Страница 30 из 41
Паулина пожала плечами:
— Он решил купить у меня одну фотографию. Сказал, что она великолепна.
Все сидящие за столом загалдели: «Это прекрасно! Вот это чудесно!»
— А твой шедевр вы нам когда покажете? На котором Кати облизывает пальцы? — спросила Изабель.
Паулина посмотрела на Катю, а потом на друзей:
— Ой, а его у нас с собой нет…Нет ведь? Нет…
— Смотри, Кати, на следующую встречу принеси, — шутливым грозным голосом сказал Антуан, закуривая. — А то интерес разожгли и в кусты…
Официант принес кофе, Люсьен пошутил, все засмеялись и вечер продолжился.
Вернулась домой Катя ближе к полуночи. Бабушка не спала, сидела с Полем в гостиной и читала.
— Бабушка, — начала Катя задумчиво, оглядывая огромные стеллажи с книгами, —а у тебя есть что-то про искусство? Я хочу почитать…
— Да, когда Серж меня погружал в искусство десять лет назад, он притащил мне миллион книг. Посмотри…хм…на третьей полке…да, вот здесь.
— Ого! У тебя есть подарочное издание черно-белых фотографий про любовь. Я видела такое, всегда хотела, но дорого…
— Полистай, если хочешь.
— Спасибо, — Катя глянула на знаменитый «Поцелуй на Таймс-сквер» и сразу же вспомнила другую черно-белую фотографию. — Бабушка, а разве Жожо была когда-то замужем?
— Была.
— А сейчас ее муж где?
— История потянет на целый роман. Это было как раз тогда, когда мы с ней поссорились, помнишь, я тебе рассказывала. Впрочем, из-за этого и поссорились. Мужа звали Пьер. Он всегда наводил на меня ужас, хоть и был добрейшим человеком. Косматый, как медведь, огромный, я всегда смотрела на него и думала, как Жожо ложиться с ним в постель…Они прожили в браке около пятнадцати лет, а потом Пьер влюбился в племянницу Жожо, которая в то время жила у них после института. Молоденькая девочка. Жожо знала об этой интрижке и даже закрывала на нее глаза. Я говорила: «Ты что, с ума сошла? Как ты это выносишь?», а она отвечала: «Сейчас они наиграются, и ему надоест, он знает, что для него лучше». Но видимо, чувства стали сильнее, и Пьер подал на развод. Ты представляешь себе, Жожа даже была подругой невесты. Потом, после их свадьбы, она приехала ко мне на «Паузу», сильно похудела и только язвительно, желая саму себя уколоть, говорила, что «план вышел из-под контроля». Потом, когда она оклемалась, собрала чемоданы и поехала к Пьеру и его новой жене в Италию. Сказала, что хочет быть с ними. Я назвала ее идиоткой, и мы разругались. Она каталась за ними так несколько лет. Потом жена Пьера заболела и слегла. Жожо честно ухаживала за ней, но девчонка умерла. Жожо предлагала Пьеру снова сойтись (насколько я знаю, периодически они становились любовниками), но он купил ей билеты до Парижа и велел уехать.
— Что с ней такое было? — скривилась Катя.
— С Жожо? Понятия не имею. Я ее так и не поняла, но мы были в плохих отношениях в этот период, поэтому послушать ее рассуждения я не могла, а сейчас мы к этой теме просто не возвращаемся.
Катя задумалась. Поступки Жожо казались ей странными, а Пьер совсем не вызывал симпатии.
— Так какую книгу возьмешь? — спросила бабушка.
Катя встрепенулась.
— Вот эти две: про фото и «Историю искусств» Гомбриха.
Бабушка кивнула.
— И…бабушка…
— Да?
— Я в выходные никуда не хочу. Буду читать.