Страница 19 из 93
Евнух, который когда-то считал себя мегрелом, был в раннем детстве захвачен турками. Янычара из него делать не стали, а оскопили и продали персам. Но всё же он ещё не забыл язык. Если будет война с русскими, то гарем пополнится и пылкими армянками, и знойными азербайджанками, и юными грузинками. Конечно, можно будет вспомнить родной язык. Но главная забота — о другом. Большое количество женщин приведёт к неизбежным ссорам. Потребуется дополнительное количество слуг, новые помещения. А где, спрашивается, взять умелых евнухов, которые будут ублажать жён в отсутствие мужа? Иначе женщины могут пойти на самое страшное — начнут баловаться друг с другом... Лет тридцать назад наместник провинции (дядюшка Аббаса-Мирзы), прежний хозяин евнуха, узнав о «проделках» своего гарема, приказал казнить всех. Женщин (не только жён и наложниц, но и служанок) пришлось закатывать в кошмы и топить. Евнухов, не уследивших за гаремом, долго варили в масле. Его спас юный возраст и нежный зад... Теперь уже и годы не те, а на задницу не позарится даже нищий федай. Так что евнуху приходилось думать о будущем...
А в это время его владыка принимал в своём летнем дворце двух европейцев. Серые сюртуки, как ни ладно они были скроены, не могли скрыть, что гостям более привычны мундиры красного цвета. Гости были разные по возрасту, росту и весу. Но в чём-то они были неуловимо схожи. Возможно, некой надменностью и высокомерием...
Толмач был не нужен: Аббас-Мирза прекрасно говорил на английском. А гости, хоть и с трудом, понимали фарси.
— Итак, вы утверждаете, уважаемый мистер Харрингтон, что наша армия не готова? — с вельможной ленью спросил хозяин.
— Я не говорил, что армия не готова. Она не достаточно готова, — выделил нужное слово интонацией англичанин помоложе.
— А ваше мнение, уважаемый Якобс? — обратился наместник ко второму.
— Если вас интересует моё мнение, — более осторожно, нежели его молодой коллега, ответил тот, — нам требуется полгода. Возможно — год. Главная проблема в том, что ваши сардары не умеют правильно стрелять. Мыс большим трудом научили их строиться в шеренги. Мы научили их тактике рассыпного строя. Но когда дело доходит до стрельбы трёх шеренг, передняя упорно не желает становиться на колено. В результате вторая и третья стреляют кучно, без прицеливания. Стрелки мешают друг другу. Вы представляете, как важно пехоте иметь правильный строй?
— Я знаю, — коротко ответил Аббас-Мирзу.
Он действительно слишком хорошо понимал необходимость воинской дисциплины. Пятнадцать лет назад, во время боя на реке Араке, он командовал одним из отрядов. Русская армия Котляревского разгромила в пух и прах более многочисленные, но недисциплинированные войска, которыми командовал его старший брат. Храбрая и отчаянная кавалерия напоролась на сталь штыков русского каре. А потом второй брат не сумел удержать Ленкорань от войск того же генерала.
Гибель братьев приблизила Аббаса-Мирзу к трону, но заставила задуматься о необходимости дисциплины. А позорный Гюлистанский мир, из-за которого Персия потеряла весь север, заставил его уважать и ненавидеть русских. В армии отца находился почти трёхтысячный отряд русских под воительством Самсон-хана, беглого русского вахмистра, которому было присвоено звание сартип-эввель — генерала. Это были лучшие гвардейцы шаха — бехадыраны. Терять бывшим дезертирам, раскольникам и государственным преступникам было нечего. На родине ничего хорошего их не ждало. Правда, смертная казнь в Российской империи была отменена ещё при матушке-Екатерине, однако как бывших солдат их можно было наказать шпицрутенами. Как показывала практика — даже самый сильный человек выдерживал не более трёх тысяч ударов...
Армия Самсон-хана была расквартирована в самом трудном и опасном месте — в провинции Хой, где сходились два опасных в военном отношении направления: русское и турецкое. И хотя Аббас-Мирза был главнокомандующим, но бехадыраны подчинялись только самому Самсону и шаху. И будь у Аббаса-Мирзы хотя бы десять-пятнадцать (а лучше двадцать!) тысяч таких солдат, то Ермолов вместе со всем корпусом был бы не страшен.
