Страница 49 из 168
Сперва Роб даже не понял, что именно возникло перед его глазами. По залу для приемов неслась призрачная тень. Облаченная в платье с пышными юбками, она держала тонкие руки перед собой, словно обнимая невидимого партнера, и вновь и вновь беззвучно разрезала тьму кругами крик-кряка, излюбленного танца брюхвальдской знати. Ее бледная кожа, казалось, светилась в сумраке, пара каштановых локонов небрежно выбилась из прически на склон декольте, а ноги в бальных туфлях едва касались начищенных до блеска плит.
То был призрак, совершенно точно. Роб похолодел и замер, не зная, что и делать, а тень девушки продолжала выписывать круги крик-кряка вдоль барельефов и колонн.
Когда призрак повернул голову и взглянул на него своими огромными впалыми глазами, Роб не выдержал и заорал.
Призрак завизжал в ответ, прижав руки в белых перчатках ко рту.
Присмотревшись, Роб наконец узнал ее. Перед ним стояла Лидия, младшая сестра Кристиана. Она успела переодеться после ужина, сменив темные и безликие одеяния на кремовое старомодное платье, которое, судя по изъеденному молью подолу, слишком долго ждало своего часа в сундуке с тряпьем. Похоже, глубоко в душе Лидия де Ла-Морт совсем не была жесткой и мрачной, как показалось Робу при первом знакомстве.
— Господи! — выкрикнула она. — Как ты меня напугал!
— Ты меня тоже, — сказал Оллис-младший и добавил после недолгого молчания. — Готовишься к костюмированному балу?
— К званым вечерам, — ответила Лидия, густо покраснев, и Роб поймал себя на мысли, что румянец был очень ей к лицу. — Иногда девушек из университета приглашают на танцы. Ужасно глупо получилось, да?
— Совсем нет, — соврал он. — И двигаешься ты прекрасно.
Лидия покосилась на него с подозрением, но, так и не разглядев на его простом лице издевки, расслабилась и даже улыбнулась.
— Спасибо. Не хочу выглядеть посмешищем, когда приеду туда. Жаль только, тренироваться не с кем.
К удивлению Роба, она снова сделала несколько па, но быстро оступилась. Прошипев пару ругательств, не вязавшихся с утонченным обликом, она стянула перчатки и с раздражением швырнула их под ноги.
— Вечно сбиваюсь на этом моменте.
— Просто ты торопишься. — Натолкнувшись на ее ожесточенный взгляд, Оллис-младший расплылся в извиняющейся улыбке. — Можем попробовать вместе, и я покажу. Если ты не против, конечно.
Когда-то давно отец научил его танцевать. «Если нужно очаровать девушку, — говорил он, хитро подмигивая, — станцуй с ней». Как Роб понял позднее, этот дамский угодник знал, о чем говорил. Вот только в деревне, где Оллис-младший оказался после смерти деда, кроме него никто и не слышал про па и батманы.
Оказалось, заученное в детстве, пускай от безделья и шутки ради, все еще оставалось в памяти, и тело само задавало темп. Лидия следовала за Робом недоверчиво, стараясь касаться его ладоней лишь кончиками тонких пальцев — и ее можно было понять. Может быть, когда-то Оллис-младший и являлся отпрыском состоятельного семейства, но деньги и родители давно канули в лету, оставив лишь Роба-голодранца. Роба-простолюдина с домом-развалюхой и парой выцветших фотографий. И этот Роб в своей поношенной одежде, с мозолями на ладонях и щетиной на щеках наверняка представлял собой непривлекательное зрелище.
Но, как ни странно, спустя несколько кругов Лидия уже заразительно смеялась над его нелепыми шутками. Оттанцевав до тяжести в ногах и вконец запыхавшись, они рухнули на банкетку у закрытого чехлом рояля.
— А что ты вообще здесь забыл? — Лидия скинула туфли и с наслаждением болтала босыми ногами в воздухе.
Роб покопался в кармане и выудил ключ.
— Мне нужно в левое крыло. Но, похоже, я заблудился.
Лидия склонилась к его плечу, почти коснувшись Роба краем украшенного вышивкой декольте. Осмотрев ключ, она выразительно кивнула.
— О да! Кажется, я знаю, откуда он.
Роб почувствовал, как под щетиной его щеки заливаются краской.
— Проводишь меня? — неожиданно попросил он, удивляясь собственной смелости.
Ресницы Лидии ненадолго замерли.
— Конечно, — наконец кивнула она и с благодарностью оперлась на предложенную руку.
Они не спешили; шагали по комнатам и коридорам, заглядывая в пустые безмолвные залы и рисуя рога в пыли на портретах. Роб даже и не заметил, как выболтал спутнице все подробности своей жизни, чем наверняка изрядно ее утомил. Но она лишь мило улыбалась и кивала каждый раз, когда он упоминал деда, знаменитого оружейных дел мастера, отца, после смерти оставившего сыну кучу карточных долгов вместо наследства, когда описывал свой деревенский дом и зачем-то рассуждал о прошлогоднем неурожае редиса. Лидия стерпела все. Она совсем не походила на надутую аристократку и, уж тем более, на оборотня.
— Сейчас я покажу тебе нашу гостиную, — сказала она. — Не самую большую, но самую уютную.
С этими словами она нырнула в боковой коридор. В его вязком мраке виднелась дверь, очерченная пробивавшимся сквозь щели светом. Приблизившись к ней, Лидия замерла.
— Там кто-то есть, — прошептала она, потянув Роба за рукав.
Лидия приложила палец к губам, и они застыли, прислушиваясь к доносившемуся из комнаты разговору. Ее лицо замерло так близко, что Роб почти ощущал тепло и бархат ее кожи. Он перевел взгляд на пухлые губы, с которых срывалось прерывистое дыхание, и, сам того не ожидая, сделал непозволительную вещь. Ухватив Лидию за подбородок, Роб притянул ее к себе и поцеловал.
И именно в тот момент из комнаты донесся топот, и дверь распахнулась, залив их неясным светом.