Страница 16 из 120
Третий протянул клинок, вытянутый из предплечья левой руки. Сталь показалась неимоверно тяжелой.
– Не задерживайся.
Я вернулся к Лин.
– Ничего же не видно.
– Подождем.
Информатор принес хворост и сбросил его рядом с телом хищника.
– Разведи огонь.
Третий начал ломать ветки и складывать их в кучу. Гигант потер ладошки одна об другую и поднес к подготовленному костру, вспыхнувшему спустя несколько секунд, осветившему высокие деревья, тело монстра, Третьего и Лин.
Я перевернул тушу на спину. Нож вонзился в горло, лезвие вспороло брюхо, наружу выпали дурно пахнущие внутренности. Потом отрезанная голова откатилась в сторону, с хрустом сломался позвоночник, стянулась тонкая кожа. Острый нож срезал мертвую плоть. Куски мяса я откладывал на подстеленную кожу, чтоб не выпачкались. Поедать мертвечину не хотелось жуть как, омерзительное занятие, но иного выхода не оставалось.
Лин с отвращением смотрела на разделанную тушу, но не выдержала и отвернулась. Картина не приятная.
– Знаешь, несколько тысячелетий, человек думал, что такая пища единственно верная. Откуда впервые появилась идея поедать мертвую плоть, никто не знал. В прошлом люди совершали глупые поступки, не понимая простых истин. Знали то, о чем говорили, а о чем умалчивали, не знали.
На длинный нож я наколол несколько кусков мяса и, поднеся к огню, принялся обжаривать его до готовности.
– Покажи, – попросил я Третьего.
В свет огня ворвалась ручища информатора. Сквозь разорванные на предплечье ткани виднелся прозрачный зеленоватый скелет.
– Скорость заживления?
– Девяносто семь процентов.
Я перевернул мясо.
– Третий, я не отравлюсь?
– Яд концентрируется в зубах, плоть не ядовита.
Планета непривычно тихая. Костер запускает длинные тени между деревьев, полосы изгибаются и рисуют причудливые узоры. Третий сидел на коленях и смотрел на языки пламени.
– Новых данных нет?
– Корабль преследователя войдет в зону пеленга через три часа. Сигнал с «Восточного ветра» не меняется, биометрические данные пассажиров и экипажа по-прежнему не известны.
– Изменений нет.
– Спать хочу, – сообщила Лин.
Нурианка легла рядом и опустила голову мне на ноги. Девушка смотрела на огонь. Неведомая сила пламени притягивала взоры. Я, прислонившись спиной к высокому дереву, гладил Лин по белоснежным волосам, а взгляд тем временем блуждал по ее миниатюрному телу.
– Третий, поставь по периметру защиту и можешь отдыхать. Да... и отнеси подальше, – указал я на останки хищника. – Получится, уничтожь.
– Сделаем.
Я снял с огня изменившее цвет горячее мясо и сорвал с ножа кусок. Признаться, подобную гадость приходилось употреблять один раз в жизни. Третий поднялся и ушел в темноту. Обход территории и расстановка сигнальных маячков заняли минут десять. Гигант сел перед огнем, опустил голову вниз и уснул.
– Спит? – спросила Лин.
– Нет, Третий никогда не спит, Третий дремлет... А ты, спать собираешься?
– Не уходи, – попросила девушка.
– Даже при большом желании не смогу. Спи и не переживай, никуда я не денусь.
Третий и Лин спали. Появилось время поразмыслить над планом действий. Нурианка и кадет академии преступники галактического уровня. Любой охотник за головами с радостью подстрелит беглецов и сорвет при этом огромный куш. Сколько? Ясно, что не мало, но все же интересно, какую цену назвал император за поимку убийцы своего сына?
Ринария находилась далеко от торговых путей Феникса. Странно конечно, каким ветром на Ринарию занесло «Восточный ветер»?
Я снова и снова накалывал сырые куски на нож и подбрасывал сухие ветки в умирающий огонь.
– Третий, – тихо позвал я.
– Что? – глаза информатор не открыл.
– Нет, ничего, – Третий внешне человек, а внутри бездушная железка, без чувств и жалости, запрограммированная преданно служить своему командиру.
Я съел ужин, откинулся назад и закрыл глаза.
– Сколько длится ночь?
– Десять часов.
– Готовность через два.
Голова не кружилась, но слабость еще отстаивала позиции. Лин спала. Ночь, тишина, голова гудит и хочется спать. Никто не должен узнать о нашем присутствии на планете, в первую очередь никто из местного населения.