Страница 4 из 41
Что-то воздушное приземлилось Кате прямо на колени. Она чуть-чуть привстала и повернула голову назад (Катя лежала на животе), чтобы разглядеть, что это было. Через надувной прозрачный мяч, который отлично примостился на ее ногах, было видно море.
- А, мадемуазель, извините, его унес ветер!
К Кате подбежал молодой человек, лицо которого ей сразу очень понравилось. Немного неловко он наклонился над ее голыми ногами и взял мяч.
- Извините, мадемуазель, - сказал он еще раз, растянул губы в обаятельной улыбке и убежал к видневшейся вдали компании.
“Хорош”, - подумала Катя, перевернувшись на спину.
Катя шла обратно на виллу. Через огромные французские окна гостиной она сумела разглядеть большую компанию мужчин и женщин, во главе которой сидела бабушка.
“Кто они и кто я...” - сжалась Катя. Но деваться было некуда.
Первой Катю увидел красивый мужчина с седой прядью волос надо лбом.
- Софи, а это что за чудо?
Бабушка обернулась вместе с остальными гостями.
- Внучка, Серж.
- Чья внучка? Господа, ищем обладателя такой внучки!
- Моя внучка, шутник. Ее зовут Кати.
Вразнобой все поздоровались. Катя насчитала в общей сумме пять человек.
- Садитесь, садитесь... - загремели гости.
Катя оглядела себя: она была одета в купальник, поверх которого накинула легкое пляжное платье.
- Переоденусь....и спущусь попозже.
Но гости все дружелюбно гремели:
- Что вы, что вы! Все свои!
- Завтра я и сам буду в таком виде по вилле расхаживать, солнце даже вечером печет, - сказал Серж.
Все засмеялись. Катя осторожно села рядом с бабушкой. Разговор был оживленный и легкий. Кажется, все приехали сюда исключительно для отдыха. Первое время Катя храбрилась и старалась вставить несколько слов в диалог, по десять минут обдумывала реплику, боясь, что она будет недостаточно остроумной или слишком простой, но потом вдруг перестала. Она посмотрела на бабушку, которая преимущественно молчала и только изредка вставляла какую-то резвую фразочку, и успокоилась - не обязательно быть душой компании, особенно если, чтобы быть душой компании, тебе приходится претворяться кем-то другим: “Какой толк делать вид? Ладно, один вечер я могу побыть заводилой, но ведь тогда от меня будут ждать этого же и дальше...Это что получается? Всю жизнь мне потом придется быть шумной душой компании? Но ведь это же вранье...Это не я...Лучше сразу не вводить никого в заблуждение”. И, довольная выводом, Катя устроилась поудобнее на диване, слушая веселых гостей и иногда смеясь вместе со всеми.