Страница 3 из 85
Юноша отбросил меч. На мизинце левой руки серебристым сверкнул перстень. Тот самый, с черным агатом и рубинами, когда-то принадлежавшей женщине, любившей короля.
- Ты, знаешь ли, постарел, отец.
Юноша сбросил бесформенный балахон и мягкой поступью прошелся по залу.
Только сейчас старый король заметил, что советники застыли, словно были не живыми людьми, а статуями, сделанными из мрамора.
- Я тебе не отец!
Самообладание вернулось к королю. Гордо вздернув голову, он устремил на юношу горящий гневом взгляд, поднимая меч.
- А я тебе не сын. Всего лишь маленький паршивец, которого ты приказал прибить, как собаку и закопать где-нибудь в лесу.
Юноша остановился напротив короля, пристально глядя тому в лицо.
Сколько раз он представлял себе эту встречу. И когда она произошла, он не чувствовал ничего, кроме разочарования.
Вероятно, слишком долго ждал. А теперь пришел, чтобы увидеть полностью седого человека, хватающегося за бесполезный меч, как за спасительную соломинку.
- Чего ты хочешь, бастард?
Чувствуя, как вес меча в его руках увеличивается, старый король все же держал его поднятым, не обращая внимания на дрожь в руках.
- Явно не того, чего хотел десять лет назад. – неспешно произнес юноша и, прежде, чем мужчина успел что-либо ответить, выбросил руку вперед, прищурившись, наблюдая за тем, как удивленно расширяются зрачки старика. Как он, словно рыба, выброшенная на берег, начинает хватать ртом воздух, как сквозь маску высокомерия проступают страх, обреченность и боль.
Плотно сжав губы, юноша резко повернул ладонь.
Раздался хруст ломающихся костей, и старый монарх осел на пол. Его голова бессильно свесилась на бок.
Зажмурившись, юноша опустил руку, до крови закусив нижнюю губу и глубоко вдохнул.
- Надо же… - открыв глаза, произнес он, расправив плечи, ощущая, как чувство удовлетворенности растекается по венам живительным нектаром.
Передернув плечами, он обернулся к советникам. Щелкнул пальцами и все, как один, повалились на пол, не устояв на ногах, после вынужденного бездействия, вызванного простеньким заклинанием.
- Король умер! - четко и громко произнес он, отступив от тела мертвого монарха, обведя присутствующих торжествующим взглядом.
Несколько мгновений все молчали, в воздухе, казалось, витали электрические заряды. А потом, кто-то первый опустился на колени, за ним, постепенно, опустились остальные.
- Да здравствует король.
Нестройно, едва слышно, произнес один. Вторили ему уже более уверенно. А потом стройно, громко, слаженно:
- Да здравствует король!
Усмехнувшись, юноша довольно кивнул.