Страница 89 из 95
- Не хочу. Я же редко курю, даже не каждый день.
- Тогда и я не пойду. Я пока здесь буду, от шума башка болит.
- Хочешь, побуду пока с тобой. Чтобы ты сам себя не ел тем, что не уберег Мелиссу.
Как она догадалась?
- А кого мне еще есть? Кто в этом еще виноват?
- Но ты же не намеренно это сделал.
- Не намеренно, но допустил же это!
- Слушай, - Дана подвинулась ближе к нему. – Перестань заниматься самоедством. Ты не виноват. Очень многие люди вообще этим не владеют, и нет ничего удивительного, что тебе негде и не у кого было научиться. Нос не вешай и руки не опускай. На несколько дней попробуй отвлечься, потом снова попытайся войти в осознанный сон. Должно получиться. Тайм-аут возьми, если можно так сказать.
- Ты точно не владеешь сама этой техникой? Слишком быстро ты во всем разобралась. И советы даешь вроде бы как вполне дельные, не знаю только, получится ли это у меня.
- Не владею. Я вообще первый раз от тебя о них услышала. Нет, ну слышала где-то, что кто-то там «из тела выходит» и все такое, но думала, что это то ли сектанты, то ли просто спятившие. Но ты на спятившего не похож, значит, оно действительно существует и работает. Самой, что ли, попробовать?
- Попробуй, почему нет.
- Киса, пошли курить! – крикнул из прихожей Ахмелюк. – Хватит там таблетки хомячить!
- Я им сказала, что пошла нарезать еще сыра. Весь сыр сожрали, - шепнула Дана. – Ты иди курить, а я пока нарежу.
С востока небо начало заволакивать тучами – видимо, к вечеру собирался дождь. Ахмелюк закурил и протянул Максу зажигалку.
- Дело дрянь? – спросил он. – Совсем, гляжу, дело дрянь?
- Совсем дрянь, - безучастно согласился Макс.
- Давай рассказывай про эту дрянь, будем думать, какой дубиной ее колошматить.
Макс пересказал ему все еще более кратко, чем Иветте и Дане, напоследок не забыв предупредить, чтобы Егор не слишком об этом распространялся.
- Да-а, - покачал головой Ахмелюк. – Что-то ты, чувак, совсем уже…
- Спятил? – спросил Макс.
- Нет, не спятил. Спятили Сыч с Андрюхой. Первый бухает как дьявол и по пьяни фортеля выкидывает, второй хочет жлобом накачанным стать. А ты… ты не спятил, ты, как бы это сказать, слишком много значения этому придаешь, как я думаю.
- Давай только не начинай втирать мне про бегство от реальности и прочую ахинею, как Юлька, а?
- А Юлька тебе втирала?
- Втирала, что я просто боюсь реальных женщин и выдумываю умопомрачительные сказы, чтобы этих женщин от себя отпугнуть. Иветта говорит, она и сейчас мою историю выдумкой считает.
- Да она просто обиделась на тебя, вот и все. Ладно, это ваше с Юлькой дело, сами разберетесь. Пошли в дом, а то дождь, похоже, скоро начнется.
Дана оставила им на кухонном столе недопитую водку Макса с запиской «Если вам нужно вдвоем о чем-то поговорить, сидите здесь, я найду, что гостям сказать». Макс откупорил бутылку, налил стопку, залпом выпил и, откашлявшись, сказал:
- Ну так что, дело дрянь или ты, как Юлька, все же считаешь, что проблема моя – фигня и париться ей не стоит?
- Тебе придется научиться жить с этим.
- Спасибо, капитан очевидность.
- Не, - Ахмелюк поднял палец вверх. – Ты не дослушал. Начнем с того, что рано или поздно бы это все равно произошло. Такие сущности, как твоя Мелисса, долго не живут, и с этим ничего не поделаешь. Сколько она с тобой была?
- Ну… почти четыре года, получается.
- Это не то что долго, это очень даже долго. Смотри дальше. В конце концов либо ты спятил бы, либо она разуплотнилась и исчезла. Произошло, как видим, второе. Идем дальше. Ты принимаешь эту идею, но, чтобы себя не накручивать, каким-либо макаром отвлекаешься. На работу, на музыку, на книги, кино, что угодно, только не на бухло: так спиться недолго. Со временем тебе начнет казаться, что все это было прошедшей шизой, и есть себя за то, что ты это допустил, ты сам по себе перестанешь. Ну а дальше – дальше уже сам решишь, что тебе ближе.
- В смысле?
- В смысле, продолжать сычевать или найти себе женщину. Раз Мелисса была тебе нужна, значит, тебе и в реале, быть может, кто-то пригодится. – Ахмелюк понизил голос. – Да хоть та же Дана.
- Еще чего! – буркнул Макс.
- Шучу. Надо было тебя как-то взбаламутить, а то сидишь, как ошпареная рыба, глазами хлопаешь и весь мой писк мимо ушей пропускаешь.
- Писк?
- Ну, ты же у нас любитель относить чуваков вроде нас с тобой к категории сычей. А сычи пищат.
- Всегда думал, что они ухают или орут противно, как совы у подруги Каваева, но ладно.