Страница 92 из 202
Злость подняла Берни с колена и заставила шагнуть к Лоутеану вплотную. Тот отпрянул, в испуге выставив перед собой руку. Неужели граф Оссори дал ему повод сомневаться?...
— Казни меня, но пусть и он ответит. Это правда, я ослушался приказа, принял бой и отказывался трубить подмогу. Но подполковник Аддерли отправил оруженосца с приказом, а эта краснолапая сволочь посиживала в лагере, зная, что мы гибнем! — Берни с силой ударил по колонне под балдахином.
— По-твоему, из-за твоей самонадеянности генерал должен был обречь на гибель ещё больше солдат? — Лотти натянул на плечи одеяло и встал с перины. Взлохмаченные волосы, трехдневная щетина. Король снова мучился душой.
— Дьявольщина, Лотти, это была не разведка — насмешка! В случае нападения нас бы перебили прежде, чем мы смогли отступить, в ущелье не спрячешься! — В голове загудело, уши сдавило от криков и скрежета стали. Лавеснор проследовал за Рональдом Оссори в настоящее. — Я не дорожу своей жизнью. — Он всмотрелся в тусклые глаза короля. — Умереть для меня было бы благом, но я не могу, не сейчас. Роксбур сказал, что он знал о нашем разговоре. Ты совершаешь ошибку, окружая себя подобными людьми, предавая мою тебе верность.
Лоутеан Нейдреборн молчал, часто дыша и не сводя с подданного глаз. Берни сделал шаг назад. Неужели он слишком грозен в своих речах? У Лоутеана есть повод его бояться, но какой?
— Что... что ты от меня хочешь, кузен? — Лотти совладал с голосом, свёл брови, белые пальцы стиснули у горла края сползающего одеяла. Так сжимают эфес сабли, рукоять пистолета. — Чтобы я взял назад своё слово, слово короля, обещавшего наказать клятвопреступника? Казнил генерала, приказа которого ослушались и теперь оспаривают другие его решения? Пока что я вижу лишь испугавшегося за свою головушку кузена, который вдруг понял, что смертен, и теперь боится разделить свою участь с другими. Я не прав?
Лоутеан медленно приблизился к Берни, полы одеяла легли у его ног мантией. Всклоченный ото сна, король всё равно оставался «любителем красивых телодвижений», как сейчас назвал бы его Энтони. Игрался? Пусть, лишь бы услышал!
Оссори покачал головой.
— Ты слеп и наивен. Твой брат собрал людей, готовых отдать за короля жизни. Я не прошу помилования, казни меня, только сначала позволь исправить... Пойми, я должен искупить вину! Восстановить честь дома, честь Оссори... Умерев, я этого не смогу, я прошу лишь об отсрочке... Прошу о жизни для полка. — Упившаяся кровью земля, багряные камни, жар солнца, на скалы падает небо, и ворон раскатисто хохочет в нём. — Не отстраняй драгун, Лотти! Я могу восстановить полк. Казнив же меня сейчас, ты лишишься единственных верных тебе людей.
Лоутеан вдруг рассмеялся. В ночной тиши его звонкий смех звучал обречённо, наиграно, подобно кашлю. Кэдоган смеялся от души, запрокидывая голову. Берни сглотнул, обернулся к дверям, но нынче ночью стража забыла о бдительности.
— Неужели? А мне казалось, я наоборот избавляюсь от заразы, которая даже не старается делать вид, что уважает меня. — Лотти утёр выступившие от нервного смеха слёзы. — Ты хочешь искупить вину не передо мной, а перед своим покойным побратимом. Возродить его дело для него, не для меня. Так кому ты верен, кузен Берни? Я дал тебе шанс показать послушание, верность, и ты сам выбрал смерть.
Сердце шумно ударило в виски. «Избавляюсь от заразы». Королёк до сих пор боролся с памятью Кэдогана. А Роксбур был рад помочь «избавляться»... Не сжать эфес сабли стоило Берни неимоверных усилий. В голове прояснилось. Ах, Мышиный хвостик хочет его жизнь?
— Ты совершаешь ошибку.
— У меня есть верная мне армия, не забывайся!
— Тебе ли?
— Намекаешь на бунт?
— Ни в коем случае...
— Прикуси язык, Оссори!
Берни слышал собственное дыхание, но Лоутеан не замечал его злости. Он наслаждался тем, что наконец может дёрнуть медведя за цепь. Вот только звенья той цепи давно заржавели, и зверь сидел на ней добровольно...
— Уважать тень короля невозможно, но быть верным короне — да, что и делали драгуны. — Оссори поднял глаза на Нейдреборна. Самодовольная ухмылка медленно сползла у того с лица, Лоутеан мотнул головой.
— Убил их не я — ты, — едва слышно прошуршал Мышиный хвостик.
— Так позволь возродить полк! — Оссори едва не сорвался на рык, но опомнился и продолжил уже спокойнее: — Это будут новые, верные тебе люди.
— Я услышал тебя. Полк, честь рода Оссори... Это хорошая мысль. Полк возродят. — Лотти вдруг снова прищурился, ухмыльнулся, пугающе напоминая Кэди. — Но как туловище дракона может жить с мёртвой головой? — Лотти неспешно двинулся кругом. — Тебя легко заменить, кузен Берни. Полковником станет Аддерли. На месте моей правой руки — Рейнольт. Он заменит тебя во всех отношениях, ведь сегодня днём Дисглейрио просил у меня дозволения взять в жёны вдову Оссори.