Страница 57 из 132
― Мне одной кажется, что твои методы не работают.
Я как можно скорее вернула браслет на место, не желая спалить весь лес.
― Если бы ты слушала, было бы больше пользы, ― ответила Шу Ликин.
Она сидела в тени дерева и разминала больную ногу. Рана не успела зажить, но перестала кровоточить. Ходить было не легко, и наемница часто просила привал. Наш путь лежал на юг через столицу Астерии к пещерам разбойников, которые затопило водой. Видеть бабушку, мне не хотелось. Отсутствие шлема вызвало бы еще большие эмоции и добавило бы причин к обоюдной ненависти. Маргарет всегда боролась против своей совести. Складывалось ощущение, что чем ближе приближалась война, тем сильнее становились обвинения в мою сторону.
― Может повторишь, а то не совсем понятно от слова «хара» и до самого «спали здесь все к чертям»?
Я подперла бока руками. Не хотелось смотреть на бедное дерево, которое вспыхнуло от одного только взгляда. К счастью, ветра не было. Огонь не смог перейти на другие ветки, так как выбор жертвы пал на одинокую яблоню возле мшистых камней.
― Вдохни полной грудью.
― Опять?
― Победу в бою может одержать только тот, чьи легкие полны воздуха. Выполняй!
Я скривила лицо в не самой приятной гримасе, но послушалась.
― Теперь почувствуй хару ― центр тяжести ниже пупка. Отвлекись от мыслей и образов.
― Долго еще задерживать дыхание?
― Кейт! Ты должна быть серьезной. Как может самая жестокая стихия подчиняться такой легкомысленной девчонке? Неудивительно, что адское пламя выходит из-под контроля. Ты даже не умеешь справляться со своими чувствами. Когда-нибудь они точно сведут тебя в могилу.
― Ты будешь только этому рада.
― Не исключено.
Хотелось ответить, что все методы ерунда и ничего не выйдет, как увидела луч солнца. Он прошел сквозь густую крону деревьев и осветил лицо наемницы, заставляя прикрыть глаза рукой.
― Да ты издеваешься! ― бурчания огласили приговор мыслей о Беленусе.
Я была уверена, что бог Солнца решил мягко намекнуть, кого стоит слушать. Давненько он не напоминал о себе. Старушка была права, когда говорила, что я ни разу не просила помощи, как полагается простой смертной, но это никак не мешало богам все время вмешиваться в и без того сложную жизнь. Вот прямо как сейчас.
― Что ты там бурчишь? Выполняй, что говорю.
― Как скажешь.
Я задержала дыхание и напрягла живот. Со стороны это выглядело, будто проглотила тыкву.
― Забудь про лес и дерево. Теперь подумай о самом плохом, что может произойти. Лучше о своей смерти. Прими эту мысль, как само собой разумеющееся. Да, Кейт. И не смотри так на меня. Мысль о победе всегда приведет к поражению. Настоящий воин всегда знает, что может умереть. В этом его сила, а теперь выдохни.
Я послушалась, чувствуя, как обожгло грудь от недостатка воздуха. На этот раз удалось почти коснуться тьмы. Такое было впервые за все попытки обуздать методы контроля над эмоциями. Наемница считала, что проблема в них. Огонь только подстраивается под внутреннее состояние хозяйки.
― Повтори то же самое, ― сказала Шу Ликин, ― только теперь без браслета и на выдохе сожги лишь один листок.
― Я не смогу.
― Чего ты боишься? Сжечь лес? Подумаешь. Грядет война. Эти земли и так обречены. Чего еще? Отвечай!
Наемница распугала своим криком птиц. Солнце спряталось за облаком, заставляя задуматься. Было страшно навредить людям, которые дороги, но наемница не входила в их число. Наши взгляды встретились, и Шу Ликин будто прочитала мысли.
― Именно. Здесь нет никого, кто жалел бы о твоей смерти. Даже если спалишь себя, то не увидишь, как падет Астерия. Разве это не лучший исход в надвигающейся войне?
У меня не нашлось разумных доводов, чтобы не согласиться. Я вдохнула полной грудью и стянула с руки браслет. Пламя заискрилось на кончиках пальцев. Тело наполнилось жаром, будто внутри раздули угли. Я постаралась выкинуть из головы окружающий мир. Все кроме листка, который необходимо было сжечь до тла, но бережно, не навредив при этом дереву. Пришлось представить себя во тьме. Как черная пелена обволакивала тело. Лист выделялся на ее фоне ярким зеленым пятном. Он был единственной целью, и пламя послушалось. Оно щекотнуло пальцы и скользнуло во тьму. Лист вспыхнул. Остался только пепел. Его подхватил ветер и развеял над землей.
― Да! У тебя получилось!
Крик Шу Ликин спугнул невесомую тьму. Я вновь оказалась посреди леса. Глаза открылись. Внутренний зверь рвался вперед, обнажая клыки. Цепь стала неустойчивой. Эмоции расшатывали хрупкий баланс. Злость на наемницу подкатывала к горлу комом. Браслет обжег холодом кожу, и связь оборвалась.
Пламя никогда не хотело мне навредить. Оно желало помочь. Защитить.
― Извини, что спугнула.
Слова Шу Ликин быстро вывели из раздумий. Я подняла голову и улыбнулась, действительно радуясь, что не спалила все вокруг. Наемница оказалась права хоть в чем-то. Ее методы работали, только стоило лучше концентрироваться на покое. Если крик Шу Ликин сбил настрой, то при Чаннинге и вовсе не удастся погрузиться в собственную тьму. Она оставалась опасной, но не тогда, когда пытаешься ограничить сознание и обрести равновесие. Когда знаешь самый худший исход, действительно становится легче управлять эмоциями и контролировать разум.