Образ будущего

– Вот именно, поэтому на твоем месте я бы больше тревожился, что Рей'Кас с тобой сделает, когда узнает, каким образом ты расстался со своими приятелями, – хмыкнул Коготь. – А еще я бы задумался – как мне убраться отсюда живым и здоровым, пока Х'сиши не решила, что ты слишком опасен, чтобы оставлять тебя в живых.

– Я-то уйду, – мрачно пробурчал Ксерн. – Но ты еще меня увидишь, Каррде. Знаешь когда? Сразу перед своей смертью.

Он в последний раз обжег Тэлона полным ненависти взглядом, потом повернулся и потопал прочь.

– Хорошо, – сказал ему в спину Коготь и подал руку Шаде, чтобы помочь ей подняться.

Телохранительница не шелохнулась.

– Так здесь все время были твои люди, – сказала она, и это был не вопрос.

А в голосе и в лице ее было что-то такое, от чего Каррде стало тревожно.

– Ты же говорила, что не будешь обижаться, – осторожно напомнил Тэлон.

– Они в маскировке, – продолжала Шада. Каррде медленно опустил руку.

– Их всех видели местные таможенники, когда обыскивали корабль, – объяснил он. – Я предположил, что кое-кто из инспекторов шпионит в пользу пиратов. Ребят бы узнали.

– А шмотки из кроша?

– Мара привезла, давно еще…

Почему он оправдывается? Ну вот, еще и вспотеть ухитрился…

Шада поднялась на ноги.

– И ты не подумал, – негромко произнесла она, – что нужно было доверить мне эти сведения.

Заговорить удалось не сразу. Тэлон не ожидал той боли, которая прозвучала в голосе маленькой женщины.

– Нет, не в том дело, – сказал он. – Я не…

Но было уже слишком поздно. Шада повернулась к нему спиной и зашагала к дверям, где на страже стоял Грив.

– Ремонт уже закончен? – спросила она у родианца. Тот растерянно оглянулся на Каррде.

– Почти, – настороженно сказал он.

– Хорошо, – Шада толкнула дверь. – Похоже, чисто, – возвестила она. – Пошли на корабль.

Грив вопросительно посмотрел на Когтя.

– Да, – пробормотал тот, тоже направляясь к выходу. Возвращение на «Дикий Каррде» прошло в гробовом молчании.

* * *

Шада содрала с себя комбинезон и как раз искала, во что бы переодеться, когда раздался сигнал вызова.

– Кто там? – крикнула телохранительница.

– Это я, – голос сквозь дверную панель прозвучал глухо и мало разборчиво. – Можно войти?

Шада вздохнула, натянула первую попавшуюся рубаху и перетянула ее ремнем. Для верности, надо полагать. Особого желания видеть посетителя – и конкретно этого – у нее не было. Тем более сейчас. Но она подписалась на путешествие и едва ли сумеет выполнить задание, если станет прятаться от капитана.

Кроме того, боль от случайного предательства по большей части унялась. В достаточной степени, по крайней мере.

От рубахи пахло дорогим мужским одеколоном.

– Заходи, – сказала Шада, выбивая на дистанционке приказ открыть дверь. – Не заперто.

Панель скользнула в сторону; Каррде, пригнувшись, чтобы не расшибить лоб о комингс, шагнул внутрь.

– Только что ушли в прыжок, – сообщил он, беря на заметку степень раздетости собеседницы и переставая глазеть на нее после первого прикидочного взгляда. – Одоннл рассчитал, что до Экзокрона семь дней лета.

– Хорошо, – отрывисто уронила Шада. – К тому времени я буду в форме. Кстати, раз уж зашел разговор о моей форме – если позволишь, я шла в санчасть. Мне нужно в бакту.

– Бакта подождет, – говорил Каррде вежливо, но твердо; он указал на кресло. – Я хотел бы поговорить с тобой.

Мистрил подумала: не отказаться ли? Но она все еще была приписана к нему и этому дурацкому путешествию.

– О чем? – поинтересовалась она, усаживаясь и задавая себе вопрос: неужели у Каррде хватит бесстыдства считать, что ее как дурочку можно накормить какими-нибудь извинениями об инциденте в закусочной.

Но он сумел удивить ее.

– О Шорше Кар'дасе, разумеется, – сказал Коготь, пододвигая еще один стул, чтобы оказаться лицом к лицу с собеседницей, и сел. – Тебе пора услышать хвост истории.

– Да ну? – без любопытства отреагировала Шада.

И удивилась: потребовалось усилие, чтобы сохранить равнодушие. Вообще-то Каррде пообещал все рассказать по дороге на Экзокрон… И сам только что сказал, что лететь им еще неделю. Может быть, это он так пытается исправить последствия своего легкомыслия?

Какая разница? Поздно было уже пять минут назад. Но у нее хотя бы окажется полезная информация.

– Продолжай, – сказала Шада.

Взгляд светло-голубых, почти бесцветных глаз стал далеким, как будто Коготь разглядывал то ли место, то ли время далеко отсюда.

– Этой истории почти пятьдесят лет, – заговорил Каррде. – Все началось во время Войны клонов и хаоса, который она принесла в Галактику. Во время конфликтов любого масштаба контрабандисты – самые желанные гости. Есть все хотят, – он вздохнул. – Тогда возникли многие организации и группы, росли и множились, как грибы после дождя. В основном их сколачивали в спешке…

– Хатты поднялись именно тогда? – уточнила Шада, несмотря ни на что заинтересовавшись историей: она очень мало знала об этом периоде и всегда хотела знать больше.

– Многие – да, но хатты в этом бизнесе с начала времен, – ответил Коготь. – Кар'дас одним из первых ухватился за благоприятную возможность. То ли ему случайно повезло, то ли у него и тогда был талант, но он сумел сколотить лучшую группу. Не из самых крупных, но самую лучшую – точно. Они уже действовали лет десять, когда Шорш встрял в недоразумение между темными джедаями Бфасша и… ну, собственно, всем остальным населением сектора. Как он потом рассказывал, один из темных джедаев занял его личный корабль и заставил экипаж служить себе.

Шаду пробрала дрожь. Вот об этом она кое-что знала. В том конфликте участвовали и мистрил. Истории, которые она потом слышала от тех, кому повезло уцелеть, стали причиной ночных кошмаров.

– Удивлена, как это он вообще сумел вернуться и все рассказать, – вставила она.

– В этом ты не одинока, – Каррде положил ногу на ногу. – Вообще-то с ним было еще четверо, и вот они-то не вернулись. Зато Кар'дас выжил. Спустя два месяца он вдруг появился, вновь обрел контроль над организацией, и жизнь с виду вошла в прежнее русло.