Сталь

Я взглянул на него. Лицо сильно побледнело, губы посинели. Но он держался – сильный. Стал сильным, благодаря ей.

- Кто она такая?

Парень грустно улыбнулся, моментально понимая, о ком речь.

- Человек, спасший меня тогда и подаривший дом и семью. Спасший всех нас. Она ходила по разным частям города, по подвалам, подворотням и свалкам, собирая нас по кускам, силой поднимая с самого дна. Как и тебя. И ты не последний, поверь мне. Она та, кто сформировал нашу семью. Наша Госпожа.

Я скептически приподнял бровь. Поверить в подобное можно только с большой натяжкой. Слишком уж она мелкая.

- Сколько же лет этой твое Госпоже?

- Девятнадцать вроде, двадцать; может и больше, кто знает. В твоем понимании, видимо, она всего лишь малышка.

Я подавился воздухом. Просто ребенок!

- Не смотри на ее возраст – может, много позже ты поймешь нас. Первых членов она «приручила» лет шесть назад. Тогда-то и появилась наша семья, прозванная из-за вида и состояния смертниками. Она никогда не останавливалась и всегда шла вперед. Чему и нас учила. Без нее у гробовщиков прибавилось бы работы, поверь. Ведь все мы могли сдохнуть.

Парнишка нервно рассмеялся. Но я чувствовал, что он постепенно расслабляется. Становится лучше.

- Как она стала зверем?

Фран неопределенно пожал плечами. Предложил мне стакан воды, я не стал отказываться. Краем глаза заметил, что где-то наверху промелькнула быстрая тень. Я не придал этому значения – дом зверей сам по себе покрыт тонкой пеленой тайны, мало ли, что за тени здесь могут мерещиться. Если Фран не всполошился, значит, все в порядке.

- Без понятия. Об этом никто никогда не спрашивал – иначе рискуешь больше не проснуться. Ее просто не хотят злить; так что всех устраивает незнание. Если хочешь знать, по моим представлениям в эту тайну посвящен только один человек, рьяно охраняющий ее.

Я вопросительно поднял бровь. Тайны я люблю. Нет, скорее сплетни.

- И кто же…

Верхние ступени судорожно заскрипели, заставляя нас вздрогнуть от неожиданности. Наша беседа, кажущаяся мне теперь такой теплой, была наглым образом прервана.

Легкие шаги спешно пролетели последние ступени, утренний гость застыл в дверном проеме. У подножия показалась болезненно худая фигура, завернутая в толстый халат. С коротких серых волос стекала вода; руки, тщательно упрятанные в рукава, напряженно застыли по бокам. Это была та самая девчонка, что внесла вчера за собой ванильный шлейф. Сегодня же к нему примешался уже знакомый, еле заметный запах вишни.

Фран тут же поднялся на ноги. Девчонка перевела взгляд с него на меня. От вчерашней лживой улыбки не осталось и следа.

- Ну и что это такое?

Меня передернуло. Видимо, про нее эта девчонка-спасительница говорила, что настроение отвратное.