Имплицитный фактор

«Если вам так горит, сами бы лезли в грозу и жмякали «резет», – проворчал TNS-62.X.1559. Он представлял, как выскажет это в лицо всем недовольным качеством ноосферного покрытия, которые критиковали из сухости и тепла своих внешних оболочек. Но сеть действительно сбоила, выводы визуального канала связи не подгружались, и высказыванием в лицо придётся повременить до тех пор, пока ноосфера не перезагрузится.

Серебряный антиграв затормозил у башни ноосферного эмиссера, плавно опустился на траву. Эта была одна из «промежуточных» установок, связывавших северный и южный треугольники щита. Тенс выбрал её потому, что она была ближе всего к зданию, которое сервера и техники выбрали для ночлега. Эмиссеры представляли собой связанную систему – с любого из них можно было инициировать проверку и перезагрузку щита. На деле всё редко было так гладко, но Тенс надеялся, что в этот раз ему повезёт. «Храни Небесная Мать от локальных неполадок и косых обновлений», – вознёс техник ноосферного покрытия короткую молитву и выбрался из машины.

С неба лилась вода с темнотой пополам. Техник, ёжась от капель, попавших за шиворот комбинезона, путаясь в мокрой траве, поспешил к эмиссеру. Разветвлённое небесное дерево зажглось на фоне чёрно-фиолетового неба, – «храни от ступенчатых лидеров», – громыхнуло: не добродушным раскатистым ворочаньем туч-валунов, а хлёстким близким выстрелом, – «и от болезненной громкости рефракции звуковых волн». Тенс порадовался, что излучатель куда выше его самого и его внешней оболочки, и значит, в качестве громоотвода – куда привлекательней.

Тенс вызвал меню. Через синий инфолист лил дождь. «Храни от ложных срабатываний и от преждевременной выработки ресурса». Этот излучатель исправен, система пашет, но общий сигнал слабоват. Виноваты электрические заряды в воздухе? «Храни от коротких замыканий и от бракованных партий». Техник развернул подробную карту щита Аззах-Кермил. Не охранила всё-таки, капризная метафизическая стерва. Вон, три погасших маркера. Новые совсем, а уже сдохли.

Тенс сердито встряхнулся. Снова громыхнуло, мягкая поступь грозы прошла по земле, надвинулась. На Тенса перестало капать. Он, не оборачиваясь, махнул рукой жестом благодарности. Хорошо всё-таки, что совершающий обход малыш поработает пока громоотводом вместо излучателя. Техник попытался перезапустить дохлые эмиссеры удалённо. Они не реагировали. Значит, придётся вручную. Мотайся теперь по всему городу. Тенс свернул инфолист, оставшись в кромешной темноте. Нет, это Эзра – малыши включили бы фонари, им боязно без света.

– Спасибо, друг! – прокричал техник, бегом направляясь к своей оболочке.

Оказавшись в салоне, Тенс взъерошил мокрые волосы и запустил руки в сплетение бледных нитей симбионта. Ноосфера ожила несколько ударов сердца спустя.

Техник оказался прав: это был не GER.

Шагоход распрямился со свистом гидравлики, развернулся и прижал антиграв Тенса к земле.

Грохнуло. В ужасе кося на промятую крышу, Тенс инстинктивно приказал системе подать мощности на локусы.

Напрасно серебряный коробок выжигал несчастную траву нездешним острым светом, силясь оторваться от земли и сбросить с себя манипулятор шагохода, а Тенс ежесекундно обновлял инфолист, чтобы тот, наконец, выдал правильный идентификатор. Это не может быть чьей-то дурацкой шуткой – это слишком грубо даже для самой дурацкой шутки.

Сквозь натужные скрипы страдающего тонкого металла Тенс чуть не пропустил звуковое оповещение о текстовом сообщении. Оно было лаконичным. «Вылезай. Не беги. Бесполезно». В подтверждение серьёзных намерений неизвестный идентификационный номер опустил широкий силовой меч на установку эмиссера.

Ноосфера рухнула с короткой вспышкой из-под развороченной панели излучателя.

Поколебавшись, техник отомкнул мостовое соединение. Антиграв опустился на землю. Опоры Стража были совсем близко, а выше техник смотреть боялся. Почувствовав дрожь от шага и движение воздуха, Тенс скорчился в комок, но замах меча предназначался не ему.