Сто имен

— Привет, - сказала Китти.

Арчи сидел за столом боком, опираясь локтем за стойку, чтобы видеть весь зал. Вероятно, в тюрьме складывается такая привычка - не поворачиваться спиной к помещению. А Китти почему иак села? Любопытная, всех ей надо видеть.

- Я только что заказал себе завтрак, - буркнул Арчи, не убирая от лица газету. - Возьмете что-нибудь?

Тот самый воскресный таблоид стой самой статьей. Значит, Арчи прочел и именно поэтому позвонил, хотя понять его резоны Китти пока не могла. Вроде бы не склонен к злорадству. Придется подождать, пока он сам объяснит, в чем дело.

- Спасибо, я не голодна.

- Надо поесть, - сказал он, все так же не глядя на нее.

- Нет! - Ее тошнило от статьи Ричи, от того, как он лгал ей, как ее использовал, от того, что она с ним переспала. Подло, унизительно, она же никогда больше никому не сможет довериться, и есть она тоже не будет.

- Поддержать силы, - настаивал Арчи, - а то против этих засранцев не выстоять.

- Слишком поздно, - вздохнула Китти и сама услышала, как дрожит ее голос. Услышал и Арчи, поднял глаза от газеты. К счастью, в этот момент ему принесли еду - правда, от запахов Китти замутило. Большая тарелка с помидорами, яйцами, сосисками, грибами, белым и черным пудингом, а тостов - хоть крышу ими перекрывай. Официантка поставила блюда перед Арчи, и тот наконец отложил газету в сторону и сосредоточился на еду:

- Заказывать будете? - поинтересовался официантка.

- Спасибо, я не голодна.

- Кофе, чай?

- Воды без газа.

- И тарелку фруктов, - добавил Арчи, разделываясь с сосиской. - Принесите ей тарелку фруктов. Уж фруктов-то она поест.

- Спасибо, - поблагодарила Китти. Трогательная забота. - Вижу, вы в этом разбираетесь.

Он кивнул - так мотает головой лошадь, отгоняя мух.

- О чем вы хотели поговорить?

Арчи не ответил, он знай себе сгребал в рот еду, огромные куски, от которых раздувались щеки, но он лишь пару раз двигал челюстями, прежде чем проглотить. Потом он ответил вопросом на вопрос:

- Вы были знакомы с тем парнем?

С каким парнем, Китти догадывалась сразу:

- Приятель по учебу.

- Ага. Старый фокус.

- С вами тоже такое проделали?

- Всех родных напустили. И друзей. Знают, как уговаривать людей. Тех, кто сам в этом не соображает. Не знает этой работы и верить в то, что прочтет в газетах. Обычных людей.

- Но я-то сама журналистка.

- Да уж. Одна из них. И то вы такого не ожидали.

- Я не из них! - с негодованием отреклась Китти. - Не была такой и не стану. Я причинила тому человеку зло по ошибке, а этот все заранее продумала. - Кровь кипела в жилах, Китти готова была выскочить из-за стола, бежать к Ричи домой… ко всему прочему недостает лишь обвинения в нападении и причинении тяжких телесных.

- Вы сердитесь, - отметил Арчи, наблюдая за ней.

Китти притопывала ногой, еще немного - вмажет кулаком в стенку.

- Еще бы я не сердилась.

- Потому-то я вам и позвонил.

- Нравиться общаться с рассерженными человеком? - огрызнулась она.

- Хотел поговорить с одним из тех, кто никогда не станет таким, как они.Этот парень, ваш университетский приятель, сделал для меня доброе дело.

- Хоть кого-то он порадовал. И теперь вы мне доверяете?

На этот вопрос, Арчи не ответил, вновь занявшись едой. Китти принесли воду и фрукты, и хотя ее все еше слегка подташнивало, она принялась за угощение и вскоре почувствовала себя лучше.

Дверь кафе отворилась, вошел третий за утро клиент - женщина-мышка, маленькое личико, тусклые темные волосы свисают до подбородка,лба и глаз не видно из-под челки. Кроткая на вид, тоненькая и слабая, дунь - улетит. Она огляделась по сторонам так, словно рассчитывала кого-то увидеть, - не увидела, - помрачнела и сла за общий деревянный стол. Арчи поднял голову и уставился на эту женщину. Следил, как она проходит по залу, садится. С этой минуты его взгляд не отрывался от нее.

