Страница 117 из 120
Не успел я протянуть руку, чтобы вызвать лифт, как створки сами раскрылись, словно приглашая нас войти. Кажется, никто этого не заметил, и потому мы продолжили спуск.
– Я боюсь... – на Лин накатила волна страха. Откуда появилось это чувство, девушка и сама не знала, никакой опасности не было, но ее начало мелко трясти. Что-то подобное проявилось и у Толена, а так как только они в группе были нурианцами, неизвестно откуда появившийся страх мучил только их.
– Успокойся, нечего боятся мы рядом, – попытался ее успокоить я.
Лин села на решетчатое дно лифта, Толен борясь с накатившим наваждением, уткнулся лбом в холодную стенку и, пытаясь собраться с мыслями, закрыл глаза. Спустя десять минут лифт остановился. Рёкку помогла Лин подняться, Толен же от предложенной Третьим помощи отказался.
Мы оказались в просторной комнате. Что здесь когда-то было сложно даже представить, ведь среди нагромождений старой неработающей техники, повсюду валялись истлевшие кости, имперская форма и оружие. Осторожно ступая между костей, я подошел к мерцающей голограмме с отмеченным участком уходящей глубоко вниз шахты.
– Мне кажется, или они здесь были заперты и убиты? – спросил Третий рассматривая опаленные выстрелами двери лифта. Я и сам не мог с уверенностью ответить, что здесь произошло и когда. К загадкам третьего спуска добавилась еще одна, в виде десятка мертвых имперских солдат.
– Выход был заблокирован, но пару часов назад кто-то снял блокировку... – сказал я, глядя на голограмму.
– Нас ждут, и этот кто-то, настроен решительно! – сказала Рёкку, усаживая Лин в кресло. Осмотревшись, я увидел переход к третьему лифту в дальней части комнаты.
– Я в норме, – сказала Лин пытаясь встать.
– Еще не поздно вернуться, – предложил Толен.
Третий подошел и, сделав вид, что его интересует голограмма, прошептал:
– Ты должен понимать, что возврата уже нет, только там все закончиться, только там ты найдешь ответы, не стоит рисковать всей галактикой ради себя.
Мне показалось? Или действительно голос Третьего изменился? Но что в нем могло стать другим? В какой-то момент показалось, будто рядом совсем не Третий, а совершенно иная сущность, далекая от всей мирской суеты, сильная и бесстрашная. Я посмотрел на него и натолкнулся на пристальный выжидающий взгляд.
– Если кто-то хочет уйти, я не стану возражать, – сказал я, повинуясь нашептыванию внутреннего голоса, до сих пор почему-то упорно молчавшего.
– Слишком много нестыковок. Вот и все... – скривился Толен.
– Мы далеко зашли, нельзя поворачивать назад, – стоял на своем я.
– Кальмер! Что это у тебя? – Лин смотрела на мое лицо. Что там с ним не так я даже не предполагал, а потому глянув на свое грязное отражение в стеклянном столе, машинально поднес руку к лицу и, прикоснувшись пальцами к верхней губе, посмотрел на нее. Из носа текла кровь!
– Нужно идти, – сказал я, утерев кровь ладошкой. Подойдя к третьему лифту, я замер в нерешительности. Разум подсказывал, что дальше нельзя, остановись! Но в ту же минуту другой голос толкал двигаться дальше. Мысли путались, и я как безвольное насекомое протянул руку, чтобы вызвать лифт. К большому удивлению, и не только моему, лифт стоял на месте. Словно приглашая нас войти двери его раскрылись, выставляя напоказ темное нутро.
Для подтверждения своей уверенности, я шагнул вперед. Всего один шаг, но усилия, приложенные к нему, были огромными. Всего один шаг и внутри что-то сломалось. Будто чья-то воля поглотила меня, заставляя выполнять все требования, как свои.
– Кальмер, ну что с тобой происходит? – спросила Лин чуть не плача.
Обернувшись я натолкнулся на взгляды, непонимающие и осуждающие, но понять почему Рёкку, Лин, Толен и Третий так смотрят, в эти секунды мне было не дано.
– Вы со мной? – неуверенно спросил я.
Лин пошатываясь, подошла ко мне и, повиснув на шее прошептала:
– Я с тобой до конца.
Лифт медленно опускал нас в самое сердце планеты. Ситуация сложилась предельно странная, с одной стороны все шло гладко, но с другой, как раз это и настораживало. Ко всему прочему чувство, будто в голове сидит еще чей-то разум и порой полностью контролирует тело, вытесняя свой собственный, не покидало ни на секунду.
Двери лифта, когда спуск закончился, не спешили открываться. В полутьме я посмотрел на Третьего, что же в нем не так? Информатор пристально всматривался в пустоту, как вдруг двери странным образом раскрылись. Это было как-то связано или мне показалось?
Голубоватый свет, льющийся откуда-то снизу, заливал все кругом. Перед нами открылась необъятная пустота, в центре которой переливалось ядро планеты. Длинная навесная, местами истлевшая лестница уходила круто вниз, где удалось рассмотреть лишь часть какой-то немыслимой техногенной постройки.