Однако в случае войны гвардейцы будут в неё втянуты. Особенно те, кто стоит на границе. Но всё же ждать ещё год не хотелось.
— Ваше Высочество, — как бы между прочим сказал Якобс. — Нам действительно нужен минимум год, чтобы сделать ваши войска по-настоящему регулярной армией. Однако, — сделал он многозначительную паузу, — в свете последних новостей сроки можно сократить.
— И что за новости? — насторожился Аббас-Мирза.
— Вам известно о декабрьских событиях в русской столице?
— Ходят разные слухи, — задумчиво произнёс наместник. — Но (выделил он) — только слухи. Вы и я знаем им цену. Я не получал сведений из Петербурга с декабря прошлого года. Говорят, там был мятеж против нового царя. Но не известно, чем он закончился. Вероятно, как всегда это было в России, либо мятежников поймали и повесили, либо возвели на трон того, кто более приятен армии.
— На сей раз всё по-другому. После смерти Александра должен был править Константин. Но он отрёкся. Новый император Николай убит.
— Однако у императора Павла оставались ещё сыновья, — показал свою осведомлённость наместник.
— Императором провозглашён Михаил. Но он в Москве. В Петербурге власть принадлежит Временному правительству.
— Временному правительству... От кого или от чего? От какого времени? — не понял Аббас-Мирза.
— Временному — это означает, что власть захватила горстка офицеров, которые управляют страной до выборов общенародного правительства.
— Народ будет выбирать правителя? — ужаснулся персидский принц.
— И даже не одного правителя, а нескольких. Одни будут править, а другие — следить за тем, как они правят.
— Могу себе представить, что будет с такой страной, — покачал головой Аббас-Мирза. — В одной древней поэме говорится о том, что некий принц решил отдать власть народу. Выстроил город, где все должны жить счастливо. А что было дальше, господа?
— Кажется, на город напали враги и всех уничтожили, — неуверенно сказал Харрингтон. Англичанин не читал «Шахнаме» великого Фирдоуси. Но догадаться о последствиях было несложно.
— Значит, в России началась гражданская война, — пришёл к выводу мудрый Аббас-Мирза. — Но корпус Ермолова достаточно силён. Он насчитывает пятьдесят тысяч человек регулярной пехоты и сорок тысяч казаков.
— Кавказский корпус сейчас не настолько силён. Полки Ермолова разбросаны по всему Закавказью. Наш посол в Петербурге ещё прошлым летом получил известие, что генерал обратился с письмом к императору Александру и министру иностранных дел Нессельроде. Ермолов просил прислать подкрепление — несколько казачьих полков и пехотную дивизию. Подкрепление должно было прибыть нынешним летом.
— Новости прекрасные, — не скрыл своей радости персидский военачальник. — Вероятно, в суматохе гражданской войны подкрепления генерал не получит. Значит, если мы начнём, то...
— Не забывайте, Ваше Высочество, что если вы начнёте, то за спиной у русского корпуса остаётся непокорённый Кавказ.
— Я помню, — кратко сказал наместник.
Англичане уже успели неплохо изучить Аббас-Мирзу. Если он стал говорить коротко — значит, уже что-то замышляет. Летом прошлого года мятежный шейх Бек-Булат поднял восстание. Горцы овладели постом Амараджиюрт, пытались взять крепости Герзель и Грозную. Восстание ещё продолжалось... И не исключено, что оружие для восставших поступало из Ирана. Кроме того, им был хорошо известен муштенда провинций Тебриз и Хой Мирзы-Мехты, за которым шли сотни мулл и десятки тысяч мусульман. Мечтой муштенды было отбросить русских не только из Закавказья, а загнать их за Кавказ. А потом преследовать, преследовать и преследовать до тех пор, пока вся Русская империя не встанет под зелёное знамя ислама. Покончив с русскими, можно будет приняться за франков и дойти до Британских островов.
Но далёкие планы туземного владыки интересовали англичан мало. Британская империя — самая великая! А пока персы и дикие горцы могут прекрасно послужить в борьбе против соперника в Азии и на Кавказе... Потом, когда русских удастся вытеснить с Кавказа, нужно думать, как обуздать дикарей. Лучше всего найти для них нового врага. Тем более что эти смешные персидские царьки всерьёз мечтают возродить древний Иран. Можно напомнить, что и Дербент был основан царём Ирана Иездигердом. Но захотят ли воинственные горцы отдавать свои города?