Страница 201 из 308
– Можешь не оправдываться, – примирительно поднял ладони Юваш, – я не лезу с осуждением в странные местячковые обычаи степняков. Себе дороже.
Вице-консул чуть не задохнулась от возмущения. То есть, они все – и Юваш, и Керемет, и Кыстынчи – всё это время серьёзно думали, что она с Зауриэлем, что они… Ладно, ей не должно быть дела до того, кто что думает. Баэль энергично потянулась. В позвоночнике хрустнуло, нижние рёбра подленько зашли друг за друга, заставив Баэль сдавленно охнуть.
– Так лучше? – Юваш с усилием провёл ладонью ей по лопатке и ниже.
– Да, спасибо. И плечи, если тебе не трудно: их сводит.
Он подчинился. Сильные ладони – удивительно, по нему и не скажешь.
– Шаманы должны уметь ещё всякие штуки… – не унимался Юваш.
– Я умела влиять, – эхом откликнулась Баэль. Умела. Могла обратить блеск фальшивого золота в тяжёлый алый жар. Гипоталамус податлив. К серотонину несложно плеснуть домафина и вазопрессина. – Ещё ближе к позвоночнику. Ага, спасибо. Видимо, я затекаю в поганом кузнечиковском кресле.
– Слишком напрягаешься. Боишься сделать что-нибудь не то?
Если бы он знал, насколько. Дар отзывался, дар больше не хотел убивать.
Юваш хмыкнул:
– Забавно: ты довольно милая, но особо мне не нравилась, а сейчас… особая ночная магия, что ли? Ты тоже это ощущаешь?
– Отсядь подальше, и не буду ощущать.
Он рассмеялся. Похож на Зауриэля: цветом волос и наглостью, настолько органичной, что она кажется почти кроткой.
– И что такое это твоё влияние?
Баэль положила руку ему на бедро, запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза – почти такие же прозрачно-серые, как у Зауриэля. Жар углей глубины становился тёмно-красным, потому что она так захотела.