Страница 28 из 38
— Мы пытаемся избавить мир от него уже очень давно.
Брюс стал совсем не похож на себя такого, каким его знал Тим. Он казался старше, серьёзнее и замкнутее, и от этого образ «редактора» стал ещё фальшивее. Он упорно отводил взгляд, словно один вид Тима и Робин его ужасно угнетал.
— «Мы»? — переспросил Тим.
— Да, мы. Охотники. Хемингуэй до сих пор не оправился. Джейсон погиб. Я сам едва не очутился в Аркхэме после нескольких безрезультатных вылазок, — сказал Брюс. Он начинал неуверенно, наверное, не до конца понимая, может ли доверять Тиму, но постепенно в его голосе зазвучал металл. Он гордо вскинул голову и продолжил: — Он не просто самый опасный террорист в мире, Тим. Он… нечто большее. Древнее зло, которое никогда не засыпало, а лишь плело свои сети и терпеливо ждало.
Тим нервно моргнул и нахмурился. Ещё полгода назад он бы решил, что его начальник чокнулся, и что зря его всё-таки не заперли в Аркхэме. Сейчас всё постепенно вставало на свои места: смерть Джейсона, история — настоящая история — Ра’с аль Гула, и…
— Вы сказали… Хемингуэй? — тихо переспросил Тим. Брюс скосил на него взгляд и кивнул. — Но как это вообще возможно?
— Эрнест был лучшим из нас, — Брюс пожал плечами. — Но и он не совладал с Ра’сом.
— Но почему вы отпустили туда меня? — Тим стиснул зубы, чтобы не повысить голос, и зашипел: — Вы так много о нём знаете, мистер Уэйн, почему вы дали мне уехать? Почему вы отпустили Джейсона?
Брюс снова отвёл глаза и шумно сглотнул. Потом сделал вдох поглубже и заговорил, спокойно и монотонно, но явно стараясь не выразить бушующие в нём эмоции:
— Джейсон был подготовлен. Он был охотником, я учил его с самой юности. Я тренировал его специально для того, чтобы он мог убить Ра’с аль Гула. Он был быстрым, выносливым, сильным. Он умел скрывать свои мысли, умел просчитывать всё на ходу. Это была его миссия. Это была единственная причина, по которой я сделал его Призраком и отправил к Ра’с аль Гулу — дважды. И поплатился, — он замолчал, переводя дух, и Тим воспользовался паузой:
— Но почему вы отправили туда меня? — повторил он свой вопрос, тщательно выговаривая каждое слово. Малышка зашевелилась в сне, и, когда он пытался поправить покрывало, поймала его за палец. Тим размяк почти мгновенно. Бушующий в сердце гнев на несколько мгновений заглушила любовь.
— Я не знал, что ты туда едешь, — прервал молчание Брюс. Тим с трудом заставил себя оторвать взгляд от Робин и посмотреть на начальника. Их взгляды встретились, и Тим вдруг увидел за невозмутимостью сильное чувство вины — подобное тому, что сам теперь испытывал, глядя на Кона.
— Этот договор была заключён практически без моего участия. Агенты решили, что раз клиент уже работал с нами, то можно ускорить процедуру. Когда Керри принесла мне его на подпись, ты уже сидел в самолёте по пути в Катманду. Заказчик просил предоставить ему нового Призрака как можно скорее, так что тебе оформили командировку сильно заранее. Сейчас мне кажется, что Ра’с понял, что к нему приехал не Призрак, а охотник, и интуитивно догадывался, что после Джейсона к нему приеду я, и мы окончим старую вражду, — он не сводил с Тима взгляд. Тиму хотелось закричать, что меньше всего он хотел бы сейчас оказаться просто жертвой обстоятельств и глупой ошибки, но Робин так крепко цеплялась за его палец и так уютно посапывала, что он боялся открыть рот и разбудить её.
— Когда к нему приехал ты и он увидел твои глаза, он полностью изменил свой план, — наконец снова заговорил Брюс. — Судьба прислала ему наследника. Ты попал к нему не случайно, Тим. Не потому что кто-то ошибся. Конечно, знай я, куда тебя отправляют, я бы нашёл способ уберечь тебя. Судьбу можно изменить. До тебя в мире было множество людей с глазами цвета чертополоха — я вполне уверен, что это ваша семейная черта, ― но никто из них не попадался в руки Ра’су. Значит, я мог бы остановить это, я бы занял твоё место с готовностью, и твоей семье и твоим близким не пришлось бы через всё это пройти.
