Страница 177 из 224
– Эл, что это за выходка была? Какая я тебе жена?! – возмутилась шёпотом Романова.
Разбойник покосился на неё, но тут же вновь устремил свой непроницаемый взгляд к куда более интересным, аппетитным, непреодолимо манящим к себе, закускам.
– Ну, жена, и что? Вот она благодарность! Я наизнанку выворачиваюсь! Такого наплёл – сам себе поверил! А она! Есть претензии? Ты хотела, чтоб весь вечер вокруг тебя этот гоблин увивался?
– Нет! Упаси Небеса! – признала Анастасия, и её снова передёрнуло от брезгливости. – Но я ведь потанцевать хотела, повеселиться, а теперь? Ты ему сказал, что я не танцую ни с кем, кроме тебя. Что ж мне весь вечер сидеть подле тебя, как собачке на цепи?
– Вот и будешь со мной танцевать! – бодро заявил разбойник. – Давайте-ка к столу пробираться! Наир, ты где опять?
– Так ты всё это нарочно сделал, змий гадский! – раздосадовано прошипела Настя, изо всех сил изображая обиду и больно впиваясь ногтями в любезно предложенную руку атамана.
– А то! – невозмутимо хмыкнул Эл, совершенно не обращая внимания на попытки её ребяческой мести. – Я сам хочу с тобой танцевать! Теперь другим неповадно будет, а то ишь пялятся, улыбаются!..
Настя грустно вздохнула, а потом встрепенулась и спросила с лёгким удивлением, поражённая пришедшей на ум мыслью:
– Эл, а ты что, и танцевать умеешь?
– Разумеется! – тут же заявил Эливерт, слегка обидевшись на то, что Рыжая усомнилась в его способностях, добавил с привычной язвительной ухмылкой: – Я ещё и шёлковой гладью умею вышивать! – И шепнул уже прямо в ухо, коснувшись горячим дыханием, от которого трепетные мурашки пробежали по спине: – И вообще много чего могу…
Не дожидаясь ответа, разбойник тут же подхватил Дэини под локоток:
– Ну, идём! Подкрепимся немного, моя дорогая!
***
Праздничный стол напомнил Насте райский сад Жемчужных Садов: экзотические, яркие и пёстрые, как крылья бабочек, яства красовались на белой скатерти, подобно сказочным цветам, что радужным ковром устилали эту благодатную землю. Такого изобилия Настя не видела никогда в жизни, и, пожалуй, не увидела бы даже в самом лучшем элитном российском ресторане.
– Шикарно! – причмокнул Эливерт. – Идём, вон туда, подальше, на другой край стола! Не хочу, чтобы физиономия милорда Корви портила мне аппетит! Да и мне не стоит ему глаза мозолить!
– А ты, в самом деле, был с ним знаком прежде или приврал, как водится? – поинтересовался на ходу лэгиарн.
– А то! Знаком, и довольно близко…
– То есть?
– Да, общипал я как-то этого индюша, причём, самолично!
– В каком смысле? – недопоняла Романова.
– Грабанул на большой дороге! Ребятки мои тогда чётко сработали! И я отличился – снял прямо с его дворянского перста славненький фамильный перстенёк! Видели бы вы тогда его рожу!
– Эл, ты с ума сошёл! А если он тебе узнает? Может, тут и ещё кто-нибудь есть, кого ты обчистил?
– Да, пара-тройка найдётся… – флегматично заметил атаман, лениво обводя взглядом зал.
– Безумец! Да нас же заметут здесь в два счёта! – ужаснулась Настя.
– Спокойно! Не кипишуй! – невозмутимо заявил Эливерт. – Я знаю, что делаю. Не пацан сопливый! Поверь, даже если кому-то из них, как-то упомянутому выше милорду Корви, придёт на ум, что моё благородное лицо слегка напоминает наглую физиономию бессовестного проходимца с большой дороги, они всё равно не посмеют высказать это предположение вслух. В их пустых головах не может уместиться мысль о том, что среди благородной аристократии, приглашённой на бал, может оказаться вор. Гость Светлой, Безгрешной и Добродетельной Лиэлид не может быть преступником! Это выше их понимания, к моей радости!
И добавил тоном, не терпящим возражений:
– Всё! Живо к столу!