Начни сначала. Чайки Балара

Порт был за­пол­нен до от­ка­за. Жи­тели тол­пи­лись пов­сю­ду, осо­бен­но лов­кие и от­ча­ян­ные за­леза­ли на ле­са, что ок­ру­жали ко­раб­ли, пы­та­ясь уви­деть всё и рас­ска­зать тем, кто сто­ял вни­зу. Пёс­трая тол­па гу­дела, как пче­линый рой, об­суждая от­плы­тие в Ва­линор Ту­ора и Ид­риль. Не­видан­ный ра­нее ог­ромный ко­рабль плав­но ка­чал­ся на вол­нах, по опу­щен­ным сход­ням сно­вала ко­ман­да, за­нося пос­ледние сун­ду­ки и за­каты­вая боч­ки с прес­ной во­дой. Над их го­лова­ми с кри­ками но­сились чай­ки.

— Я ос­тавляю те­бе Элес­сар. — Ид­риль не мог­ла сдер­жать слёз, про­ща­ясь с сы­ном. — Это са­мое ма­лое, что я мо­гу ос­та­вить в па­мять о се­бе.

— Я не за­буду те­бя, да­же ес­ли ты за­берёшь ка­мень с со­бой, — вы­мучен­но улы­бал­ся Э­арен­дил, сжи­мая ру­ку на ру­ко­яти ме­ча, что ви­сел на по­ясе. Он знал, что про­щать­ся бу­дет тя­жело, но не знал, что это бу­дет не­выно­симо. И да­же сло­ва ма­тери о том, что они рас­ста­ют­ся не нав­сегда, не вну­шали на­дежд. Как хо­телось ему сей­час об­нять её, вдох­нуть за­пах тер­пко­го гор­но­го мё­да, что всег­да оку­тывал её. При­жать к се­бе с си­лой и ни­куда не от­пускать…

— Сын. — Ту­ор тя­жело по­дошёл и встал ря­дом. Вид­но бы­ло, что ему то­же не­лег­ко да­ёт­ся это про­щание. Но не­тер­пе­ние пе­ред но­вым пу­тешес­тви­ем уже зав­ла­дело Ту­ором, от­во­дя на даль­ний план пе­чаль от раз­лу­ки. Он про­тянул ру­ку, об­хва­тывая пле­чо Э­арен­ди­ла. Креп­ко сжал. — Ты бу­дешь от­личным пра­вите­лем. Я ве­рю в это.

— Я пос­та­ра­юсь. — Э­арен­дил скло­нил го­лову. Сей­час он прок­ли­нал его. Прок­ли­нал этот го­род, что дер­жал его здесь, не да­вая от­плыть вмес­те с ро­дите­лями в да­лёкие зем­ли. Пусть луч­ше он сги­нет там, чем бу­дет си­деть в Га­ванях Си­ри­она!

— Не за­бывай нас! — Ид­риль при­жала ру­ку ко рту, сдер­жи­вая рву­щи­еся на­ружу ры­дания. В этот мо­мент ре­шение, при­нятое так дав­но, впер­вые по­каза­лось неп­ра­виль­ным. Она не сво­дила глаз с Э­арен­ди­ла, пы­та­ясь за­пом­нить его. Не­покор­ные зо­лотые вих­ры, па­да­ющие на гла­за. Он пос­то­ян­но их сма­хива­ет ру­кой. От­кры­тая, чуть сму­щён­ная улыб­ка. Ру­ки, быв­шие ког­да-то та­кими кро­шеч­ны­ми, что те­рялись в её ла­дони. А те­перь это силь­ные ру­ки взрос­ло­го муж­чи­ны. Её род­ной лю­бимый маль­чик. Не­уже­ли что­бы стать счас­тли­вой, нуж­но обя­затель­но что-то по­терять нав­сегда?!

Ко­рабль дрог­нул, по­лете­ли ка­наты, под­хва­чен­ные де­сят­ком рук на бор­ту. Зах­ло­пали па­руса, мед­ленно на­пол­ня­ясь вет­ром. Бе­лый бок Э­ар­ра­мэ омы­ло вол­ной. Рас­пустив все па­руса, суд­но по­кида­ло бе­рега Бе­лери­ан­да, что­бы ни­ког­да боль­ше сю­да не вер­нуть­ся. Ид­риль смот­ре­ла на бе­рег, не об­ра­щая вни­мания на неп­ре­рыв­но ль­ющи­еся слё­зы. Там, на при­чале сто­яли, об­нявшись, две фи­гур­ки. Лиц их дав­но уже бы­ло не раз­ли­чить, и толь­ко яр­кое и хо­лод­ное си­яние од­но­го кам­ня и мяг­кий зе­лёный свет дру­гого про­дол­жа­ли свер­кать, пос­те­пен­но прев­ра­ща­ясь в ис­кры и, в кон­це кон­цов, окон­ча­тель­но рас­тво­рив­шись в го­лубой дым­ке.