Страница 53 из 118
- Ты о чём, сука? – первый вновь оказавшись рядом, хватает за горло и рывком поднимает на ноги, впечатывая в стену. - Мне нравится моя привычка!
Катя отчаянно дёргается – воздуха не хватает, - но ламия игнорирует. Второй подскакивает и несильно ударяет его по руке:
- Я сказал, хватит! – «Укаченный» недолго думает. Разжал пальцы - Катя ухает на пол. Тело гудит от боли. Жадно хватая воздух, морщится. Чуть поворачивается, плюёт на пол сладость и неуклюже садится, подперев стену. Первый ламия нервно прохаживается по склепу и, не скрываясь, шумно принюхивается:
- Как же всё-таки воняет зверем… Подстилка оборотня! – одаривает злобным взглядом.
- Дай телефон! – рычит более разумный напарнику.
Первый выуживает из кармана мобильник и кидает второму – тот ловит и торопливо скрывается в другом помещении, бросив через плечо:
- Держи себя в руках, - предостерегает напарника. Кивает на Катю: - Она нужна живой.
В наступившей тишине только собственное хриплое дыхание нарушает покой. Пора. Давно уяснила, кровопийца уязвим в момент кормёжки - как змея, проглотившая добычу.
- Что ж, - находит Катя силы, вскидывает подбородок, - тогда мы убьём вас…
Первый ламия вмиг оказывается рядом - хватает за шиворот, резко притягивает к себе. Удлинившиеся клыки вонзаются в шею… Острая боль, как разряд тока, простреливает по телу. Яд ламии смешивается с кровью, желание сопротивляться не остаётся. Выходцева бессильно отдаётся в ледяные объятия.
Последнее, что слышится - звон разбитого стекла.
***
Варгр пробивает стекло единственного узкого окна склепа и приземляется, чуть не упав с каменной возвышенности. Бока саднят, плоть горит – шкуру словно заживо сняли. Глаза улавливают очертание зеленоватого сгустка – кровосос, держит блёклое едва пульсирующее тело… Катя! Сердце едва не выпрыгивает из груди, лапы наливаются «свинцом». Бъёрн прыгает на ламию и, заваливая, с щелчком клыков вгрызается в него. Рядом падает обездвиженная девчонка. Жуткий крик поверженного противника оглушает. Варгр хватку не ослабляет - сжимает до хруста. Немного отпускает и клацает поудобнее – за горло. Пасть вновь наполняется горячей сладковатой жидкостью.
Миг – и шею сдавливает, будто смертельным хомутом, позвоночник прогибается под тяжестью наездника. В ушах гулко ухает кровь, дыхание перехватывает от острой боли в рёбрах. Бъёрн отчаянно скачет в сторону и, изворачиваясь, врезается боком в ближайшую стену. Слышится характерный треск ломаемых костей и приглушенный всхлип противника. Хват ламии слабеет и Варгр ещё раз впечатывается о каменный выступ, только теперь сильнее. Яростно подрыгивает точно бык на радео-драйв, порывая сбросить наездника. Кровососа хоть и мотает туда-сюда, но за шерсть держится цепко. Бъёрн, цепляясь за надежду, заваливается на спину. Резко кувыркается по-щенячьи, радуясь хрустящим звукам ламии и крику, наполненному болью. Пока противник очухивается, Варгр торопливо вскакивает и клацает корчившегося на полу кровососа – теперь его истошный ор сменяется утихающими хрипами. Ламия дёргается из последних сил, машет руками, как и куда попадёт…
Варгр, погружённый в азарт победы, забывает об осторожности и в тот же миг по груди проскакивает резь. От боли перед глазами проскакивают кровавые кляксы. Теряя силы, Бъёрн щёлкает клыками, что есть мочи - выдрав кусок плоти, отпускает бездвижное тело ламии. Дыхание вырывается с клокотом, лапы подкашиваются и Варгр заваливается… Рядом вспыхивает пламя - погаснув, оставляет едкий запах палёной тухлости.
Чуть отдышавшись, Варгр садится уже человеком и дотрагивается до груди. Там нестерпимо пульсирует - пальцы погружаются в тёплую плоть. Глянуть не решается. Нет-нет, да и спасительная темнота сменяется всполохами ослепительных искр – не желает отступать, как и тошнотворное головокружение. Бъёрн, силясь, поворачивается. Подползает к расплывчатому силуэту на полу… Катя! Очертания любимой пугают. Голова повёрнута набок, волосы растрепаны, неестественно светлое лицо, скулы заострены... Прислушался - девчонка дышит, но до сих пор не приходит в себя. Зачем дразнила ламию? Разумного ответа не приходит. Притянув, умещает любимую на коленях и обнимает крепче – глаза жжёт как никогда.
Проверить что с детьми?
Рука сама по себе нервно отдёргивается от живота – не-е-ет… Лучше не знать! Вместо этого убирает прядь, прилипшую к осунувшейся щеке Кати, целует поочерёдно глаза…
Мрак… пустота…
Нехотя вырвавшись из которого по счёту обморока, перегрызает верёвки стягивающие запястья и щиколотки Кати. Оглядывается – одеться не во что, значит, придётся идти так.
Плевать, вот только куда? Кто спасёт? Мареши? Где они – неизвестно… Искать больницу? Чем там помогут? Телефонов нет, да и номеров на память не вспомнить.
Жилы натягиваются – Варгр рывком поднимает любимую и, прижимая к раскромсанной груди, которая как назло почему-то не регенерирует, пошатываясь, направляется к выходу. Лестница даётся с трудом - каждый шаг с надрывом, словно устанавливается мировой рекорд. Никогда прежде ноша не казалась такой тяжёлой, а главное, бесценной.