Страница 45 из 105
Глава тридцать восьмая. Шилкинский район, Чита
(в которой предполагается и оспаривается происхождение свиноида, а также плетутся интриги)
— Готово! — дама заклеила конверт и протянула письмо Четвертому. — Все, можете идти. На воротах все равно сейчас никого нет.
Четвертый кивнул и направился к выходу.
— Куда вы? — всполошилась дама. — Ну не через главный выход же! Там как раз сейчас столпотворение, вся наша банда там — размахивают руками и орут «Давай-давай!!!». Идите через задний выход. Хотя нет. Я вас сама провожу для гарантии. А то встретите какого-нибудь случайного демона, а он вас зарубит от греха. И останется папа без весточки.
Дама действительно довела монаха до самого запасного выхода, где и впрямь никого не было — все смотрели шоу.
Хозяйка открыла калитку, выпустила Четвертого и посоветовала:
— Спрячьтесь где-нибудь в кустах, а я пойду к мужу. Надеюсь, скоро ваши несимпатичные спутники вас найдут.
А у главных ворот действительно было настоящее столпотворение — огромная толпа демонов подбадривала воплями дуэлянтов.
Дуэлянты, впрочем, выглядели не очень хорошо — после почти часового поединка все трое уже далеко не так шустро размахивали своими железками, порядком выдохлись, вспотели и тяжело дышали. Однако упрямо продолжали фехтовать.
Хозяйка двинулась прямо сквозь толпу, и демоны предупредительно расступались перед ней — судя по всему, жену вождя если и не уважали, то точно опасались. Пройдя толпу насквозь, она вышла на открытое пространство и громко крикнула:
— Милый! Милый! Можно тебя не минуточку?
Атаман опустил меч и пояснил:
— Это жена. Принесла нелегкая. Мужики, я на пять минут отойду? А потом продолжим.
— Да пожалуйста-пожалуйста! — замахал руками свиноид, который дышал уже со свистом. — Хоть на полчаса. Мы подождем. Жена — это святое!
И совсем тихо добавил:
— Каблук забитый.
— Ну, что у тебя такого срочного случилось? — с притворной строгостью поинтересовался Желтый плащ.
— Плащик, я видела сон! — сообщила хозяйка.
— Ты издеваешься? — поинтересовался муж. — Ты ради этого меня от поединка отвлекла?
— Нет, ты дослушай, — топнула ножкой жена. — Когда я была девочкой, я очень хотела счастливо выйти замуж, и каждый день молилась, чтобы боги послали мне хорошего мужа, и обещала, что буду за это жертвовать всем монахам, которых встречу.
— И чо? — нахмурился атаман.
— А то! — сказала жена. — Мои мечты сбылись еще тринадцать лет назад. Да ведь, милый?
И она как бы невзначай потерлась о мужа грудью. Желтый плащ глуповато заулыбался.
— И чо дальше? — спросил он.
— А то! За все эти тринадцать лет я ни разу не жертвовала монахам. Вообще ни разу.
— Так у нас тут нет никаких монахов, как бы ты им жертвовала? — удивился Желтый плащ.
— Кого это волнует? — запротестовала хозяйка. — Обет есть обет. И вот сегодня ночью мне приснился какой-то монах, который совершал поклоны и при этом воспитывал меня. «Тринадцать лет, — бухтел он, — за все тринадцать лет ты ни разу не помогла монахам! Если так и будет продолжаться — твоему счастливому браку придет конец!».
Она подняла взгляд на мужа и захлопала ресницами.
— Милый, я так испугалась! Нет, я ТАК испугалась!!! У меня даже сердце до сих пор стучит как сумасшедшее. Вот, послушай!
И она положила ладонь атамана себе на грудь. Тот заулыбался еще глупее.
— Какая ты у меня суеверная! — пробасил он. — Не бойся, глупенькая. Пока я рядом с тобой — тебе нечего бояться.
— Тут ты конечно, прав, любимый… — и она кошкой потерлась об мужа. — Но все равно, я ужасно боюсь. Ведь на кону — наше с тобой счастье!
Атаман не удержался, приобнял жену и потрепал по голове.
— Я тебе еще самое главное не рассказала! — вдруг встрепенулась жена. — Иду я сейчас по дворцу, и вдруг вижу — связанный монах! Представляешь?! Настоящий связанный монах. Я сразу поняла — это знак! Сегодняшний сон был неспроста. Это был вещий сон! Это было предупреждение!
Она посмотрел на мужа, закусив губу и ее глаза вдруг наполнились слезами.
— Милый, давай его отпустим? Ну ради меня! Я же себе места не найду. Я же себя загрызу! Ну пожалуйста! Ну пж, пж, пж!!!
Атаман хотел было что-то сказать, но, посмотрев на жену, махнул рукой.
— Да и хрен с ним. Что я — другой человечинки свежей себе не найду, что ли? Ладно, отпусти этого придурка, раз тебе от этого спокойнее будет. Ты для меня важнее, чем какой-то лысый нуб.
— Спасибо, спасибо, спасибо!!! — жена кинулась его целовать. — Я его уже отпустила, я же знаю, что ты у меня самый добрый и самый лучший.
— Ну отпустила и отпустила, хрен с ним, хотя как раз ему он вроде как совсем ни к чему, — гыгыкнул атаман. — Где он там драпает?
— У задних ворот, — промурлыкала жена, прижимаясь к Желтому плащу.
— Две секунды, — многозначительно сказал Желтый плащ. — А потом мы с тобой продолжим общение, но уже без публики.
И он, со вздохом отлепившись от жены, повернулся к паломникам:
— Эй, вы, монахи! Я вас не боюсь, но дальше драться с вами не буду, — заорал он. — Ваш приятель у задних ворот, моя добрая супруга милостиво его отпускает. Валите туда, забирайте своего лысого, и чтобы я вас больше не видел! Если еще раз замечу ваши лысые бошки в своих владениях — пеняйте на себя! Все, брысь!
— Лося верни! — пробасил Тот. — И вещи.
— Фига себе ты борзый! — возмутился было атаман, но супруга опять жарко зашептала «Пж, пж, пусть это будет как подаяние», и он махнул рукой.
— Отдайте им лося! — распорядился он, повернувшись к подчиненным. — И вещи верните. Что мы — крохоборы мелочные что ли? И вообще — что вы здесь столпились? Все, кончилось кино! Что — ни у кого работы нет? Делать вам нечего, да?
Толпа начала стремительно рассасываться, причем одним из первых в покои удалился атаман, приобняв супругу за талию и что-то сальное нашептывая ей в ушко.
Получив Драка и хурджин с вещами, Жир и Тот отправились к задним воротам, где нашли Четвертого в кустах в целости и сохранности.