- Вы ее знаете? - спросила Китти.

- Нет, - буркнул Арчи и отвернулся, влил в себя чай. - Так что вы знаете обо мне?

- Намного больше, чем знала вчера.

- Вперед.

- Десять лет назад ваша дочь - ей было шестнадцать - пропала. В последний раз ее зарегистрировала камера видеонаблюдения, когда выходила из одежного отдела торгового центра в Донамиде. Полиция начала поиски, вы и ваши родные обратились к общественности, довольно громкая была кампания. Через месяц ее нашли в поле задушенную. Четыре года спустя вы напали на двадцатилетнего парня и избили его чуть ли не до смерти, потому что считали, что он был ее бойфрендом. За это вы отсидели четыре года.

Пауза. Арчи прожевал корочку бекона, выплюнул несъедобное на тарелку.

- Это произошло одиннадцать лет назад, за неделю до ее дня рождения. Ей должно было исполниться шестнадцать. - Он передохнул минутку и продолжал уже тихим голосом: - Последним ее видел сторож на парковке торгового центра в Донамиде, она отбивалась от этого парня - Брайана Бинго О Коннела. На самом деле он был не ее парнем, а ее подруги, го он втрескался в нее и не оставлял в покое. Я все это рассказал полиции в тот самый день, когда она не вернулась домой. И потом повторял сотню раз, но они твердили свое: против него нет никаких улик. Если б не тот фермер - он сажал на поле капусту, - ее бы вовсе не нашли, а они продолжали бы подозревать не того человека.

- То есть вас, - уточнила Китти.

- Мне они дохнуть не давали, вбили себя в голову и все. Только мной и занимались, а ведь я один кое-что знал о том месте, где ее последний раз видели.

- Может быть, именно поэтому.

- Мой приятель по прозвище Молодчага как раз и работал на парковке. Но они так старались повесить все на меня, что ни единому моему слову не верили.

- Вроде бы расследование всегда начинается с семьи?

- Но не до такой же степени. Не так. Конечно, Молодчага не слишком надежный свидетель, у него бывали неприятностей.

Интересно, почему же его прозвали Молодчагой? Молчание. Арчи вновь принялся следить за той женщиной. Она наматывала салфетку на палец, стягивала так, что из-под края ободком выбухала кожа,разворачивала салфетку вновь наматывала. Кафе постепенно заполнялось, повар хлопотал за стойкой, что-то разогревал на сковородке, еда скворчала, и запах жареного наполнял маленькое помещение. У Китти заурчало в желудке, она отщипнула очередную виноградину.

- Почему они в итоге сняли с вас подозрение?

- Нашли тело.

Снова молчание.

- Понимаете, ее изнасиловали. - Это застало Китти врасплох, она едва не подавилась виноградиной.

- Этого я не знала.

- Я позаботился о том, чтобы это не упоминали в прессе. Не унижали ее лишний раз. Она так долго пролежала в поле, что улики все равно не сохранились.

- Но вы уверены, что виноват тот парень, Брайан О Коннелл.

- Да, Бинго, - твердо, насмерть уверенный, ответил он. - Так же уверен, как в том, что я живу и дышу. Я часто встречался с ним и ловил его взгляд - такой особенный взгляд, мол, ему все сошло в руки и разве это не забавно?

Китти покачала головой:

- Не стану винить вас за это, что вы разделались с ним.

- Пришлось бы - снова сделал бы то же самое, - напрямик отвечал он. - И хорошо, что не убил: если захочется, могу в любой момент повториться.

- Вы не сделали это.

- Я бил, пока не увидел смертный страх в его глазах, и этого с меня хватит. Это я буду помнить всегда. Храню вот тут, - он постучал себя по виску. - Я сделал это ради Ребекки.

Китти попыталась представить себе его жизнь после трагедии - жизнь обычного семейного человека рухнула, и пострадала он не один раз, а дважды.

- Вы женой расстались?

Он кивнул.

- Она переехала в Манчестер. Нашла себе хорошего человека. Сумела начать жизнь заново. Это ее право. Нельзя жить одним только гневом. Гнев разрушает. Они уничтожил все: наш брак, отнял друзей, само собой, и на работу меня обратно не приняли. Судебный приговор отнюдь не повышает шансы трудоустроится.