Страница 90 из 132
Такая же, как и у Чаннинга или все-таки это единственное, что мальчишка унаследовал от матери?
Ревность к Амелии давно улетучилась. Даже можно сказать ― злость. Мертвые заслуживают покой без лишней связи с этим миром, особенно без воспоминаний о них в мрачных оттенках. Я аккуратно встала, чтобы не разбудить Джерарда и принюхалась. Несложно было уловить волчий запах, который вел вглубь пещеры. Стена напротив показалась глухой, но след любимого говорил об обратном. Маленький проход притаился за валуном. Я еще раз окинула встревоженным взглядом наемников и ребенка, чтобы удостовериться, что они спят. Никто не дрогнул, и коридор скрыл меня в тени. В нем оставался еще свежий след. Я мягко ступала по земле, стараясь не потревожить ни единого камня, думая в это время о сне. Он явно мог оказаться пророческим. Как тогда, в замке Билатлейн. Дар Аластрины предупреждал об опасности, в которой снова предстояло сделать выбор. Я напряглась, и земляной камушек развалился под сапогом, издав при этом характерный всхлип.
К черту все пророчества. Я вам устрою выбор. Боги вы или нет ― мне абсолютно плевать.
Путь продолжился, пока кошачий слух не уловил нотки знакомого голоса. Предчувствие подсказывало, что лучше ускориться. Чаннинг вновь ввязался в дела Старейшины, которые тот хотел сохранить в тайне от всех. Смущало только наличие еще одного запаха. А главное, что я хорошо знала его владельца. Сощурился взгляд, когда вышла на свет.
― Патрик? Что ты здесь делаешь? И почему…
Острие немого стражника было направлено на любимого.
― Ты хоть раз можешь не лезть? ― ворчливо спросил Рейхтаг.
― Охотно, если ты не будешь втягивать Чаннинга в черт знает что посреди ночи.
― Он пошел со мной по доброй воле.
― Еще бы, ― ответил Волк. ― Хотелось узнать, почему нашему старику не спится? Даже кости не ломит на предстоящее сражение. Как оказалось виной всему Патрик, который его не ждал.
Стражник сильнее сжал рукоять мяча и угрожающе поднял руку.
― Думаю, он понятия не имел, что Рейхтаг его здесь найдет. Будет интересно узнать, зачем он тебе нужен?
Я вопросительно посмотрела на Старейшину друидов. Тот, в свою очередь, вернул взгляд полный презрения и злости.
― У него мечи, ― хрипло ответил старик, опираясь на длинную палку. ― Те самые, которые закрывают печати.
― Которые украла Чандра. Верно? ― поспешила добавить я.
― Кажется, вы с ведьмой вновь сошлись. В чем причина? Может, Кондрат?
Чаннинг будто смотрел Старейшине в душу, пока Патрик не напомнил о себе мечом. Его острие так и было направлено на сердце Волка, только быстро сократило расстояние.
― Не советую, ― произнесла я, угрожающе сверкнув кошачьим взглядом.
Патрик посмотрел на меня, будто извиняясь, и начал бить себя в грудь.
― Кажется, он хочет что-то сказать, ― предположил Чаннинг.
Стражник не убрал меч, но его лицо теперь выражало печаль.
― Он переживает за свою Елену. Друидку, которую, судя по всему, Чандра обещала убить.
Тяжелый вздох Рейхтага сорвался с губ паром. Ночь оказалась холодной.
― Почему? И как ты вообще узнал про мечи? ― спросила я.
― Она сама мне об этом сказала. Какой же я был дурак.
― Не новость, но я рада что ты, наконец, это признал.
Старейшина вернул острый взгляд.
― Поговорим об этом позже. Что делать с ним? Если я правильно понял, ключи нужны не чтобы сломать печати, а закрыть их обратно.
Чаннинг выгнул бровь. Напряжение замерло в воздухе, будто не только Патрик был немой. Стражник переводил встревоженный взгляд на каждого. Таким образом он, видимо, хотел прочитать мысли и понять, что стоит на кону. Жизнь Елены в обмен на Астерию. Чандра вновь обыграла всех и осталась победительницей. Молодость — это все, что ей требовалось. Красота ― все, чего она желала. Разумеется, после власти. Рейхтаг наверняка догадывался, что его вновь используют. «Жертва», ― пронеслось в голове. Священное древо всегда требовало жертву за помощь, за безопасность и за силу, которая даровала друидам жизнь. На алтарь придется воздвигнуть все: честь, дружбу и человечность, а еще чистое сердце и любовь. Но стоит ли цель уплаченной цены?
― Как бы там ни было, нам нужны эти мечи, ― закончил Старейшина.
Патрик сжался до размера фасолины. Он быстро смекнул, к чему ведется разговор. Его плечи напряглись, а на шее запульсировала вена. Стражник ринулся на Чаннинга. Волк вовремя увернулся, схватив его за руку и пытаясь забрать меч. Патрик не сдавался. Он толкнул плечом Чаннинга и отошел. Я, тем временем, успела подхватить лежащий рядом камень. Глухой стук заставил Рейхтага округлить глаза.
― Надеюсь, он отделается только головной болью, ― вырвалось у меня, когда Патрик рухнул на землю. ― Ну, и где же мечи?
― Полагаю, что здесь, ― ответил Старейшина и провел рукой, будто поглаживая воздух.
Стражник действительно охранял ключи, которые до этого времени лежали у стены и оставались невидимыми.