем ярусе и находилась здесь в полном одиночестве. Она попыталась встать, но голова закружилась, Ромашке показалось, что ее внутренности сжались в комок и пытаются выпрыгнуть через горло. Девушка скатилась на пол и успела доползти до дальнего угла, прежде чем ее вырвало. Успокоившись, она вернулась на полку и, подобрав ноги, прислонилась к холодной стене.
Ромашка почти ничего не помнила после того, как ей сделали укол, но знала точно, что рассказала все: и разговор на крыше передала слово в слово, и указала, как найти убежище в подвале... Девушка съежилась, обхватив колени руками. Она знала, что не смогла бы сопротивляться действию "сыворотки", но в собственных глазах стала предательницей.
Было тихо, лишь изредка в коридоре слышались шаги. Девушка хотела поспать немного, чтобы сократить это ожидание неизвестно чего, но в холоде и сырости, да на голодный желудок заснуть не получалось.
Скрип двери застал ее врасплох. В камеру вошел совсем еще молодой парень в форме полицейского.
– Очухалась?
Девушка не ответила – от страха и холода она тряслась всем телом и ничего не могла с этим поделать.
– Мерзнешь? – парень хихикнул. – Ничего, сейчас я тебя согрею.
Ромашка окинула его злым взглядом и, отрывисто, четко произнесла:
– Что, на проститутку денег не хватило?
На миг опешив, парень бросился к ней, скинул девушку с полки на каменный пол, но тут в камеру заглянул еще один полицейский.
– Тащи ее сюда, – скомандовал он.
Ромашка не стала ждать, пока ее поднимут и поволокут к выходу – встала самостоятельно. Раздосадованный, что расправа не удалась, парень схватил ее за плечо и вытолкнул в коридор.
Они шли недолго и оказались в просторном кабинете. На столе у занавешенного окна стояла настольная лампа на гибкой ножке, и девушка сразу узнала в ней ту, от которой до сих пор болели глаза. И кресло узнала. Ее вновь усадили на то же место и застегнули ремни на запястьях.
"Только бы не включали лампу", – испуганно подумала Ромашка.
Но вместо этого ей завязали глаза. Слышались тяжелые шаги, доносились голоса, и еще в кабинете было тепло. Сначала Ромашка долго не могла согреться, но, в конце концов, перестала дрожать и затихла.
Ей снилось море. Оно ласково качало Ромашку на волнах, солнечные зайчики гладили ее лицо мягкими, пушистыми лапками. Где-то вдали шумел и шумел прибой...
Волны выбросили ее на берег. Девушка поняла, что лежит с завязанными глазами, с головой укрытая легкой тканью. Руки вытянуты, а тело прижато широкими ремнями. Пахнет бензином?
Что-то лязгнуло, вместе с ветром хлынул шум улицы.
– Выноси! – скомандовал кто-то.
Прислушиваясь к звукам и ощущениям, Ромашка поняла, что ее на носилках перегрузили из машины на каталку. Ткань все еще накрывала ее лицо, и Ромашка испугалась – а вдруг ее приняли за мертвую и теперь везут то ли в морг, то ли сразу в крематорий?