Сделка со зверем

— Желаю вам приятного дня, миледи! Да, и прошу вас не появляться в городе без охраны. Мои люди сопроводят вас. Френк, ты идешь со мной! И постарайся не глазеть по сторонам! — последние слова предназначались одному из слуг.

— Да, милорд! — просиял он.

Ариадна не сразу узнала того самого человека, который в ночь покушения вместе с приятелем искали стрелы. Кажется, он был одним из ставленников Ретта. Она перевела взгляд на пристань. Странно, что амулеты королевских стражников не предупредили об оборотне. Хотя, герцог ведь тоже был оборотнем, и об этом знали все. Возможно, караульные решили, что амулеты реагируют на него. Честер легко взбежал по ступеням, махнул рукой на прощание и скрылся за зелеными кустами-шарами.

Проводив мужа задумчивым взглядом, девушка кивнула остальным гребцам.

— Едем!

Весла вновь опустились в воду. На этот раз путь не был долгим. Лодка пристала у широкого городского причала. Ариадна вышла и в сопровождении охраны отправилась в Сойхо, где располагались торговые ряды. Ее глаза заблестели в предвкушении. Если герцог и занимал мысли девушки, то их очень быстро вытеснили из головы предстоящие покупки.

Глава 23

Роберт быстро прошел по аллее, окруженной липами. Несмотря на ранее время, в саду царило оживление. Садовники, стражники, придворные — все провожали опального герцога удивленными взглядами. За спиной слышались перешептывания, женские ахи, а несколько знакомых спешно ушли с дороги, отведя взгляд, словно это могло помешать Честеру их узнать.

Он стиснул зубы, борясь с желанием перекинуться в зверя и в два прыжка достигнуть заветной двери, чтобы спрятаться в полутьме галереи. Глупое желание. Кому, как не королевскому пасынку знать, что в галереях, как правило, прогуливаются те, кого король не одарил своей милостью. Наверняка, теперь и ему придется провести томительные часы в ожидании, когда Вильгельм снизойдет к сводному брату. Френк отстал, а потом и вовсе скрылся за кустами. Честер нахмурился, но не стал окликать его. В конце концов, крыса на то и крыса, чтобы прятаться и выведывать.

Герцог поднялся по ступеням, на секунду задержался у дверей, собираясь с силами, и перешагнул через порог. Гул голосов моментально прекратился, чтобы через несколько мгновений раздаться вновь. Все устремили взгляд на вошедшего. Честер стиснул кулаки. Это оказалось хуже, чем он мог себе представить: толпа, настороженно рассматривающая его. Чтобы оказаться у королевского кабинета, надо было пройти сквозь нее.

— Ваша светлость!

Окрик заставил вздрогнуть. Сосчитав до трех, Честер медленно повернулся:

— Граф Калвилл?

— Вы вовремя.

— Вы должно быть запамятовали, что я не опаздываю.

— Я помню. Его величество ждет вас! Идемте! — не сомневаясь, что герцог последует за ним, начальник королевской стражи зашагал по галерее. Придворные поспешно расступались перед ними.

Роберт и не помнил, что галерея такая длинная. Идя по ней, он ощущал на себе взгляды. Настороженные, любопытные, полные ненависти, зависти, вожделения…

Раньше герцог не замечал их. Но раньше он не был заключен в Сен-Антуане. Как обычно, при воспоминании о тюрьме в памяти всплыла и Ариадна. И ее вера в невиновность герцога Честера. Он словно наяву ощутил запах вишни, дышать сразу стало легче

— Прошу вас, — граф распахнул двери, объявил имя посетителя и отступил.

Роберт вошел внутрь, гадая, сменил ли Уилл обстановку. В кабинете все осталось, как и при Георге. Все те же шпалеры с изображением охоты, тяжелая темная мебель и витражи на окнах. На какую-то минуту Роберту показалось, что сейчас увидит отчима, но этого не случилось. Он вздрогнул и с сочувствием подумал, каково сводному брату каждый день входить в комнату, которую так любил король.

— Роберт, проходи! — Вильгельм отошел от окна.

— Ваше величество, — герцог церемонно поклонился. Слишком церемонно. Сводный брат скривился:

— Все паясничаешь?

— Разве я не должен кланяться своему сюзерену?

