Страница 87 из 95
- Ну а чего же тогда беспокоиться? У нее своих забот мало?
- Ты подожди со своими ядовитыми шипами, Сотовкин, знаешь, все в тебе хорошо и интересно, кроме одного: ты постоянно пытаешься атаковать всех, кто осмеливается подойти поближе. Меня к себе не подпустил в свое время. Юльку – сначала подпустил, потом оттолкнул. Хотя бы с Даной так не надо, а? Она хочет тебе помочь.
- Если бы я еще знал, как именно она собирается это делать, об этом можно было бы говорить. Особенно если учесть, как они общались с Сычом: мне такого не надо.
- Но ты и не Сыч. Да, не спорю, со стороны они не слишком привлекательно смотрелись, цапались все время, как кошка с собакой, но ты и ее пойми – Сыч сложный мужик и в некотором роде это он ее довел.
- Что-то такое она мне уже говорила… До чего это он ее довел, хотел бы я знать!
- До того состояния, что она уже заранее начала шипеть на каждый его чих, потому что знала, что добром это не кончится. Твой Сыч все еще не вырос из коротких штанишек, а играть пытается по-взрослому. Ну, с нее я тоже вины не снимаю. – Иветта встала и подошла к окну. – И с себя. Мне Ахмелюк когда-то все очень популярно объяснил, в чем я ошибалась и почему мне из-за этого пришлось от него уйти. Так же и Дана. Ей человек спокойный нужен, рассудительный, глупостями не занимающийся. Тогда и она будет такой, какая она на самом деле, а она на самом деле совершенно не вредная.
- Ну и к чему ты мне это рассказываешь? Вам, конечно, спасибо: мне просто не с кем было поделиться этой проблемой. Но не надо меня за уши в рай тащить. Сам вляпался, сам и буду разбираться.
- Мы тебя не тащим. Это чисто психологическая поддержка. Нам просто видно, что с тобой станет, если бросить на произвол судьбы.
- Как-то странно, что затариться вы решили за час до праздника… - произнес Макс, оглядывая пустой стол.
- Продукты только у меня, и то пошли сегодня только потому, что в одном супермаркете сегодня большие скидки. Так-то все уже у нас готово, только на стол накрыть. А Дана несла наши новые платья. Вечная женская проблема.
- Курить-то пустишь меня? – спросил Макс.
- Иди. Только не уходи, прошу.
- Да не уйду.
Он вышел на улицу, сел на покрытую облупившейся желтой краской скамейку, закурил. В голове было пусто – испарилась даже приставшая песня, и все время, пока он курил, - безучастно разглядывал шнурки на кроссовках.
Дело пахнет керосином, и в другой ситуации он бы счел необходимым спасаться бегством. С другой стороны – а что бы он делал, если бы не рассказал им о своей беде? Пережевывать это в одиночку было невозможно. Напрягает, конечно, что «Дана очень беспокоится», но все же ситуация сейчас иная, может, оно и к лучшему.
Докурив, он не пошел в дом, а еще какое-то время сидел и смотрел в землю, на пробивающиеся из стыков тротуарной плитки молодые травинки, пока не раздался звук открывающейся двери.
- Ты не ушел, - с видимым облегчением произнесла выглянувшая наружу Дана, - мы уже думали, ты удрал!
- Нет, зачем, - отозвался Макс.
- Иди в дом, сейчас гости подтянутся, садись за стол, - позвала она его.
- Угу, - буркнул он и побрел назад, в комнату.
Там все уже было готово – бутылки вина и коньяка на столе, тарелки с салатами и нарезкой, большое блюдо с жареной картошкой с мясом в центре стола… Нижняя челюсть неприятно заныла, а в желудке что-то задергалось: вчера он только обедал, сегодня и вовсе съел на завтрак кусок хлеба с тушенкой и отправился шляться по улицам, пытаясь забыться. Макс пересчитал приборы на столе. Стол накрыт на шесть персон. Что-то слишком уж много тут народу.
- А кто еще придет? – безучастно спросил Макс.
- Ммм… Подруги Даны с работы, я их не знаю сама. Еще она звала Ахмелюка и… вроде бы все. Сыча не будет, она сказала, ей здесь драки не нужны, - сказала Иветта, расставляя на столе тарелки с нарезаным сыром и колбасой. – А что? Ты кого-то хотел здесь еще видеть?
- Нет, просто спрашиваю, кто придет.
- И да… ты бы это, шел, что ли, еще покурил, пока мы переодеваемся…
- Ага.
В пачке было пусто, а до ближайшего магазина, по подсчетам Макса, было минут пять ходу. Отличный повод улизнуть, но было бы некрасиво так поступать с ними – они его все-таки приняли и выслушали. Похлопав себя по карманам, Макс обнаружил в другом кармане еще одну пачку – на этот раз с тремя сигаретами. Пока он пытался расшевелить полумертвую зажигалку, яростно чиркая колесом, кто-то подошедший сзади сунул ему другую.
- О. А ты что здесь делаешь? –удивленным тоном спросил Ахмелюк, тоже доставая сигареты. – И чего у тебя такая постная рожа?
- Меня тоже пригласили, - глухо отозвался Макс, раскуривая сигарету. – У тебя курева много? А то у меня кончилось.
Года два назад у Ахмелюка сформировалась привычка таскать с собой небольшую мужскую сумку, в которой валялась всякая всячина и среди нее непременно две-три пачки сигарет: стрелять он терпеть не мог.