— Но мы прошли, — Тим нахмурился. — И теперь моя дочь в опасности. Что нам делать теперь?
— Я сделаю из вас с Коннером настолько хороших охотников на вампиров, насколько смогу. И вместе мы уничтожим Ра’с аль Гула, — произнёс Брюс с таким видом, словно другого варианта и быть не могло. — Если, конечно, вы согласитесь пойти на это.
— Я… — Тим чувствовал, что и правда готов согласиться. Бросится в этот омут с головой, не задерживая дыхание и не закрывая глаза. Он хотел отомстить Ра’су за всё, что пережил, за свою дочь, за Тану, за первого Призрака.
Но Робин поймала его ладонь второй крохотной ручкой, и слабо, но цепко сжала.
Он не мог пойти на это. Он не мог так рисковать. Он не мог бросить жену с ребёнком только потому что в нём взыграло глупое чувство мести. И тем более он не мог решать за Коннера.
— Я думаю, нам нужно время. Коннеру нужно смириться со смертью Таны. Принять её, — он покачал головой.
— А ты? — Брюс сощурился.
— А я хочу уничтожить Ра’с аль Гула так сильно, как никто другой в этом мире, — Тим поморщился. — Но у меня молодая жена и новорождённая дочь. Я не могу принимать решения, способные повлиять на их жизнь, на эмоциях.
Брюс смотрел на него долго и пристально. Серьёзно, кажется, обдумывая каждое его слово. А потом кивнул с пониманием и облегчением, и сказал:
— Было бы невыразимо ужасно, если бы я не успел, и мы лишились твоей приземлённости, Тим. Ты и твой чистый ум и сейчас способны мыслить трезво, — он изобразил что-то, похожее на улыбку. — Я не заставлю тебя принимать решение сейчас. Но я буду настаивать, что ты с женой и ребёнком должен переехать ко мне как можно скорее. Чтобы вы постоянно находились под защитой.
— Не уверен, что это… — начал Тим и запнулся. Может, Брюс был прав. Тим прекрасно понимал, что не может защитить жену и дочь, что слишком сломлен сейчас. Ему понадобится помощь. Она ему уже нужна.
— Нам бы не хотелось вас стеснять, мистер Уэйн, — наконец выдавил он. Брюс тихо фыркнул и покачал головой:
— Во-первых, думаю, вы оба уже можете называть меня просто «Брюс». А во-вторых, мой особняк огромен и почти безлюден уже долгие годы. Я буду рад, если он немного оживёт.
— Ну, — Тим улыбнулся. — Дело за малым: уговорить Стефани переехать.
— У меня есть секретное оружие, которое сможет её убедить, — Брюс вдруг снова начал превращаться в того, другого Брюса Уэйна, который блистал на вечеринках и обложках глянцевых журналов. Он резко перестал быть охотником на вампиров и стал завиднейшим холостяком Готэма. — Мой дворецкий, знаешь ли, прекрасно умеет убеждать.
— Это мы ещё посмотрим, — Тим тоже тихо фыркнул. Робин вдруг разжала пальчики, выпуская его руку, немного повозилась в своём одеяльце и задремала. Тим замер, снова взглянув на неё и не сумев отвести взгляд, тихо шепнул:
— Подумать только, я мог всё это пропустить, — и покачал головой. Брюс вдруг поднялся, шагнул к нему и легко хлопнул по плечу:
— Главное, что не пропустил, — сказал он и замолчал. Открылась дверь в кабинет и к ним заглянула Стефани. Она удивлённо моргнула и зашептала:
— Вы, дурни, что, не догадались её в детскую отнести? У неё, между прочим, кроватка есть, — она зашла в кабинет и шагнула к Тиму, но остановилась и умилённо склонила голову набок: — Господи, это так мило. Может, мне на тебя повесить заботу о ней? Всю-всю?
Тим поднялся, всё ещё бережно держа на руках дочку.
— Сама же отнимешь её у меня через час, — ехидно шепнул он, перегнулся через стол и поцеловал жену в кончик носа, как целовал её, когда они только вернулись с войны. — Но можешь попробовать. Брюс очень хочет с тобой побеседовать.