— Вопрос, считаешь ли ты меня своим сюзереном, — король горько усмехнулся. — Ты ведь не принес мне присягу!

— Не успел. Ты об этом хотел поговорить со мной?

— Нет, — король подошел к секретеру, открыл его и достал кожаный мешочек. Вытряхнул содержимое на ладонь и протянул. — Держи.

Бриллиант в кольце блеснул радугой.

— Откуда?.. — герцог потрясенно смотрел на сводного брата, в чьей руке лежало недостающее кольцо-гиммель

— Выкупил у ростовщика.

— Спасибо, — Честер настороженно смотрел на украшение.

— Ты его не заберешь?

— Смотря что ты потребуешь взамен.

Вильгельм кивнул:

— Разумно. Но… ничего.

— Прости?

— Я и так владею всем. Что мне требовать?

— Откуда я знаю? Король у нас ты! — он не удержался.

— Именно. Единственное, что я тебя прошу, — Вильгельм заметил усмешку собеседника и скривился. — Я прошу: не впутывать в свои игры Артура!

При упоминании имени мальчика Честер помрачнел, его зеленые глаза зло сверкнули:

— Запрещаешь мне видеться с братом?

— Нет, но не стоит вкладывать ему в голову идею, что он может жить с тобой!

— Считаешь, что я на такое способен? — изумился герцог.

— В последние три месяца я вообще не знаю, кто на что способен! — король взъерошил волосы. — Но я не хочу, чтобы ты настраивал моего наследника против меня, Чесс!

Роберт рассмеялся:

— Так вот в чем дело! Артур! А вы неплохо подготовились, ваше величество!

Король прищурился:

— Что ты имеешь ввиду?

— Конь, кольцо, что ты еще готов мне вернуть, Уилл?

— Твою любовницу, — по-деловому предложил он, будто речь шла об украшении или мебели. Честер покачал головой:

— Можешь оставить ее себе, если выдержишь ее запросы! Вивиан не из дешевых!

— Похвальная забота о финансах государства, но казна останется нетронутой, у меня есть и личные деньги! — вспылил Вильгельм

— Рад за тебя. И за Вивиан, — Роберт с насмешкой посмотрел на сводного брата, но тот уже взял себя в руки.

— Мы говорили об Артуре, — напомнил он.

Честер шумно выдохнул:

— Я слушаю.

— Он — мой наследник! И останется во дворце.

— Надолго ли?

— В каком смысле?

— Вильгельм, ты скоро женишься!

— И что?

— Думаешь, твоя жена будет счастлива видеть рядом соперника своих детей? — если бы Роберт не всматривался в лицо сводного брата, то не заметил бы растерянность, мелькнувшую в его глазах. — Так я и думал…

— Я благодарю тебя за беспокойство, но мой брак будет политическим, и моя жена будет делать то, что угодно мне, — холодно сообщил Вильгельм, уязвленный замечанием Честера. Герцог расхохотался:

— Какой камень в мой огород! Одной фразой ты сумел упрекнуть и мою мать, и мою жену!

— Я не собирался никого упрекать! — взорвался король. — Я просто хочу, чтобы ты перестал дурить голову моему брату! Мальчик и так много пережил за последнее время!

— Ты забыл добавить, по чьей вине.

Вильгельм устало потер виски:

— Роб, я понимаю, что ты не хотел, и возможно, это была случайность…

— Это не было случайностью, Уилл! И ты это прекрасно знаешь!

— Намекаешь на то, что смерть короля выгодна наследнику? — процедил Вильгельм, скрещивая руки на груди.

— Это логично: король умер, да здравствует король, не так ли?

— Ты опять за старое?!

— Успокойся, я почти уверен, что ты невиновен!

— И откуда же такая уверенность?

Как в детстве, они стояли друг напротив друга, зло буравя соперника взглядом. Честер опомнился первым.

— Давай рассуждать здраво, — миролюбиво предложил он. — Допустим, ты хотел бы захватить престол… подставлять меня тоже имеет смысл — отомстить за детские обиды, но…

— Но?

— Тогда на твоем месте я бы сперва женился и обзавелся наследником, чтобы исключить и Артура. Ты этого не сделал, следовательно, смерть короля была для тебя неожиданностью.

Вильгельм выдохнул, успокаиваясь.