Страница 88 из 308
В день, когда посол вернулся домой без него, Оранжевый заночевал в заброшенной на вид причальной башне. Башен было восемь: тесно сгрудившихся и неимоверно старых. На их нижних ярусах обитало огромное количество рем-бо. Чем они жили здесь – загадка, но они предсказуемо шугались Оранжевого, так что ему быстро надоело ловить на себе подозрительные Взгляды, и он окончательно поселился на верхних ярусах. Там почти не осталось стеклянной облицовки, полы крошились, обнажая тёмные балочные рёбра, и днём и ночью задували неутомимые ветра – тёплые, несмотря на высоту, пахнущие горечью отработанного топлива, машинным маслом и водорослями. Там же гнездилось огромное количество чаек. Птицы поменьше облюбовывали пустоты ажурных от старости фальшстен. Птичий гвалт стоял невообразимый, но к этому Оранжевый быстро привык. Рем-бо не рисковали селиться на такой высоте, поэтому птица была непугана видом двуногих существ, и Оранжевый легко находил себе пищу. Одна беда – он медленно погружался в пучины апатии.
Поиски женщины зашли в тупик, путь домой был отрезан, времяпрепровождение бесцельно. Роса скучал и дичал.
Чтобы взбодриться и напомнить себе, что он всё ещё находится в разумном – хотя и слегка непривычном – обществе, Оранжевый повадился ходить обедать вниз, среди рем-бо. Еду он приносил с собой. Увы, почему-то идея «разумное существо за столом в компании цивилизованных существ цивилизованно ест заранее ощипанного птицеящера» не находила понимания среди местных. Однажды какой-то дряхлый дед долго смотрел жужжащими металлическими глазами на то, как Оранжевый пожирает птицу, а потом строго спросил, знает ли Роса о важности термической обработки пищи. Оранжевый чуть не подавился. Но чаще всего Оранжевого сторонились. Он упорствовал в своём желании есть в компании.
В тот день Оранжевый привычно слез десятком ярусов ниже по балкам и остаткам лестниц, просочился через отогнутый край щита из прессованной древесной стружки и оказался в закутке тесного коридора, ведущего к столовой. Непринуждённо помахивая придушенным голубем, Оранжевый направился по направлению к людскому гулу и дивным запахам варёных плодовых тел различных растений.
Из двери столовой вышли двое – высокий молодой рем-бо и его маленькая женщина. Женщина цеплялась за локоть своего спутника, что-то трещала и жестикулировала свободной рукой. Оранжевый хотел, было, вежливо построниться, пропуская их, и юркнуть в столовую, чтобы никого не задерживать, но застыл, как тугодум. За спиной мужчины болталось на ремне почти такое же дальнобойное оружие, которое Оранжевый видел в дельтийском посольстве.
Оранжевый тупил пару мгновений, которые, судя по нетерпеливым тычкам, показались людям, которым он загораживал путь в столовку, вечностью. Потом Оранжевый резко развернулся, вызвав локальную панику в голодных человеческих рядах, и кинулся за странной парочкой. Он преградил им путь и, торопливо, пока удивление в их взглядах не переросло во враждебность, спрятал убиенного голубя за спину: